В Севастополе не знают, что делать с пьяными

Задачу с многими неизвестными обсудили на заседании комитета по здравоохранению и социальной политике Заксобрания Севастополя. Речь идёт о возможном появлении в Севастополе учреждения, при СССР существовавшего в каждом относительно крупном городе, — медицинского вытрезвителя.

Позвольте вас отрезвить

В заседании приняли участие не только депутаты, но и представители правительства, УМВД и Общественной палаты. Первые вытрезвители, напомнила председатель комитета Татьяна Щербакова, появились в России в 1902 году. Однако в 2010 году их фактически упразднили, хотя на невостребованность, заметим, они пожаловаться не могли: в 2009 году через 545 действовавших в стране вытрезвителей прошло 2 млн 558 тысяч человек.

Правоохранители много раз поднимали вопрос о том, что ликвидация вытрезвителей негативно сказалась на криминогенной ситуации. Да и самим пьяницам их отсутствие не всегда идёт на пользу. На заседании комитета был приведён пример из жизни Ставропольского края: сначала к валявшемуся пьяному вызвали врачей скорой помощи, которые на короткое время привели его в сознание с помощью нашатыря и уехали, затем — полицейских. Те доставили невменяемого гражданина в поликлинику на медосвидетельствование. Но врач, опять-таки вернув его в сознание, повторил уже сказанное его коллегами: в медицинской помощи человек не нуждается. Спустя короткое время пьяный скончался в полицейском уазике, хотя в другой ситуации, как считает рассказавший эту историю представитель УМВД, мог бы своевременно оказаться в вытрезвителе и продолжать жить. Отвечать за его смерть, как нетрудно догадаться, пришлось силовикам.

При этом на каждого пьяного у полицейских уходит порядка 3-4 часов — доставить его в медучреждение на освидетельствование и пройти процедуру не так-то просто. И, конечно, это время полицейские могли бы провести с большей пользой. В Севастополе ситуация осложняется отсутствием ИВС: сосредоточиться приходится лишь на явных нарушителях общественного порядка или задержанных пьяных водителях. Остальные отправляются восвояси и часто либо совершают правонарушение, либо становятся его жертвами.

Одним словом, медвытрезвитель нужен. Видимо, это понимают и власти: в декабре 2020 года Госдума РФ объявила о принятии «закона о вытрезвителях». При этом подчёркивалось, что их организация находится в полномочиях регионов, а вот правила работы таких специализированных организаций утвердят на федеральном уровне совместным нормативным актом Минздрава, Минтруда и МВД.

Именно эти правила, как выяснили участники заседания, и стали главным препятствием на пути к созданию нормально функционирующих вытрезвителей. Но об этом чуть позже.

О том, как регионы воспользовались предоставленными им возможностями, ForPost рассказала член Общественной палаты Екатерина Дорохова — она была одним из организаторов круглого стола, посвящённого этой проблеме, и участвовала в заседании комитета заксобрания. Она же сообщила об опросах, которые проводили севастопольские телеканалы — 80% респондентов высказали мнение, что вытрезвители нужны. Напомнила Дорохова и о том, что в Севастополе медвытрезвитель в советское время работал на ул. Степаненко, 8.

Итак, на сегодняшний день законы о вытрезвителях приняты в 31 регионе, однако по факту работают далеко не всегда. В 26 регионах из 31, по словам Екатерины Дороховой, схема одинакова. В основном спецучреждения открываются при наркологических диспансерах и финансируются государством.

«Недавно такой закон был принят во Владимирской области. И создание ГБУ по оказанию помощи лицам, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, уже заложили в проект бюджета — 53 млн рублей», — рассказала член Общественной палаты.

Строительство модульного помещения возле владимирского наркодиспансера начнётся позже, в 2025 году. Предусмотрено и создание койко-мест при 4 больницах — по 6 мест в каждой.

В конце 2022 года вытрезвитель открыли в Карелии. Он располагается в модульном здании (также рядом с наркодиспансером) и рассчитан на 10 человек. Но есть и регионы, выбравшие другой путь.

Самым уникальным регионом стоит признать Татарстан, в котором подобия вытрезвителей действовать не переставали даже после 2010 года. Сейчас их в республике 11.

«Они передали эти полномочия муниципалитетам и выделяют им субсидии. Но, кроме основной деятельности, такой медцентр вправе заниматься предпринимательством — проводить платные профосмотры, заниматься лабораторной диагностикой, оказывать услуги сестринского ухода и прочее», — рассказала Екатерина Дорохова.

