Каковы место и роль прагматизма во внешней политике страны? В каждой стране внешняя политика является сочетанием реализма (в Украине – «прагматизм») и либерализма (в Украине – «идеология»)...
Правительство Обамы использует методы, присущие как реализму, так и идеализму. Это можно проследить на примере его последнего визита в Москву, во время которого он сбалансировал «перезагрузку» в отношениях с Россией с обязательствами США перед демократией, расширением НАТО и независимостью бывших советских республик – теперь независимых государств – таких, как Украина.
Внешняя политика Великобритании при новом лейборизме всегда характеризовалась как «этическая» из-за ее отказа иметь дело со странами, у которых слабые достижения в области прав человека. Но оказывается, что это не прекратило британский экспорт вооружения в подобные страны. В Великобритании частично внутренняя занятость населения базируется на экспорте вооружения, и если умножить этот факт на важность победы на выборах, – то указанное по своей сути намного важнее для новых лейбористов, чем развитие прав человека за рубежом. Прагматизм преобладает над идеологией.
Другим примером комбинирования реализма и либерального идеализма является политика Евросоюза по отношению к России. Демократические ценности ЕС как международной организации не имеют ничего общего с тем, что наблюдается в современной автократичной России. Более того, ЕС и Россия – два крупнейших политических игрока на европейском континенте – имеют «общие интересы» (включая энергетику, Иран, терроризм и тому подобное), с которыми можно иметь дело только с позиций реализма.
Германия, крупнейший участник самого большего в мире демократического клуба – Евросоюза – сохраняет базу в Узбекистане. А в этой стране ситуация с правами человека одна из худших в мире. С помощью этой базы Германия обеспечивает поддержку своих войск, находящихся в составе НАТО в Афганистане.
США тоже содержали свою базу в Узбекистане до 2006 года, но были вынуждены закрыть ее после того, как было осуждено жестокое подавление правительственными войсками страны народного восстания, состоявшегося в Андижане в мае 2005 года. Германия и США воспринимали свои базы в Узбекистане прагматично – как необходимость для поддержания ведения боевых действий в Афганистане своими войсками.
Два следующих вопроса, которыми целесообразно задаться, касаются роли прагматизма. Первый – как в Украине используют сочетание прагматизма и идеализма? Второй – способствует или вредит интеграции Украины в Европу прагматизм?
Прежде всего, ни один украинский Президент никогда не сочетал реализм («прагматизм») с либерализмом («идеологией»). Президент Леонид Кравчук использовал руховскую антироссийскую идеологию, поскольку не имел собственной программы. Более того, отсутствие с его стороны поддержки внутренних реформ или ядерного разоружения привело к его непопулярности на Западе.
Президент Леонид Кучма был слишком прагматичным, игнорируя идеологическую составляющую своей внешней политики. Его высказывания в поддержку интеграции на запад не вызывали доверия, поскольку это контрастировало с его антиевропейской внутренней политикой, особенно во время второй каденции.
Президент Ющенко был противоположностью Кучмы – многовато идеологии с одновременным игнорированием прагматизма. Это повлияло на ослабление взаимоотношений с Россией, привело к возникновению «усталости от Ющенко» на Западе и уподобление его имиджа в «Старой Европе» «русофобскому» имиджу грузинского президента.
Сейчас Украина должна получить президента, который сумеет в своей внешней политике, – как это принято на Западе – успешно совмещать прагматизм и идеологию.
Прагматизм и попытки положить начало добрым отношениям с Россией помогут украинской интеграции на запад. Украинским интеграционным процессам в западном направлении навредили многие факторы, отличные от прагматизма.
На взгляд изнутри, эти факторы включали политическую нестабильность, межэлитные распри, ссоры между демократическими силами, неспособность найти общие точки соприкосновения и координировать внешнюю политику всех ветвей власти. Непоколебимость Ющенко и критическая политика в отношении России могут хорошо восприниматься во Львове, но плохо выглядеть в Берлине, Париже и Брюсселе, поэтому они подрывают интеграцию Украины в Европу.
Внешне тот факт, что Украина не получила перспектив относительно членства в ЕС, – это вина Брюсселя, а не Киева. ЕС после демократического переворота Оранжевой революции не искал возможностей для ускорения в своих взаимоотношениях с Украиной путем предоставления ей перспектив членства.
Но сумеет ли Украина выполнить задание в соответствии с Копенгагенскими критериями, если поступит предложение относительно членства в ЕС, – это уже другой вопрос. В Румынии и Болгарии это потребовало больших усилий и единства между элитами, чтобы проводить последовательную политику для подготовки своих стран к получению членства в ЕС в 2007 году.
