Коронавирус всё активнее проникает в искусство. Эпоха пандемии сейчас вдохновляет не только кинематографистов и художников, но и поэтов. Наши коллеги из интернет-журнала «Нож» сделали подборку поэтических текстов, посвящённых COVID-19. Самые удачные на наш взгляд мы решили опубликовать в этом обзоре.
Адам Видеман
Из «Заразительных сонетов» (перевод с польского Дмитрия Кузьмина)
В нашей
многоэтажке
теперь
новый
обычай:
двери
открываем
локтями.
Также
бутылки
больше
не открываем
зубами,
только об стену.
***
Забоялся
покупать
китайский
супчик
в супермаркете
Меркурий
хоть и
знаю
вирус-то
исходит
от дамы
вставшей
в очередь
передо мною.
***
Как
люди
культуры
и искусства
остаёмся
на высоте
задачи
и отказываемся
работать.
Пусть вирус
распространяется
в офисах,
на стадионах
и в мозжечках.
Павел Арсеньев
нам придется закрыть университеты
(когда еще будет такой повод),
отменим мероприятия:
ни культурных, ни спортивных
ни даже религиозных.
друг к другу
не приближаемся,
не касаемся
друг друга,
не приветствуем при встрече
рукопожатиями,
больше никаких объятий,
поцелуев, ну что вы…
кашляем в кулачок,
плохо себя чувствуем,
остаемся у себя,
звоним по номеру
кризисной службы.
спасибо тебе, коронавирус,
наконец все получило
хоть какое-то объяснение
Светлана Копылова
гора посигналила внимание опасность
формально, гора
что ж ты не шла
заражены ваши виртуальные профили,
биологические оболочки
у всех теперь колокольчиковые голоса
смешные шляпки
Галина Крук
(перевод с украинского Алексея Пантелеева)
ехала в маршрутке
всю дорогу сдерживалась, чтобы не кашлянуть
мальца недотянула — закашлялась на предпоследней остановке,
подумала напоследок — а будь что будет!
распнут так распнут, зато успею
накашляться перед смертью!
в маршрутке стало так тихо,
аж была слышна музыка сразу со всех наушников,
аж мотор перестал гудеть,
аж водитель перестал болтать по мобилке,
даже радио у него перестало что-то бубнить
а потом все как закашляют, по очереди и вместе,
благодарно, с облегчением, полной грудью!
выходила с гордо поднятой головой, уверенная в себе,
с дерзким лидерским блеском в глазах,
с ощущением, что жизнь прожита не зря
Ольга Брагина
я не буду закупать консервы и гречку, я читаю мемуары Ольги Арбениной
гречку я не сварю, если отключат свет, а консервой непременно порежусь
лучше почитать что-нибудь приятное, поговорить с умным человеком — то-есть, с собой
в Петрограде 22-го года был расцвет культуры, лекции о поэзии
одну девочку волновал вопрос, был ли роман у Одоевцевой с Гумилевым
(точнее, это интересовало ее маму-учительницу)
я сказала — какая мне разница, что у кого было сто лет назад
но теперь мне это интереснее, чем сводки о запасах консервов
в Петрограде 22-го года я была бы персонажем Вагинова, рассуждающим о красоте увядания
в некотором роде мой район воплощает собой красоту послесмертия бывшей империи
ее дети закупают гречку, фантомный голод в памяти их генов
ее дети кашляют друг на друга в общественном транспорте,
ибо империя не знает жалости и любви
я дочитала главу про Гумилева
Берберова послала ему в тюрьму яблочный пирог
Фото: pixabay.com
