Фраза «это был непростой год» на протяжении если не всей нашей истории, то значительнейших ее отрезков представляется чем-то вроде банальности.
Конечно, уровень сложности и список проблем периодически меняются, а многие остаются стабильными, и речь не только о пресловутых дураках и дорогах.
В целом даже не какое-нибудь люксембургское, но и присущее странам побольше спокойствие нам только снится.
Вспомним, Владимир Владимирович Путин еще в самом начале своего правления, подразумевавшего отход от лихих девяностых, ставил цель догнать по ВВП Португалию – далеко не самую богатую, но относительно пристойную страну, тоже с богатой имперской историей.
Удалось ли выполнить цель, и если да, то в каких аспектах – вопрос спорный. Но главное – у нас не получилось и вряд ли получится стать Португалией в первую очередь не социально-экономически, а политически, геополитически, культурно.
Не удастся уединиться в скромных «естественных» границах, хотя, надо признаться, и португальцы за свои заморские владения бились долго и упорно.
Мы или будем державой, или наша участь печальна.
«Быть как все», чего хотели бы некоторые наши соотечественники, цель малореальная, ибо эти самые «все» видеть нас в своем кругу не хотят.
24 февраля Россия бросила самый дерзкий вызов за свою постсоветскую историю (включая Крым) всем этим «всем».
Вроде бы твердо возобладало понимание, что Россия или великая, сильная, защищающая свои интересы и не оставляющая в беде своих, или никакая, пусть даже и существующая формально.
Последующие десять месяцев показали, что выбор в пользу «быть», а не «казаться», при всей его безальтернативности, невероятно тяжел для нашей системы.
И год вышел, мягко говоря, предельно непростым и по суровым российским меркам. В том числе для психики граждан.
Сколько накопилось неоднозначностей и печальных однозначностей! Херсон стал частью РФ и через какое-то время вернулся под контроль Киева. Донбасс, защита которого провозглашалась главной целью СВО, тоже вошел в состав России – и хоть об оставлении Донецка речи, к счастью, нет, его жители по-прежнему испытывают на себе тяготы варварских террористических бомбардировок и их последствий.
Эти и другие душевно-сердечные раны, которых накопилось великое множество, можно растравливать без конца. Но в преддверии Нового года хочется все-таки сделать акцент на другом.
На мужестве, смелости и героизме русского воинства и воинства Донбасса как его авангарда и уже юридически составной части.
На бесконечном терпении жителей Донецка, пределы которого хорошо бы перестать прощупывать.
На честности и принципиальности целой плеяды военкоров, включая работающих в официальных СМИ, которые говорят о разных неприглядных ситуациях и явлениях.
На сотнях тысяч детей, присылающих солдатам письма и рисунки, на миллионах взрослых и пожилых людей, собирающих для фронта всё и на всё, от носков до беспилотников, и на десятки тысяч волонтеров и гуманитарщиков, которые покупают и развозят необходимое.
На деятелях искусства и культуры, которые не боятся ни пуль со снарядами, ни осуждения и козней могущественнейших антироссийских и просто безыдейных сил внутри своей среды – едут, выступают перед бойцами и мирными жителями.
В очередной раз скажу – наше общество показало потенциал к выздоровлению. Да, это пока только лишь потенциал, процессы разнонаправлены, общественная мобилизация так же частична, как военная, и наряду с противниками СВО есть огромное количество сторонников, следящих за ней в формате «под пивко, как за хорошим сериалом».
И все-таки радостных фактов пробуждения национального сознания, солидарности, гражданских чувств очень много.
Одними лишь общественными усилиями, без слаженного дуэта с государством, борьбу не выиграть. Но мы видим хотя бы предпосылки к тому, чтобы остаться в истории, современности и войти в будущее чем-то больше, нежели Португалия.
Станислав Смагин, политолог, публицист, замполит батальона 1031 имени Ильи Муромца НМ ДНР