Межэлитные конфликты помешали Украине, провалив возможность быстрого получения членства в НАТО в 2005–2006 гг. Эти возможности давали Украине шанс получить План действий относительно вступления в НАТО во время Рижского саммита в ноябре 2006 года. Президент Ющенко посчитал более приоритетным заблокировать возврат Тимошенко на пост премьера, а не возможность скорого присоединения к НАТО.
Немецкая и французская оппозиции с 2007–2008 годов стали перевешивать поддержку американского президента относительно членства Украины в НАТО. Можно добавить, что даже если бы поддержка Оранжевой революции со стороны Запада существовала до 2006 года, она просто бы «испарилась» в 2007 году от «усталости от Украины» или в 2008 году от «усталости от Ющенко».
Обсуждение членства в НАТО внутри Украины было больше виртуальным, чем реальным. Предвыборная программа Президента Ющенко и «Нашей Украины» никогда не содержала никаких упоминаний о НАТО в каком-либо виде.
Нестабильность в политике и власти послужила дополнительным важным фактором в Украине во время президентства Ющенко, исключающим возможность роста поддержки относительно членства в НАТО, так же, как это исключало возможность внедрения среднесрочной программы правительства, направленной на повышение общественной поддержки членства в НАТО. Как результат – при президентстве Ющенко поддержка членства в НАТО со стороны общественности не выросла.
Ющенко проигнорировал простое правило политики: если ты потерял общественную поддержку – то же произойдет и с политикой, которую ты проводишь. Если бы популярность Ющенко оставалась достаточно высокой, то росла бы и поддержка членства в НАТО. Низкий уровень, да еще и спад общественной поддержки Президента Ющенко (которую он решил проигнорировать), наносит вред проводимой им политике. В частности, это касается членства в НАТО, которое стало ассоциироваться с ним.
Премьер Тимошенко ищет прагматичных отношений с Россией, одновременно поддерживая интеграцию Украины в Европу. Эта позиция, внедряемая вице-премьер-министром Григорием Немырей в Брюсселе и в других западноевропейских столицах, действительно продвигает украинские интеграционные процессы в направлении Европы. Берлин, Париж и Брюссель не будут поддерживать интеграцию в Европу Украины с антироссийской платформой.
И при этом не имеет значения, насколько провокационно ведет себя Россия по отношению к Украине, Грузии или другим бывшим советским республикам. Внешняя политика поиска добрых отношений с Россией с одновременным продолжением интеграции в Европу (то есть комбинация идеологии и прагматизма) принесут Украине больше дивидендов, чем так называемый украинский «прозападный» президент.
После президентских выборов украинская внешняя политика должна повзрослеть путем сочетания прагматизма («реализма») с идеологией («либерализмом»). Украина не сможет успешно интегрироваться на запад только на базе идеологии, о чем свидетельствуют ошибки в продвижении украинских национальных интересов в Брюсселе и Вашингтоне при президентстве Ющенко. Только одной идеологии – недостаточно.
Абсолютно прагматичная внешняя политика, которую проводил Кучма (и которая будет, скорее всего, присуща Януковичу, если он победит на выборах), также не будет способствовать интеграции Украины в Европу. Идеологический компонент дает видение европейского будущего для Украины и определенность в отношении проводимой политики, которая способствовала бы европеизации Украины. Без идеологического компонента, отсутствующего в идеологической бесструктурности Партии регионов, возглавляемой Януковичем, интеграция Украины в Европу будет стоять на месте.
Кто из двух главных кандидатов – Тимошенко или Янукович – станет первым президентом Украины, способным совместить прагматизм с идеологией?
Янукович может вернуть нас к глубоко укоренившемуся прагматизму эпохи Кучмы, без сбалансированности последнего с идеологической ориентацией в сторону Европы. С Немырей в качестве министра иностранных дел и, возможно, Анатолием Гриценко в качестве министра обороны или секретарем Совета безопасности. Тимошенко может стать первым украинским президентом, который будет способен успешно развивать внешнюю политику Украины, подобную странам ЕС и США; совмещая обамовский стиль прагматизма по отношению к России с идеологической ориентацией по отношению к интеграции в Европу.
Украинская внешняя политика при условии сочетания идеологии с прагматизмом, в отличие от отдельного использования только идеологии (Ющенко) или только прагматизма (Кучма и Янукович), – будет успешной в активном ускорении Украины на пути к европейскому будущему.
Тарас Кузьо - старший научный сотрудник Кафедры украинских студий Торонтского университета, профессор-исследователь Карлетонского университета в городе Оттава. Редактор издания Ukraine Analyst
