Мишустин подкупает не популизмом, а нормальностью

Отчёт премьер-министра Михаила Мишустина в Госдуме вызвал на редкость позитивную реакцию всех парламентских партий, комплиментарные комментарии экспертов, СМИ и даже критично настроенных соцсетей.

Причина не только в том, что он отлично подготовился и говорил, не уткнувшись в бумажки (благодаря то ли телесуфлёру, то ли прекрасной памяти), здесь другое.

В критический момент у России на месте главы правительства появился грамотный управленец-исполнитель, человек дела, скромный и работящий, не допускающий нелепостей и говорящий на понятном всем языке.

Формально это был отчёт за 2019 год, но тогда премьером был Медведев, совсем другое правительство в ещё докоронавирусные времена — так что фактически Мишустин отчитывался за свои первые полгода премьерства.

Полгода, которые если не изменили мир, то значительно его скорректировали, полгода, которые по сложности и количеству испытаний смяли бы кого угодно, заставили бы раскиснуть или наломать дров того же Медведева или, скажем, Кудрина, но не Мишустина.

К слову, примерно так же с корабля на бал 20 лет назад попал молодой президент Путин, которого мало кто считал серьёзным лидером.

Рекордное падение цены на нефть при оставшейся зависимости от неё бюджета, стремительная эпидемия коронавируса, вынудившая экстренно мобилизовать ранее грубо реформированную медицину, приостановка целых отраслей экономики, прежде всего сферы услуг, на которую ориентировались медведевские министры, — всё это новое правительство в целом выдержало достойно.

Не без недостатков и проблем с реализацией принятых мер, не без перегибов с контролем за людьми, цифровизацией, не без падения уровня жизни и роста безработицы, но можно констатировать назло недоброжелателям, что правительство Мишустина не позволило вызовам 2020 года обрушить экономику и дестабилизировать страну.

Принятые меры пусть анализируют экономисты, но от себя отмечу ключевые решения (большая часть которых, впрочем, инициирована президентом):

- поддержка семей с детьми как наиболее уязвимой части населения (по 20 тысяч на несовершеннолетнего ребёнка, к тому же выплаченные дистанционно и быстро);

- субсидирование тех предприятий, на которых сохраняются рабочие места (93 млрд рублей), что защитило самих сотрудников и сделало рынок труда более легальным;

- принятие элементов прогрессивного налогообложения путём повышения НДФЛ на доходы свыше 5 млн в год и налога на вклады свыше миллиона;

- повышение налога до 15% на вывод из РФ доходов в виде дивидендов, по сути важный шаг по деофшоризации;

- усиленное восстановление первичной медицины, строительство больниц и увеличение койко-мест в инфекционных отделениях, по сути исправляющих перегибы оптимизации здравоохранения;

- введение льготной ипотеки по 6,5%, сделавшее жильё чуть доступнее, и дополнительные вложения в строительство дорог, инфраструктуры;

- наконец, поддержка российских курортов путём продления закрытия границы, несмотря на зарубежно-туристическое лобби, и возвратов 5–15 тыс. рублей внутренним туристам.

Важно, что все эти и другие меры финансируются наконец-то за счёт резервного фонда и внутренних заимствований: в трудный момент правительство Мишустина, в отличие от кудринского и медведевского, не прячет деньги в кубышку и не раздаёт банкирам, а вопреки неолиберальным мантрам инвестирует живые деньги в разные отрасли экономики — от сферы потребления до производства.

Впрочем, главные экономические вызовы перед Россией ещё впереди, так как осенью недополученные прибыли аукнутся невыплатами по кредитам в банках, а тамошние воротилы не привыкли делиться с кем бы то ни было во имя национальных интересов. И то, что в обновлённых национальных целях 2030, накануне подписанных президентом, ряд параметров снижены по сравнению с целями 2024, а план восстановления экономики так окончательно и не принят, косвенно подтверждает эти опасения.

Однако документы, цифры и отчёты — далеко не определяющее в оценке работы премьера Мишустина. Его рейтинг доверия на начало июля, по данным Левада-центра, составил 14% и превысил рейтинги (!) популярных министров Шойгу и Лаврова.