Предоставляемая субсидия не слишком велика — 816 рублей в сутки на одно место. Но сочетание госзаказа с оказанием платных услуг исполнителей вполне удовлетворяет. Ленинградская область, по словам собеседницы, передала функции «отрезвления» социально ориентированным некоммерческим организациям, для которых в бюджете также предусмотрена субсидия.

Этот вариант участники заседания отвергли: во-первых, у организации должна быть лицензия на оказание медицинских услуг, которые в ряде случаев непременно потребуются, а во-вторых, деньги лучше отдать организации государственной. Однако сама идея содержать подобные учреждения за счёт бюджета многим представляется неразумной.

«В правилах об организации деятельности подобных организаций прописаны, честно говоря, достаточно роскошные условия — и помещения для хранения ценностей, и буфетная, и комната отдыха для работников», — говорит Татьяна Щербакова.

Поручение просчитать необходимое финансирование давалось департаменту здравоохранения. Приблизительные суммы, по свидетельству участников заседания, оказались внушительными: строительство помещения на 20 мест площадью около 700 кв. метров — примерно 103 млн рублей, покупка оборудования и инвентаря — ещё порядка 25 млн. Плюс зарплата сотрудников — около 17 млн в год.

Но главным камнем преткновения стали даже не бюджетные расходы, тем более что без строительства можно обойтись, возложив функции «отрезвления» на частников. Организации, способные взять эту задачу на себя, есть и в Севастополе. Главное, на что обратила внимание Татьяна Щербакова, — что поместить пьяного в вытрезвитель, согласно действующим правилам, можно только с его письменного согласия.

«Думаю, мы все представляем себе этот процесс, — говорит глава комитета. — Если же состояние человека не позволяет ему выразить свою волю, согласие оформляется в течение его пребывания в учреждении. Впечатление такое, что правила писали люди, которые ни разу с такой ситуацией не сталкивались».

«Этот юридический аспект — добровольное согласие на помещение в вытрезвитель — является самой большой проблемой», — подтверждает замгубернатора Александр Кулагин.

Закон должен работать

С тем, что картина рисуется чисто утопическая, согласны практически все. Но что именно сподвигло разработчиков действующих федеральных правил предусмотреть добровольное согласие, тоже понять можно — если вспомнить о событиях, предшествовавших ликвидации вытрезвителей в 2010 году. Как писал по этому поводу Интерфакс, «в настоящее время вытрезвители представляют собой неиссякаемый источник криминальных новостей», В качестве примеров приводились случаи в Арзамасе, где сотрудник вытрезвителя избил и изнасиловал доставленную туда женщину (причём забрали её из дома, что недопустимо) и в Читинской области, где 28-летний мужчина погиб в результате драки в сотрудниками учреждения. Но самый громкий скандал, стоивший должностей главе УМВД и его заместителю, случился в Томске, где в результате жестокого обращения, назовём это так, с ним в стенах медвытрезвителя скончался журналист Константин Попов.

Как выйти из этой правовой коллизии, вопрос пока открытый. Но необходимость получать от доставленного в вытрезвитель пьяницы добровольное согласие действительно выглядит абсурдно. С просьбой что-то «подправить» или как минимум уточнить в действующей нормативно-правовой базе депутаты решили обратиться на федеральный уровень. А заодно и прояснить вопрос о принадлежности здания на ул. Степаненко, 8, где ранее располагался вытрезвитель, а теперь, как говорит «Яндекс», находится «общественная сауна».

Этой работой, по предложению Екатерины Бубновой, займётся профильный комитет закса. Предвидя негативные комментарии, подчеркнём: вопросом о создании вытрезвителя депутаты озаботились не от нечего делать. Необходимость разработать и принять региональный закон вытекает из закона федерального. А недавно на неё указало и постоянно действующее при правительстве Севастополя координационное совещание по обеспечению правопорядка. Так что закон всё равно появится. Но депутаты не хотят, чтобы он был пустым звуком, за которым ничто не стоит, как это нередко бывает с рамочными законами.

Принять такой документ, как заметила Татьяна Щербакова, можно очень быстро, не прикладывая усилий. Но проблема «что делать с пьяными» действительно существует», а число зарегистрированных в Севастополе тяжких и особо тяжких преступлений, совершённых в состоянии алкогольного опьянения, растёт. Поэтому закон должен работать, а не просто существовать на бумаге.

Ольга Смирнова