В Афганистане открылся российский деловой центр.
С точки зрения деловых интересов Афганистан весьма привлекателен не только для России.
После бегства армии США из Афганистана в 2021 году Китай оказался первым глобальным игроком, выразившим стремление заполнить пустоту, которую оставили американцы. В том числе и ради получения доступа к немалым запасам природных ресурсов, скрытых в недрах Афганистана.
Можно сказать, ситуация в общем благоприятная для Китая, так как весной этого года правительство талибов* согласилось дать разрешение Пекину на расширение программы «Один пояс — один путь» , распространяя её из Пакистана на афганскую территорию.
Цели Китая весьма амбициозны и долгосрочны. Но они могут попасть под удар, так как талибы* не дают достаточные гарантии для обеспечения безопасности рабочих из Китая в Афганистане. А их нужны будут десятки тысяч. Развитие связей с талибами* Китай осуществляет чрезвычайно осторожно по причине опасений политического характера. По мнению Пекина, талибы* могут тайно укрывать на своей территории исламских экстремистов, терроризирующих провинцию Синьцзян и уйгурские территории.
В свою очередь, Индия также вступила в борьбу с КНР за рост своего влияния на Афганистан, проводя активную гуманитарную политику, при помощи которой стремится внедриться в стратегические проекты. Местами успешно.
В конце 2022 года талибы* обратились к Индии с просьбой о завершении двух десятков затормозившихся инфраструктурных проектов в стране, которые осуществлялись в рамках долгосрочной инициативы Дели, вполне способной соперничать с китайским «Поясом». Уже в следующем году Индия откликнулась и объявила об ассигновании средств для восстановления Афганистана. Талибов* это воодушевило.
Наша страна в Афганистане пока что ограничивается общими дипломатическими усилиями, а также эпизодическими гуманитарными программами. Партнёры Москвы из ОДКБ, такие как Ташкент и Душанбе, также настороженно выжидают, выражая здравые опасения по поводу возобновления многолетних приграничных трений.
В то же время у Москвы есть такой отличный рычаг воздействия, как обширные зерновые запасы, а талибы* в этом испытывают постоянную и острую нужду. Имеет смысл их использовать в качестве ключа для входа на знакомую афганскую почву. В том числе в качестве партнёра для Пекина или Дели по инфраструктурным проектам, связанным с геополитическим и экономическим коридором Север — Юг.
Читайте по теме: В чём сложности газовых взаимоотношений России, Китая и Средней Азии
Павел Кухмиров
*Террористическая организация, запрещённая в России
