Как Пушкин совершал конный пилигримаж по Крыму

На этой неделе Россия отметила день памяти Александра Пушкина. Всем известно, что поэт бывал в Крыму и воспел полуостров в своих стихах. Но зачем Раевские пригласили Пушкина в двухдневное конное путешествие через Крым, было ли это развлекательной прогулкой или своего рода паломничеством? И что известно о воспетом Пушкиным в стихах «грозном храме» древней Тавриды? Ответы на эти вопросы искал ForPost.

Молодой поэт и мудрый наставник

В Крыму Пушкин жил у генерала Николая Раевского в Гурзуфе. В сентябре 1820 года Раевский, его сын Николай Раевский-младший и Пушкин отправляются в конную поездку. Их целью стал Георгиевский монастырь на Фиоленте. Крымский краевед, автор книги «Пушкинский маршрут: Алупка — Феолент» Николай Шик, считает исторически более корректным название Феолент, которое и употребляет.

«Вопрос, с какой целью, ради чего, предприняли это путешествие? Заметьте, они не заезжали ни в Балаклаву с её красивой бухтой, проехав мимо, ни в Севастополь. Хотя у Раевского-старшего наверняка была возможность заехать в Севастополь, как у военного высокого ранга. То есть они совершили такую достаточно длительную поездку на лошадях именно в Георгиевский монастырь на Феоленте», — обратил внимание ForPost Николай Шик.

По мнению краеведа, Раевский-старший организовал поездку с воспитательной целью, желая повлиять на Пушкина.

«Можно предположить, что нрав поэта представлялся генералу несколько легкомысленным (Пушкину тогда был 21 год — Прим.). Как позже вспоминал сам Пушкин, Раевский не прибегал к строгим долгим нравоучениям, но стремился показать правильные поступки своим примером», — пояснил собеседник издания свои слова.

В доме Раевских в Гурзуфе сейчас музей.

Пушкину Раевский-старший запомнился не строгим генералом, а в первую очередь добрым отцом семейства, в котором поэт гостил.

Родник, «из которого пил Пушкин»

Путешествие в монастырь заняло два дня. На ночёвку останавливались в Алупке, и по свидетельствам современников можно определить её конкретное место. Дом, где ночевали Раевские с Пушкиным, не сохранился.

«Владельцем этого дома был Кондараки. Ориентиром по его местонахождению служит так называемый Изюм-камень, в той местности выращивали виноград на изюм», — сказал Николай Шик.

Дом располагался недалеко от того места, где сейчас вход в Воронцовский дворец. Участки земли на Южном берегу тогда получали военнослужащие Балаклавского греческого батальона. А они эту землю с красивейшими видами нередко по хорошей цене продавали обеспеченным дворянским фамилиям, которые обустраивали здесь свои имения и парки. Так, например, приобрёл часть земель Михаил Воронцов. Позже здесь и возвели Воронцовский дворец. 

Далее путь Раевских и Пушкина пролегал по Южному берегу, через Симеиз, и затем через перевал Шайтан-Мердвен.  

«Известный эпизод, как они поднимались на перевал, держась за хвосты лошадей», — напомнил Николай Шик.

Такой способ подъёма видимо позаимствовали у местных татар и греков. Потом путешественники спустились в Байдарскую долину. Вероятно, в одном из её уютных уголков делали привал, но свидетельств этому не сохранилось, как и точного маршрута. Хотя жители Орлиного охотно покажут родник, «из которого пил Пушкин».  

Потом пересекли Варнутскую долину, обогнули гору Аскети, проехали мимо Балаклавы, не заезжая туда. Затем поднялись к Карани (нынешнее Флотское), и оттуда направились в Георгиевский монастырь. На Фиолент прибыли ближе к концу дня 6 сентября 1820 года по старому стилю. Здесь Пушкин провёл одну ночь. Великолепию этого места поэт не мог не посвятить стихи.

Святилище Девы

Именно Фиоленту Пушкин посвятил стихотворение «К чему холодные сомненья? Я верю: здесь был грозный храм…» Речь идёт о храме Девы из античных легенд. Он знаменит благодаря упоминаниям у классиков. Миф об Ифигении находим у Еврипида, а позже у Гёте и других авторов.

Виды Фиолента. Внизу справа беседка-ротонда с памятным знаком о визите Пушкина.

Как видно из самого стиха, уже во времена Пушкина размышляли, где именно в Крыму мог находиться этот легендарный храм. Удалось ли узнать что-то новое за двести лет, рассказал ForPost кандидат исторических наук, заведующий кафедрой археологии и всеобщей истории КФУ им. Вернадского Александр Герцен.

«Поиски этого святилища вели неоднократно, но археологических находок, которые могли бы ему явно соответствовать, нет. Исходя из письменных источников — можно сказать, что Фиолент наиболее подходящая локация. Согласно легенде, это был храм тавров, которые приносили в жертву чужеземцев. С таврами связывают в частности соседнюю бухту Символов, Балаклавскую бухту», — рассказал Александр Герцен.

Версии о расположении храма в других местах, например, на Южном берегу Крыма, археолог считает менее убедительными.

«Партенит — сразу привлекает внимание само название: Партенос означает дева. Но дело в том, что впервые это название фиксируется уже в средневековье, то есть гораздо позже времени создания мифа», — отметил Александр Герцен.

В окрестностях Симеиза находили таврские захоронения — каменные ящики. Но о том, что можно было бы назвать вполне определённо таврским святилищем, сказать сложно.

Читайте по теме: В Крыму открыли ранее неизвестный средневековый храм

В классических сюжетах храм Девы описывают именно рукотворным храмом, но надо понимать, что святилище, послужившее его прообразом, могло быть природным, не обязательно постройкой как таковой. К тому же так как оно располагалось на береговой линии, поискам могли помешать процессы эрозии. В общем, повторить судьбу легендарной Трои, которую нашли и раскопали, ему скорее всего не суждено.

Так что стихотворение Пушкина в «историческом» контексте абсолютно актуально по сей день.

В компании трёх сестёр

Когда Пушкин гостил у Раевских в Гурзуфе, он познакомился с его дочками. С Екатериной и Марией Пушкин поддерживал связи и после поездки в Крым. Возможно, предполагают некоторые литературоведы, именно Марии поэт посвятил строчки в «Евгении Онегине»:

«Как я завидовал волнам, Бегущим бурной чередою С любовью лечь к её ногам».

А волны — в таком случае Чёрного моря.

Но, подчеркнём, что это не более чем предположение. Также и по элегиям Пушкина продолжается дискуссия, были ли они посвящены конкретным женщинам, и кому именно.

Марии Раевской на момент пребывания Пушкина в Крыму было 16 лет. Им доводилось видеться ещё, и может быть они вспоминали в своих беседах Крым. 

Последняя их встреча произошла при поистине роковых обстоятельствах и для всей страны, и лично для Марии. Она последовала в ссылку за своим мужем Сергеем Волконским в Сибирь, став одной из жён декабристов. Судьбы этих женщин стали эталоном женского благородства. В вечер перед отъездом Марии Раевской в Сибирь Пушкин встретился с ней, и они долго беседовали. В тот вечер они попрощались навсегда. 

Читайте по теме: Как отпрыск «сладкого» рода из Крыма стал главным казаком советского кино

Андрей Брегов

Фото: yalta-museum.ru, Дмитрий Осипенко|ForPost