Одной из важнейших фигур отечественного авиастроения является создатель самого массового боевого самолёта в истории «Ил-2» Сергей Ильюшин. Мало кто знает, что его путь в профессию начался в восточном Крыму. Позже, благодаря усилиям Ильюшина, по его стопам смогли пройти Антонов, Туполев, Королёв и первая военная лётчица-бомбардир Турции Сабиха Гёкчен.
К 130 годовщине со дня рождения великого мастера воздухоплавания ForPost узнал больше об одном из проектов всей жизни Сергея Ильюшина, Высшей лётно-планерной школе на горе Узун-Сырт в Коктебеле.
Идеальные условия
Впервые горный хребет Узун-Сырт в Коктебеле привлёк внимание воздухоплавателей в начале XX века. Тогда эта местность приглянулась опытному лётчику, начальнику истребительного отделения Севастопольской авиашколы Константину Арцеулову.
«Он обследовал горы, удобные для парящих полётов, с борта своего «Ньюпора» (модель истребителя — прим.). После обследования воздушных потоков и рельефа местности в 1916 году Арцеулов указал на перспективность Узун-Сырта», — поделилась в беседе с ForPost директор Музея свободного полёта имени К.К. Арцеулова Ольга Силевич.
Лётчик не ошибся в своём выборе: земля Коктебеля будто бы была создана для воздухоплавания самой природой. В этом месте, как объяснила изданию Ольга Силевич, тёплый ветер со стороны моря обтекает крутые склоны Узун-Сырта и создаёт мощный восходящий поток воздуха, который как нельзя лучше подходит для планеров. Поэтому, когда сообщество планеристов решило организовать всесоюзные планерные испытания, Константин Арцеулов предложил провести их в Коктебеле.
Свет отечественной авиации
Первого ноября 1923 года энтузиасты отечественного планеризма подняли на горе Узун-Сырт флаг Первых Всесоюзных планерных испытаний. Тогда в Коктебеле собрался будущий свет советской авиации: молодой лётчик-испытатель Леонид Юнгмейстер, будущий «отец» транспортной авиации Олег Антонов, создатель самолётов и вертолётов «Як» Александр Яковлев и другие.
Среди них был и 29-летний студент Военно-Воздушной инженерной академии, глава Технической комиссии планерных слётов Сергей Ильюшин. Он приехал в Крым вместе со своим первым детищем, планером АВФ-3 «Мастяжарт».
«С Ильюшиным я познакомился осенью 1923 г. в Крыму. Он был конструктором одного из первых советских планеров, а я московским школьником, до потери сознания влюблённым в авиацию. Именно его помощи и постоянному вниманию я обязан всем, чего достиг», — так, по словам Ольги Силевич, вспоминал позже первую встречу с Ильюшиным авиаконструктор Александр Яковлев.
Планер «Мастяжарт», подготовка и полёт.
Резкий взлёт
Начиная с 1923 года, планерные испытания стали проходить в Коктебеле систематически. Интерес советских граждан к воздухоплаванию неуклонно рос: если на Первом слёте было представлено всего 10 планеров и проведено 35 полётов, то на второй год число планеров увеличилось до 42, а число проведённых полётов до 572.
На шестой год проведения испытаний планерный сектор ЦС ОСОВИАХИМа решил организовать недалеко от места слётов Высшую лётно-планерную школу (далее — ВЛПШ).
«Основной задачей школы была подготовка инструкторов-планеристов для местных планерных школ. Первым начальником школы был назначен Анатолий Сеньков, кроме него много сил вложил в создание школы Сергей Ильюшин», — уточнила Ольга Силевич.
Чтобы проводить обучение, на горе Узун-Сырт построили четыре больших барака, внутри которых расположились учебные классы, общежитие для курсантов и инструкторов, клуб-читальня, столовая и пекарня. Чуть позже к структуре ВЛПШ добавились каменные хозяйственные постройки и ангары.
Анатолий Сеньков и Сергей Ильюшин на строительстве Высшей лётно-планерной школы.
Первый набор учеников прошёл летом 1931 года. В ВЛПШ было зачислено 97 курсантов, которые приехали в Коктебель со всей страны. По плану занятий будущие планеристы должны были провести в крымском небе 62 лётных дня, однако из-за непогоды число практических занятий сократили почти вдвое, до 38 дней.
