Не было — и опять: новогодний кинопрокат зачистили от зарубежных картин. Зелёный свет дан новинкам отечественного кинопроката: «Буратино» — четвёртой по счёту экранизации повести-сказки «Золотой ключик, или Приключения Буратино» Алексея Толстого; «Простоквашино» — ремейку советского мультфильма, снятому по книгам Эдуарда Успенского; «Чебурашке-2» — сиквелу самого коммерчески успешного российского фильма.
На фоне кинособытий в соцсетях повисли три вопроса:
- Почему в новогодние праздники отечественные киноленты боятся конкурировать с зарубежными фильмами?
- Стоит ли в таком случае мерить деньгами успех картин, которые в отсутствии конкуренции зарабатывают «золотой» миллиард рублей?
- Должно ли государство выделять деньги на создание сиквелов фильмов, установивших коммерческий рекорд?
ForPost попытался не только найти золотую киносередину, но и понять ситуацию, которая складывается в развлекательной отрасли в последние три года.
Как «Доярка» становится «Злой»
Отметим сразу: новинки мирового кинопроката наши кинотеатры показывают неофициально. Крупные американские студии покинули российский рынок в марте 2022 года и пока возвращаться не собираются.
Несмотря на киношное эмбарго, наши кинотеатры нашли выход из, казалось бы, тупиковой ситуации: они через посредников покупают нелегальную копию фильма, например в Армении, и показывают её в рамках предсеансного обслуживания.
Коротко о том, как это работает. Вы приходите в кинотеатр, покупаете билет на «Доярку из Ивановки». Однако вместо рекламы, которая всегда идёт перед киносеансом, вам на большом экране транслируют запрещённый к показу в России мюзикл «Злая: во благо». Это и есть предсеансное обслуживание.
Кого на кого поменяли
По законам цивилизованного рынка, зарубежных фильмов в российском кинопрокате быть не должно. Однако они проникают и конкурируют с нашими киноновинками. А раз так, надо что-то делать в новогодние каникулы — самое «жирное» для отечественного кинопроката время.
По данным интернет-издания News.ru, под ограничения, которые начали действовать с 25 декабря и продлятся по 15 января, попали «Аватар: Пламя и пепел» и «Зверополис-2».
На афише в этот период, по данным Cinemaplex, на которые ссылается «БизнесОнлайн», останутся только отечественные релизы: «Буратино», «Чебурашка-2», «Простоквашино» и «Невероятные приключения Шурика» — музыкальный фильм от ТНТ, который зрители могли посмотреть по телевизору вечером 31 декабря.
Отметим: история повторяется. Три года назад «Аватар: Путь воды» — второй фильм трилогии режиссёра Джеймса Кэмерона — отменили в новогодние каникулы. Вместо него показывали «Чебурашку» — российский фильм, собравший в итоге в прокате рекордные 6 млрд рублей.
В этом году зарубежный триквел и отечественный сиквел вновь не смогли уместиться на отечественном кинорынке. Сколько на этот раз заработает «Чебурашка-2» в условиях отсутствия конкуренции со стороны американских фильмов, пока неизвестно.
Позиция зрителей
Далеко не всех зрителей устроил такой расклад. В комментариях, которые оставляют пользователи Дзен, сквозит усталость от ощущения, что выбор аудитории «назначают», а «не завоёвывают качеством».
Соотечественники не столько защищают Голливуд, сколько голосуют кошельком за понятный стандарт: если фильм слабый — его не спасёт патриотический лозунг и «удобная дата», а если фильм сильный — ему «не нужно расчищать поляну».
Отсюда злость на «продавливаемые» премьеры, на конкретных продюсеров и режиссёров и на ремейки советских мультфильмов, кинолент, сказок, которые воспринимаются как «подделки» и «переделки ради кассы».
Параллельно звучит прагматичный аргумент: западное кино «всё равно можно посмотреть дома», а вот навязчивые отечественные релизы зритель предпочитает не рисковать смотреть даже бесплатно, потому что цена — не деньги, а время и «нервы».
Эффект «Лады»
Почему в логике зрителей плохо, что российские фильмы не могут конкурировать с американскими? Потому что рынок без конкуренции расслабляет производителя: когда нет необходимости выигрывать зрителя, появляется соблазн «перекрыть кислород» сопернику и занять экран административно — датами, квотами, «техническими причинами», ассоциациями и расписаниями, пишут люди в соцсетях.
По их мнению, такое положение дел рождает эффект «Лады», которую тащат за уши. В итоге даже те, кто не фанат «Аватара», раздражаются от самого механизма проталкивания отечественных киноновинок.
Ситуация пессимистичная: зритель уходит в интернет и перестаёт ходить в кино вообще — и это уже удар не по Голливуду, а по нашим же кинотеатрам и отечественным студиям: касса падает, доверие сгорает, а российское кино закрепляет свою репутацию как рискованная покупка.
