Коронавирус и путешествия: а дома лучше

У меня в детстве была любимая фраза: «Чтобы совершить удивительное путешествие – не обязательно куда-то идти». Она вообще про все, но, в первую очередь, про умение, наверное, воображать и мыслить. Про фантазию и твой собственный мир, в котором может произойти любое, даже самое фантастическое событие. Только знай – голову включи.

Все мы тут провели несколько месяцев в изоляции и чуть не сдурели. Со смехом, если честно, я смотрела на своих растерянных друзей – тех самых, для кого главная жизненная ценность – это галочки на карте и мили Аэрофлота. Им стало страшно. Они не привыкли оставаться наедине с собой, а уж тем более – рядом со своей семьей, им нужны постоянные новые перелеты и ландшафты, города и страны, им кто-то в детстве рассказал, что это круто: путешествовать. Им необходима смена декораций и ощущений, чтобы чувствовать себя полноценным человеком. А тут злая реальность подкинула свинью – оставила их наедине с их мыслями. И мир с пшиком сдулся, как воздушный шарик, севший на кактус.

Что давно заметила – среди профессиональных путешественников очень мало людей, которых по-настоящему интересует история и культура. В моде – интерактив, что бы это ни значило. Выпить с коренным индейцем или сыграть в нарды с жителем высокогорного поселка – один черт. Туристам продают ощущение сопричастности, туристы в восторге.

Признаюсь: я все это страшно не люблю.

И, да, я давно, за много лет до коронавируса, решила ездить по России, чем и занята. Ну как, решила. Это, конечно, было не решение. Решение – это когда ты планируешь отпуск за пару месяцев по принципу «А в каком отеле во Вьетнаме мы остановимся».

В моем случае это было так: «Да ну, к черту, поехали посмотрим на фрески Рублева, ехать-то часов восемь». А сама только что в очередной раз досмотрела фильм любимого режиссера, которого ныне в модных кругах принято высмеивать.

Первое потрясение -- года четыре назад. Зима, вечер, темно. Город Владимир, Успенский собор. Мы как раз приехали по моей прихоти фрески смотреть. Я была уверена, что если мы и войдем в здание в это время – там будет музейный холод и в лучшем случае экскурсия. Но мы вошли и – я словами не опишу, что было дальше. Во-первых, внутри обнаружилась толпа народа. Сразу стало тепло – то ли от свечей, то ли от количества людей, то ли, как говорила бабушка, «надышали». Шла служба. Пел церковный хор, атмосфера - как в итальянском кино 60-х. «Ночи Кабирии» отчего-то вспомнились, как раз сцена в храме.

А по стенам… Я узнала все с детства знакомые кадры, вокруг были фрески Рублева – нетронутые, никому, в целом, неинтересные. Живые. И они правда жили, потому что вокруг ходили люди, и звучала музыка, и горели свечи.

Наверное, тогда я и поняла, что у нас под носом – поинтереснее туризм, чем в пятизвёздочном отеле Турции, Египта или даже в автобусном туре в Европу. Мне совершенно плевать стало на модную Черногорию и доступную Чехию. На Болгарию и даже, дико извиняюсь, Париж. Я поняла, что живу в мире, о котором ничего почти не знаю, не знаю даже, что здесь, под боком, происходит.

Дальше было много удивительного. И поход через заснеженное поле к старейшей русской церкви – Покрову на Нерли. Туда не подъехать на машине, а в минус 25 ты идешь эти километры через ровное белое поле – напрямую к господу богу, такое ощущение. И солнце слепит глаза. А когда доходишь до места, в каменных сводах тебе теплее не становится. И никого там почти нет. Сидит только одна женщина в шубе за прилавком и продает иконы и мелкие сувениры. И смотрит на тебя так, как, наверное, веке в тринадцатом смотрел русский крестьянин на путника – с жалостью, хитростью и божьим всепрощением. И ты покупаешь сувениры, как дурак, и идешь обратно эти несколько километров. Но потом Покров на Нерли зачем-то тебе снится почти каждую ночь, потому что вышел ты из него не таким, как вошел.

Разное вспоминается. И комическая совершенно сцена подъема на колокольню Юрьев-Польского Кремля. Тоже была зима, скользкие ступени винтовой, очень узкой лестницы. И ты, толстый и маленький, карабкаешься – черт знает куда, черт знает зачем.

- А в колокол можно позвонить?

- Да звони, - сплевывая, отвечает тебе смотритель в фуфайке. Ты видишь с этой колокольни весь город, он совсем с ладошку, ты понимаешь, что все здесь, наверное, друг с другом знакомы и на колокольный звон откликаются беззвучным «опять туристы». И сплевывают, как смотритель. Но звонишь! И ты в этот момент – как бы немного древнерусский князь.

Несколько дней назад повторила подвиг (я говорю о вскарабкивании на колокольню) в ярославском Кремле. Там колокольня повыше, 34 метра, а лестница такая же – для самоубийц.

Я не знаю, как это устроено, но когда стоишь, там наверху – в ушах у тебя гомон несуществующей ярмарки, перед глазами – раскрашенное сукно и дерущиеся петухи, свистульки и пряники. Малознакомые слова всплывают в сознании; джеклондоновское «зов предков». Странное чувство, словами его не описать. Потом морок рассеивается, и ты идешь обратно. Вниз по крутой лестнице, как известно, страшнее, чем вверх.

Я не люблю туристические маршруты. Мне интереснее живые, не полированные, не припудренные места – именно поэтому меня и носит в Ярославль, Ростов, Владимир, - словом, во все те города, которые еще не успели превратиться в декорацию. Но одновременно уже стали пригодны для, например, ночевки или обеда.

Кстати, к ростовскому Кремлю впервые я подходила тоже зимой. В чуть не в летней одежде – ну такой я турист, дальше такси не привыкла ходить. Помню отчетливо только стук собственных зубов. И тут зазвонили колокола. Неожиданно, случайно, сквозь мелкий снег – как в сказке. 

Встала как вкопанная, и мороз словно бы перестал. И незнакомый тогда человек, который шел рядом – вот с тем же ровно выражением лица остановился. Колокольный звон, свет фонаря, снег. Внезапное приключение, как там у Стругацких – счастья для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным.

А ведь у нас еще есть Сибирь. И Байкал. И, простите меня пожалуйста все хором либералы, Крым. И я обязательно поеду и буду смотреть, читать, интересоваться, изучать. Спрашивать и потом для себя навсегда помнить.

Чтобы совершить удивительное путешествие – не обязательно куда-то идти. Во всяком случае, через границу и океан – точно не обязательно.

Читайте по теме: Названо главное условие возврата денег за туры по России

Мария Дегтерева