Несмотря на это, первый год работы оказался для ВЛПШ особенно продуктивным и удачным. Вместо 50 инструкторов школа смогла выпустить 70, часть которых дополнительно получила квалификацию планериста-парителя.
«Всего было совершено 5142 полёта, из них 91% учебные. Налёт по планерам распределился следующим образом: “Стандарт” — 4396 полётов, Г-2бис — 710 полётов, “Стандарт-2” — 14 полётов, прочие — 22», — привела данные директор Музея свободного полёта.
Международный уровень
Популярность ВЛПШ среди энтузиастов воздухоплавания стремительно росла. На второй год обучения было зачислено уже 176 курсантов. Среди выпускников курса значились будущие лётчики-испытатели Сергей Анохин, Виктор Расторгуев, Валентин Хапов и автор множества книг об авиации Игорь Шелест.
Начиная с 1933 года в программу обучения вошли фигуры высшего пилотажа на планере, а в 1934 году в качестве подспорья для будущих учеников выпускники Анохин и Симонов издали «Курс учебно-лётной подготовки ВЛПШ». Вскоре прогрессивные методы обучения и большое количество спортивных достижений вывели скромную ВЛПШ на международный уровень.
«Президент Турции Мустафа Ататюрк направил в ВЛПШ группу турецких планеристов, среди которых находилась его приёмная дочь Сабиха Гёкчен. В 1935 году она освоила парение на планере, прыжки с парашютом и стала единственной военной лётчицей в Турции», — привела один из примеров Ольга Силевич.
Сабиха Гёкчен и турецкие планеристы в Коктебеле.
В 1938 году Высшую лётно-планерную школу ОСОВИАХИМа расформировали. На её базе создали Коктебельскую лётную школу им. П.И. Баранова. В перспективе преобразование могло бы сулить воздухоплавателям большие горизонты. Но помешал случай: в 1939 году аэродром базирования школы передали в распоряжение пограничных войск НКВД СССР. Коктебельская лётная школа им. П.И. Баранова была незамедлительно расформирована, а на её месте возникла Коктебельская школа дегазационных отрядов.
Коктебельский феникс
Возродить лётную деятельность на горе Узун-Сырт удалось только в 1977 году. Тогда, по словам Ольги Силевич, Центральный аэрогидродинамический институт имени профессора Н.Е. Жуковского (далее — ЦАГИ) решил открыть в Коктебеле Научно-исследовательскую планерную базу.
«Был полностью восстановлен и реконструирован весь комплекс зданий и сооружений, проведены лётно-исследовательские работы в области аэродинамики на планерных летающих лабораториях и лёгких самолётах», — поделилась директор Музея свободного полёта.
В 1992 году на базе НИПБ ЦАГИ заработал Центр планерного спорта «Коктебель». Вплоть до 2015 года он был домом для многих любителей самолётного спорта и планеризма. В 2015 году полёты в ЦПС «Коктебель» были прекращены в связи с крушением частного самолёта Cessna, в результате которого погибли пилот и трое пассажиров.
В ходе расследования инцидента выяснилось, что в центре не было квалифицированных пилотов и техников по оперативному и техническому обслуживанию воздушного судна, а также руководителей полётов, из-за чего бывший директор ЦПС «Коктебель» Борис Небреев оказался на скамье подсудимых. В 2018 году суд признал его виновным сразу по трём уголовным делам, связанным с трагедией.
Позже Центр планерного спорта был передан республиканскому Министерству спорта и преобразован в ГБУ ДО РК «Спортивная школа технических видов спорта», которое работает и по сей день.
К сожалению, сейчас, в условиях проведения специальной военной операции, полёты в Крыму находятся под запретом. Но, несмотря на это, Коктебель остаётся колыбелью отечественной авиации и лучшим местом для обучения на дельтапланах и парапланах.
Елена Фокина
Фото: Александр Красильщиков «Планеры СССР», andepolis.de
Уважаемые читатели, комментаторы портала ForPost!
C 22.00 до 8.00 на нашем сайте действует ночной "режим тишины": в этот период публикация комментариев невозможна.