«Мне, конечно, хотелось бы, чтоб всегда у нас были самые лучшие судьи», – председатель городского суда

 Председатель Севастопольского городского суда Владимир Золотых в интервью ForPost рассказал, как он оценивает своих коллег в Севастополе, должны ли судьи учитывать общественное мнение, и когда в городе появятся суды присяжных.

Владимир Васильевич, в конце 2015 года вы участвовали в назначении первых мировых судей Севастополя, тогда вы сказали, что в судебной системе города не до конца решены проблемы материально-технического обеспечения судей и кадровая. С тех пор ситуация изменилась?

Владимир Золотых: Конечно, изменилась. Я не буду говорить, что все проблемы решены до конца – не думаю, что мы можем найти сферы жизни нашего города, где всё идеально, но уже созданы условия, при которых судьи могут и должны работать.

Да, не до конца решены все вопросы с помещениями для судов, к примеру, для мировых судей – они работают в условиях, при которых не соблюдаются необходимые нормативы. Я не говорю о каких-то шикарных условиях, а о тех условиях, в которых оказывается любой житель города. Человек приходит в суд, ему надо подождать, а в коридоре негде присесть или просто постоять – люди вынуждены ждать на улице.

Кроме того, должны быть залы заседаний, вмещающие не только участников процесса, но и всех желающих присутствовать в заседании – у нас же почти все процессы открыты.

Тогда же, в конце 2015 года, вы говорили, что введение института мировых судей в Севастополе поможет справиться с чрезмерной нагрузкой на районные суды. Мировые суды помогли?

Владимир Золотых: Конечно. Введение мировой юстиции в России было обусловлено задачей снизить нагрузку, с которой работали районные суды. И в Севастополе эта задача на сегодня выполнена.

Ранее нагрузка на наши районные суды превышала среднероссийские показатели, к примеру, по рассмотрению гражданских в два раза выше, а фактическая нагрузка на одного судью – в три раза. В Гагаринском районном суде была самая большая нагрузка – в 6,6 раза превышала среднероссийский показатель. И это сказывалось на судьях, которые просто не успевали рассматривать все поступавшие к ним дела в установленные сроки. Что сказывалось и на качестве выносившихся решений.

На сегодня этой проблемы нет. По показателям служебной нагрузки районные суды работают на уровне среднероссийских показателей, а мировые судьи даже несколько ниже. Нормальная нагрузка, при которой можно обеспечить нормальное отправление правосудия.

У вас большой опыт работы судьей – 31 год, какую оценку вы поставили бы севастопольским коллегам?

Владимир Золотых: Прежде чем любое лицо станет судьей, идёт достаточно кропотливая работа, предусмотрен сложный порядок наделения кандидата полномочиями судьи. И все те, кто сейчас у нас работает судьёй, прошли эту сложную процедуру: они назначены судьями и признаны достойными того, чтобы исполнять судейские обязанности.

Мне, конечно, хотелось бы, чтоб всегда у нас были самые лучшие судьи. Но сравнивать и говорить, что у нас хуже, чем у кого-то, совершенно нет оснований.

В судах Севастополя работают судьи, получившие свои мантии ещё при Украине. Им удалось адаптироваться к российскому праву и к российской судебной системе?

Владимир Золотых: Да. То, что они работали по другому, украинскому, праву, не говорит о том, что они попали в какую-то совершенно иную ситуацию. По сути украинское и российское законодательства очень схожи.

Мы – я имею в виду тех, кто начинал работать судьёй в одно со мной время или позже и работают сейчас, – учились по одним и тем же программам и учебникам. Потом – когда Украина и Россия пошли своими путями, – мы тоже шли в одинаковых направлениях, выстраивали судебную систему.

Поэтому говорить, что севастопольские судьи испытывали какие-то особые сложности, не приходится. Нынешний состав наших судов собран из тех судей, что работали ранее в них, и тех судей, что пришли после 2014 года – получился хороший коллектив в целом. А это позволяет решать все проблемы, которые стоят перед судьями в Севастополе.

