Forbes (США): «Эппл» против Путина

Новый законопроект в России, предусматривающий запрет потребительских гаджетов в случае отсутствия на них предустановленных российских приложений и получивший сегодня название «закон против „Эппл"», станет причиной конфликта между американским гигантом в области высоких технологий и Путиным в рамках новой главы возникающего технологического раскола между Востоком и Западом. Как я уже сообщал в прошлом месяце, этот закон, который вступает в силу в июле, преподносится в стране как возможность «предоставления местным компаниям легального механизма для распространения своих приложений среди российских пользователей», однако интерпретируется он иначе. А одним из непреднамеренных последствий его введения может стать полное удаление устройств компании «Эппл» с российского рынка.

Одним словом, этот новый закон означает, что производители электронных гаджетов вынуждены будут открыть свои платформы для предварительной установки приложений, и речь в данном случае идет о смартфонах, планшетах, компьютерах и «умных» телевизорах. «Неофициально», как рассказал в прошлом месяце российский интернет-еженедельник The Bell, предлагаемая законодательная инициатива получила название «закон против „Эппл"», поскольку эта американская компания никогда не производит предварительную установку сторонних приложений в операционную системы iOS, а ее представители предупредили о том, что в случае принятия данного закона Apple может уйти с российского рынка.

В то время как разработчики этого закона говорят, что он будет обеспечивать потребителю выбор, парадокс ситуации может состоять в том, что крупные западные высокотехнологичные компании могут просто уйти с российского рынка и не захотят пойти на компромисс в проведении своей политики, — особенно с учетом того, что этот закон может открыть России заднюю дверь для внедрения программ по осуществлению слежки за пользователями подобных устройств. Паранойя? Может быть. Однако с учетом Закона о суверенном интернете, а также масштабных планов по запуску российской версии портала «Википедия» (Wikipedia), подобные разговоры о паранойе не кажутся неуместными.

Интернет-издание The Bell назвало серию ограничительных законов в области высоких технологий «марафоном цифровых репрессий», а один источник в правительстве сообщил его редакции о том, что новый законопроект «является частью пакета других инициатив, поступивших из Кремля». Как стало известно, Министерство связи и массовых коммуникаций хотело включить задний ход по вопросу об этих инициативах, однако Кремль настоял на своем решении.

Представители компании «Эппл», как стало известно, предупредили российских официальных лиц относительно вероятных последствий, а российские СМИ сообщили, что, по мнению руководства «Эппл», этот гигант из города Купертино «может пересмотреть свою бизнес-модель в России». Официальные лица не особо серьезно отреагировали на подразумеваемую угрозу и указали на пример Китая, где западные гиганты в области высоких технологий, включая «Эппл», согласились с ограничительными мерами. А Россия — не Китай, поэтому влияние на «Эппл» будет значительно более ограниченным, и с ним можно будет справиться.

По мнению сотрудников еженедельника The Bell, официальные лица не имеют ясного ответа на вопрос о том, почему Кремль так заинтересован в предварительной установке российских приложений на смартфоны: «дескать, кто знает, какую информацию о россиянах собирают иностранные приложения, в них есть незаявленные возможности, — например, могут прослушивать. Если информацию будет собирать „Яндекс" или другие российские компании, она хотя бы будет оставаться в стране».

Судя по всему, компания «Эппл» готовится к борьбе против нового законодательства, и похоже, что ее руководство готово пожертвовать российским рынком для укрепления свой позиции. Нетрудно понять, почему «Эппл» собирается действовать именно так. Эта компания может столкнуться с такими же законами на многих рынках по всему миру, и тогда будет ограничен контроль над основными характеристиками, местом изготовления и надежностью цепочки поставок устанавливаемого программного обеспечения.

Помимо газетных заголовков, речь идет также о серьезных геополитических вопросах: укрепление связей между Россией и Китаем, которые оттесняют своего общего врага — Соединенные Штаты; жесткие ограничения на деятельность китайских высокотехнологичных компаний, включая «Хуавэй», что позволило Путину выступить с критикой новой «технологической войны», по его собственному выражению; стремление России усилить контроль над своим сектором высоких технологий и информационным сектором; предполагаемая зависть Путина по поводу китайской модели, в которой подобный центральный контроль размещен за «Великой защитной стеной» (Great Firewall).

Все это должно обеспокоить российское сообщество, имеющее отношение к высоким технологиям. Если Россия намерена точно следовать примеру китайских ограничений и контроля технологического рынка, а также планирует установить цифровой железный занавес, то тогда ставки будут значительно выше, чем возможность потерять доступ к последним моделям «айфонов» или «айпадов», как бы сильно ни ощущалось их отсутствие.