Претензии ЕС из-за импортозамещения, или Зачем нам ВТО

Минэкономразвития РФ частично опровергло ранее появившуюся в СМИ информацию о рекордном иске Евросоюза к России, поданном в арбитраж Всемирной торговой организации (ВТО). Тем не менее, ЕС всё же заявил официальную претензию к РФ, категорически потребовав отмены мер импортозамещения, оценив российский рынок закупок (доступа к которому добивается) в 290 миллиардов евро. В случае принятия ВТО решения по этому поводу РФ будет обязана привести свою нормативную базу в соответствие этим требованиям (таковы правила организации).

Даже если вся эта история закончится без прямых последствий, то косвенные для РФ всё равно наступят. С учётом нынешнего информационного, экономического и политического наката на нашу страну данная ситуация — дополнительный элемент давления, причём немалый. Могу заметить, что «кусок» экономики, на который претендует ЕС (и периодически возникающие на заднем плане США) — это 20 процентов российского ВВП. Всего. Выводы из этого делайте сами.

И складывающаяся ситуация сама собой поднимает один слегка подзабытый, но важный вопрос: а, собственно, что мы делаем в ВТО? Том самом, пребывание РФ в котором даёт «дорогим партнёрам» такого рода рычаги воздействия на неё. Что оно дало нашей стране?

Россия вступила в ВТО уже более девяти лет назад, причём произошло это в мой день рождения (спасибо за подарочек), и уже тогда многие предупреждали, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но нам обещали, что товары РФ получат доступ к мировым рынкам, что сама РФ получит доступ к высоким технологиям и много чего ещё. Что же получилось в реальности?

А в реальности отрицательный эффект от ВТО обозначился в первый же год. Снижение пошлин привело к росту импорта и падению экспорта. Внешнеторговое сальдо снизилось на 10 процентов, причём на 7–8 процентов оно снизилось со странами СНГ.

В наихудших условиях оказались сельское хозяйство и лёгкая промышленность, где и пошлины отменили, и господдержку ограничили из-за ВТО. Из-за открытия рынков пострадала обрабатывающая промышленность. И, честно говоря, совершенно непонятно, чем бы всё закончилось, если бы не наступил благословенный 2014 год, когда началась санкционная война США и Евросоюза против РФ.

Америка тогда ввела санкции, воспользовавшись нормой ВТО, по которой возможно вводить ограничения «из соображений национальной безопасности». Надо ли говорить, что подобная формулировка делает бессмысленным оспаривание оных санкций в ВТО? Вопрос: а саму ВТО это не делает бессмысленным?

Главная обещанная и озвученная цель вступления в ВТО — облегчение доступа российского экспорта на международные рынки — реализована не была. Более того, к имевшим место до 2014 года ограничениям добавились новые в связи с санкционной войной.

Доступа к высоким технологиям, которого так жаждали от ВТО, соглашаясь на откровенно невыгодные условия для российского сельского хозяйства и лёгкой промышленности, РФ тоже не получила. Более того, Америка и Европа своими санкциями ещё и дополнительно закрыли к ним доступ (в первую очередь по нефтегазовому оборудованию, необходимому для добычи труднодоступных углеводородов).

Да и объём прямых инвестиций от членства в ВТО не вырос, а совсем наоборот — упал. А одновременно из-за санкций РФ ещё и потеряла доступ к дешёвым финансовым кредитам за рубежом. В итоге только за пять предковидных лет бюджет РФ не досчитался на одном снижении пошлин 800 миллиардов рублей без всякой отдачи. А программа импортозамещения (единственное, что РФ смогла этому противопоставить) сейчас оспаривается в ВТО, ибо «нарушает правила».

Я сейчас не стану обсуждать причины начала санкционной войны. И тем более не буду обсуждать 2014 год. Не потому, что я — очевидно заинтересованная сторона. Наоборот: из желания взглянуть на вещи относительно нейтрально. Я понимаю, что на те события стороны смотрят с принципиально разных позиций, и обсуждать их не стану. Но главный вопрос от этого никак не меняется: какой для России смысл сейчас в ВТО?

И появится ли он когда-нибудь вообще.

Пусть этот вопрос повиснет в воздухе.

Читайте по теме: Выбор Польши: национальное государство и европейский глобализм

Павел Кухмиров