24 февраля в Москве состоялась встреча главы РФ с премьер-министром Пакистана Имраном Ханом. Это была первая встреча лидеров двух стран за два десятилетия и первая встреча руководства РФ на высшем уровне с момента начала спецоперации на Украине.
Во время беседы Владимир Путин и Имран Хан обсудили основные вопросы двустороннего сотрудничества и обменялись мнениями по актуальным региональным темам, включая ситуацию в Южной Азии.
В связи с известными событиями данная встреча предсказуемо отошла даже не на второй, а на третий план, и прошла практически незаметно. Что ж, трудно кого-то в этом винить. И тем не менее, данная встреча высвечивает процессы, которые в перспективе могут иметь колоссальное значение для региона и мировой расстановки сил.
С чисто исторической точки зрения Пакистан всегда являлся не просто вассалом Запада — он был его проектом, намеренно созданным англичанами в рамках их большой игры на пространстве Индии (которую они на тот момент покидали).
Искусственно созданное государство с самого начала находилось под плотной британской опекой. Там были начаты несколько войн и создана политическая напряжённость, эффективно сковывающая как развитие и амбиции Индии, так и самого Пакистана. Который в один прекрасный момент просто сделали чуть ли не одним из очагов международного терроризма — именно там позволили зализать раны талибам* (потом обвинив в этом сам же Пакистан).
Но теперь многое меняется. В мире происходят глобальные трансформации и перераспределение влияния. В регионе главным маркером этого стал захват власти в Афганистане талибами*. Это стало своеобразным Рубиконом ситуации. И в этом Пакистан явно видит некое окно возможностей для себя. Впрочем, не только он.
Россия ранее традиционно поддерживала Индию, но теперь курс явно взят на игру сразу на нескольких досках. Вдобавок в регионе резко активизировался Китай, который теперь действует там с Россией, что называется, «в четыре руки».
В то же время у Исламабада резко ухудшились отношения и с Вашингтоном, и с Лондоном. Попытки начать отношения с чистого листа после прихода Байдена ни к чему не привели. То ли Вашингтон окончательно делает в регионе ставку на хаос, то ли ему просто уже не до Пакистана. В итоге Исламабад даже отказал США в размещении на своей территории американских военных, выводившихся из Афганистана.
Показательным также является тот факт, что премьер-министр Имран Хан вместе с политическим руководством РФ стал одним из немногих иностранных лидеров, присутствовавших на открытии Олимпиады в Пекине. Более того: он задержался там на целых четыре дня и провёл целую серию переговоров с председателем Си.
В ходе этого окончательно были приняты интеграционные инициативы по включению Пакистана в глобальный китайский проект «Один пояс, один путь». Есть все основания полагать, что в результате с подачи Пакистана к данному проекту может примкнуть так же стремящаяся ускользнуть из-под американского влияния Саудовская Аравия (которой уже приходится очень несладко).
И вот теперь Имран Хан приехал в Москву, да ещё и в ключевой момент. Нетрудно понять, что и Москва, и Пекин делают очень серьёзную ставку сейчас именно на Исламабад. То, насколько она сыграет, будет зависеть от многих факторов. В первую очередь, от результатов операции на Украине и того, что Китай предпримет на Тайване. Но даже сейчас можно сказать, что ставка эта очень многообещающая.
Читайте по теме: Обновлённая конституция: о чём говорят результаты белорусского референдума
Павел Кухмиров
*Террористическая организация, запрещённая в России