И это уже нельзя назвать авансом и объяснить завышенными ожиданиями — нет, доверие граждан к Мишустину определяется его действиями и, что даже важнее, поведением.

Это поведение человека дела, а не болтовни: он до сих пор не принял участия ни в одном форуме или саммите (даже онлайн), но успел побывать до коронавируса в старых необустроенных больницах.

Мишустин не сыпет громкими фразами, но взвешивает каждое слово соотносительно с реальным делом. Он спокойно и без лишних эмоций реагирует на вызовы, чётко формулирует задачи и пытается их решить. При нём и министры стали меньше говорить, зато правительственные совещания в понедельник стали проводиться в 9 утра, а не под обед, как раньше.

Он не строит из себя большого босса, не тянет одеяло на себя, позволив выдвинуться Собянину, Белоусову, Голиковой, Мурашко, но и не избегает ответственности. Он не витает в облаках и не делает нелепостей вроде переименования милиции в полицию или перевода стрелок часов, а занимается насущными проблемами и разбюрократизацией госуправления.

В его мышлении не довлеют неолиберальные догмы или жупелы типа «открытого правительства», та же цифровизация для него не самоцель, а инструмент по улучшению госуправления и доступа населения к услугам, не более.

Мишустин подкупает не популизмом, не обещает золотые горы и «сладкую жизнь», как это сейчас модно, он подкупает нормальностью. Он своими действиями напоминает, что чиновник может быть добропорядочным и работящим, заинтересованным в лучшем исполнении своих обязанностей. А что это, если не нормальное служение государственного мужа?

И оказывается, что такая нормальность чрезвычайно востребована всеми: и президентом, и депутатами, и особенно гражданами, которые, к сожалению, всё больше недовольны государством и властью. Своим примером он как бы вступает в спор с растущим предубеждением народа к власть имущим.

К тому же в Мишустине чувствуется профессиональный и житейский опыт — тот самый, который не приобретёшь на конкурсах типа «Лидеров России», где учат вместо решения насущных проблем «брендированию себя».

Тот самый опыт, которого будет остро не хватать Михаилу Дегтярёву, зачем-то брошенному на амбразуру Хабаровского края без какого-либо опыта руководства. А другого кандидата, видимо, у Кремля не оказалось, так как администрация президента занимается отбором кадров на странных конкурсах.

Что говорить, если того же Мишустина президенту пришлось выбирать самому — среди предложенных ему кандидатур нынешнего премьера не оказалось.

Таким образом, при катастрофическом дефиците управленческих кадров на исходе 20 лет правления Владимира Путина Михаил Мишустин является на редкость удачной находкой. И примером для правильного отбора кадров.

Более того, складывается парадоксальная ситуация, когда к премьеру меньше претензий, чем к президенту. Если раньше весь негатив от проблем в стране сосредотачивался на Медведеве, а Путин был вне критики, то в последнее время граждане всё чаще обвиняют в проблемах страны Владимира Владимировича, а Мишустин, наоборот, воспринимается в позитивном свете.

При этом в реальности премьер остаётся исполнителем стратегических решений президента, сам он не выступает с ключевыми инициативами (по крайней мере пока), строго придерживаясь политики Кремля по всем ключевым направлениям — в частности, считая нецелесообразным национализацию стратегических активов (хотя тот же «Норникель» это давно заслужил).

В его правительстве стратегическим мышлением обладает, пожалуй, только Андрей Белоусов, в своё время попытавшийся заставить крупный капитал раскошелиться на модернизацию промышленности, но тот пока продолжает держаться в тени и строго придерживается закреплённого функционала.

Трудно сказать, как отреагируют Михаил Мишустин и его команда на ситуацию, когда (если) действующая модель экономики (неолиберальная) исчерпает себя окончательно и придётся искать альтернативные модели, принимать нестандартные и рискованные решения в условиях, когда придуманные неолибералами «законы экономики» перестанут работать, как когда-то перестал работать коммунизм.

Читайте по теме: Жить стало лучше, жить стало грустнее

Эдуард Биров