У севастопольцев свои оценки судей города: от положительных до резко отрицательных, и не последнюю роль в этом играют вынесенные решения. Судьи должны обращать внимание на общественное мнение или мнение отдельных граждан?

Владимир Золотых: Я бы этот вопрос разделил на две части. Первая – если говорить о том, что судья вне службы ведёт себя недостойно; или при ведении процесса, на стадии досудебной подготовки, перед принятием окончательного решения нарушает определённые правила, встречается с некими людьми – и это влияет на него и принимаемое им решение. На это мы безусловно реагируем и будем реагировать.

В городской суд поступают заявления и жалобы на судей, которые изучаются и анализируются специальным отделом. К примеру, люди жалуются, что судья принял, по их мнению, неправильное доказательство по делу или неправильное решение. Может быть, это и так. Но ни я, ни кто-то ещё не имеем возможности повлиять на судью, я даже не имею права рассматривать такие жалобы. Мы отвечаем гражданам, чтобы они обращались с апелляционной или кассационной жалобой, разъясняем порядок обжалования. И если поступают такие жалобы, то мы в установленном порядке их рассматриваем.

И если мы устанавливаем, что судья нарушил закон в процессе, тогда мы имеем право привлекать – и привлекаем судью к ответственности. И мы привлекали судей к дисциплинарной ответственности за допущенные грубые нарушения.

Вторая часть – должен ли судья учитывать мнение общественности, граждан, СМИ при вынесении решения. Конечно, нет! Поясню, при принятии решений судья должен учитывать квалификацию преступления, его доказанность и так далее – всё это прописано в законе. И то, что судья учитывает – часть, пункт, подпункт статьи закона, остаётся не у него в голове, а на бумаге, в судебном решении – чтобы вышестоящий суд мог проверить, всё ли учёл суд первой инстанции. Как же можно учитывать общественное мнение?

Насколько остро судьи реагируют на критику, в том числе в публичном пространстве, в СМИ?

Владимир Золотых: Как и любой человек. Судья – это же человек. Любого человека возьмите, когда оценивают его работу, когда критикуют: если человек понимает, что он действительно что-то не так сделал, – у него нормальная реакция. Но когда человека начинают оскорблять, – это совершенно другая ситуация и иная реакция на неё. Когда клевету говорят или публикуют – третья реакция, которая выходит за человеческие рамки, и на это должны реагировать соответствующие службы.

В 2016 году Севастополь бурлил из-за дела Николая Соколова, который в состоянии опьянения на машине сбил насмерть двух молодых людей. И Нахимовским районным судом был приговорён к четырём годам колонии-поселения. Позже городской суд изменил колонию-поселение на колонию общего режима. За такие преступления нужно ужесточать наказание?

Владимир Золотых: Мне кажется, здесь должны сыграть свою роль наше общество, наши люди. Если наказание не признаётся обществом справедливым, тогда должен работать законодатель, вносить изменения в законы.

В России есть практика судов с участием присяжных. Севастополю, молодому субъекту РФ, нужна такая практика, и готов ли город к ней?

Владимир Золотых: Суд присяжных вводится в Севастопольском городском суде с 1 января 2018 года, в районных судах Севастополя – с 1 июня 2018 года. Согласно разработанному плану мы должны подготовить совещательные комнаты и залы судебных заседаний для присяжных – средств для этого достаточно, также мы будем готовить судей к рассмотрению уголовных дел с участием присяжных заседателей.

Что касается готовности города, его жителей. Меня всегда удивляет, почему такой вопрос возникает? Вот сколько в России существует суд присяжных, столько и обсуждается: что мы не готовы. Срабатывает что-то, может быть, комплекс неполноценности.

Посмотрите – люди интересуются судебной тематикой, выносимыми решениями. Они об этом говорят. И эти люди придут к нам присяжными, сами изнутри на всё посмотрят и сами будут судить – и получить иначе такой специфический опыт, пройти такую школу у них не получится.

Алексей Лохвицкий

Фото Дмитрия Осипенко