Социолог Темыр Хагуров в беседе с ForPost предложил взглянуть на ограничения, которые раздражают пользователей соцсетей, с другого ракурса. Возникшую в новогоднем кинопрокате ситуацию он считает допустимой и даже полезной для культурной среды:
«Речь не о запрете как таковом, а о механизме культурного иммунитета, когда национальный прокат защищает собственное пространство от доминирования внешнего продукта. Такой опыт применяют во многих странах, в том числе европейских, это нормальная практика, когда отечественной картине дают зелёный свет».
По его мнению, проблема в другом — в качестве отечественных киноновинок: «заметная доля фильмов выглядит как жвачка и освоение бюджета», а индустрия «нередко уходит в ремейки советских или западных сюжетов», пытаясь «выдать вторичность за оригинальность».
По-другому оценивает наше новое кино министр культуры РФ Ольга Любимова. Она не сомневается, что, например, «Буратино», которому расчистили путь, покорит сердца людей.
«[Фильм] соберёт на новогодних каникулах множество зрителей в кинотеатрах по всей нашей стране. Желаю получить удовольствие от просмотра!» — написала глава Минкульта в мессенджере MAX.
Чего стоит касса
Зрители опять парируют: а стоит ли равняться на сборы в отсутствии конкуренции?
Социолог Темыр Хагуров разделяет скепсис пользователей соцсетей. По его мнению, обществу не хватает прозрачности в распределении бюджетов и понимания, почему одни и те же люди из года в год получают финансирование из бюджета и снимают на государственные деньги «жвачку» — посмотрел и забыл.
Наш собеседник предложил системно собирать обратную связь с аудиторией и анализировать её, чтобы понять, на какие фильмы выделять госфинансирование, а на какие — нет: не все картины, заработавшие несколько миллиардов рублей в прокате, хорошие. И этот нюанс, по его мнению, нужно учитывать.
Иной взгляд на ситуацию у старшего преподавателя Института политики и права МГГУ им. Шолохова Константина Шадрова. Он считает, что касса важна, потому что рынок — это «проверка на востребованность»: принципа «и так сойдёт» в кино, которое снимают на госденьги, быть не должно.
У этой проблемы есть и другая сторона: всем угодить невозможно, поэтому студии, снимая фильмы для новогоднего кинопроката, ориентируются на интересы большинства — «праздник», «семья», «ностальгия», «новогоднее, семейное настроение», отметил политолог.
Шадров обратил внимание и на тему ответственности за бюджетные средства: если государство участвует в финансировании, логика «я художник, я так вижу» не может быть индульгенцией в случае провала.
Он напомнил, что в советской системе существовала градация: новичкам давали меньшие бюджеты и ограниченный прокат, рост финансирования зависел от результата. В этой рамке деньги не единственный критерий ценности фильма, но важный индикатор того, что продукт вообще кому-то нужен и способен «отбить» вложения, подчеркнул наш собеседник.
«Новогодний компромисс»
Ещё одна проблема, на которую ранее в беседе с ForPost обратил внимание кинокритик Алексей Двоеглазов, — выделение государственных денег на съёмки продолжений коммерчески успешных оригиналов. В их числе, кстати, «Чебурашка-2», который, по данным «Бюллетеня кинопрокатчика», получил 200 млн рублей безвозвратных средств от Фонда кино.
Двоеглазов не совсем понимает, зачем государству тратить такие деньги на фильмы, которые есть у студии. Шадров на этот вопрос ответил так:
«В основном пусть живут на свои деньги и какие-то фильмы снимают без оглядки на государство. А если их государственная поддержка устраивает, если их государственное регулирование устраивает — тогда пусть пользуются. Я не вижу здесь проблем, особенно в тех случаях, когда деньги государственные возвращаются сполна».
В итоге получается, что сейчас российское кино живёт в режиме «новогоднего компромисса». Плюс оно переживает большой внутренний конфликт: аудитория массово хочет простого праздника — ностальгии, семейных историй, «как раньше», поэтому прокат под Новый год неизбежно забивается знакомыми, безопасными форматами.
Но парадокс в том, что одновременно общество требует от индустрии качества уровня советской классики, не соглашаясь на эксперимент и «непохожесть», из-за чего кино застревает между двумя стенами: шаг в сторону — «не то», шаг назад — ремейк и вторичность.
Шадров видит выход не в очередной войне вкусов, а в более понятных правилах игры: мы либо честно усиливаем регулирование и требуем окупаемости и ответственности за бюджет, либо отпускаем индустрию в рынок — но в любом случае заканчиваем играть в «мы творцы, вы не понимаете» и наконец-то начинаем слушать зрителя.
Этот новогодний прокат его не услышал, считают некоторые эксперты. Что будет со следующим? Время покажет.
Роберт Вочовский
