Крым

Искусство в огне: как во времена оккупации в Крыму спасали ценности картинной галереи

Эвакуация помогла спасти те крохи, что не уничтожил огонь.

Полотна из Крыма едва не попали в Сталинград.
Фото:
коллаж ForPost|Елена Фокина
Полотна из Крыма едва не попали в Сталинград.

К 80-летию освобождения Симферополя от немецко-фашистской оккупации ForPost рассказывал, как коллекция Центрального музея Тавриды частично пережила эти нелёгкие времена благодаря самоотверженности музейных сотрудников: ценой своих жизней они создавали на территории музея тайники. А вот единственная попытка эвакуировать экспонаты обернулась несчастьем: сундуки и ящики с 20 тысячами ценностей, в итоге, немцы разграбили в захваченном Армавире.

Не менее трагично в годы Великой Отечественной войны сложилась судьба фондовой коллекции второго старейшего музея крымской столицы. О том, как эвакуация помогла сохранить последние оставшиеся в живых объекты искусства Симферопольской картинной галереи, узнавал ForPost.

На пепелище

Эвакуация фондовой коллекции Симферопольской картинной галереи (далее — СКГ) началась в октябре 1941 года. Большая часть полотен и других предметов искусства, находившихся в крымской столице, была отправлена работниками в Керченский порт для дальнейшей переправки на материк.

«По официальным данным, во время эвакуации в октябре 1941 года ящики с экспонатами и музейным архивом были перевезены в Керчь, где сгорели в порту во время пожара, вызванного бомбардировкой немецкой авиации», — объяснила пропажу довоенной коллекции заведующая отделом по научно-просветительской деятельности Симферопольского художественного музея Александра Кугушева.

По данным исследователей, в огне бесследно исчезли более двух тысяч экспонатов. Основную часть коллекции представляли бесценные образцы русского и западноевропейского искусства XVIII-XIX веков. Среди них были: скульптура Андреа дель Верроккьо «Иоанн Креститель», «Портрет Станислава II Августа Понятовского» работы Ф.С. Рокотова, «Портрет Александра I в молодости» кисти Марии Луизы Виже-Лебрен, «Итальянский пейзаж» С.Ф. Щедрина, «Берег Крыма ночью при луне» И.К. Айвазовского, «Индийский храм» В.В. Верещагина и многие другие.

Сгорели более двух тысяч ценнейших экспонатов.

Не всё потеряно

К счастью, 50 предметов искусства ещё осенью 1941 года уехали из Симферополя в Феодосию на временную выставку. Эвакуация этой части коллекции проходила через Феодосийский порт, что и спасло экспонаты. Однако всем этим полотнам и скульптурам также предстоял долгий и непростой путь.

Деятельное участие в спасении остатков коллекции, по словам Александры Кугушевой, принимали директор Симферопольской картинной галереи Ян Бирзгал и директор Феодосийской картинной галереи имени И.К. Айвазовского Николай Барсамов.

«Передвижная выставка картин Симферопольской картинной галереи находилась в Феодосии.  По моей просьбе упаковку этой выставки принял на себя директор Феодосийской галереи Барсамов. С Барсамовым я также условился, что картины этой выставки должны быть погружены на пароход совместно с экспонатами Феодосийской галереи», — цитирует служебную записку Яна Бирзгала Александра Кугушева.

Так остатки когда-то огромной коллекции СКГ смогли попасть в Новороссийск. Но портовый город на юге России был лишь промежуточной точкой в длинном пути полотен и их хранителей. В Новороссийске ящики с предметами искусства должны были погрузить в вагоны и перевезти в Краснодар.

Здесь начались первые трудности. По воспоминаниям Яна Бирзгала, Феодосийский горсовет снабжал его коллегу Барсамова ничтожно маленькими суммами на расходы по эвакуации. Поэтому транспортировку как феодосийских, так и симферопольских ценностей директор СКГ оплачивал из своего кармана.

Спасительный случай

В Краснодаре тоже не удалось задержаться надолго. Через несколько недель после приезда Николай Барсамов получил правительственную телеграмму о том, что коллекцию музея Айвазовского готовы принять в Ереване. Перевозку картин в Армению должны были одобрить в краевом Комитете искусств.

«Выслушав меня, начальник комитета показал телеграмму из Симферополя с предложением направить галерею в Сталинград. Более неудачный маршрут нельзя было придумать. Ростов оставлен, немцы начали бомбить Кубань. Тем не менее начальник настаивал на выезде в Сталинград», — вспоминал позже Николай Барсамов в своей книге «45 лет в галерее Айвазовского».

Руководство настаивало на переправке полотен в Сталинград.

От очевидно гибельной поездки крымские экспонаты спас случай. Когда директор Феодосийской галереи отправился на вокзал, чтобы узнать о вагоне для предметов искусства, оказалось, что двигаться из Краснодара на север уже невозможно.

«Начальник станции сообщил, что выехать в северном направлении не удастся: к тому моменту вокзал в Армавире уже был разбомблён. Было принято решение отправляться на юг, и экспонаты благополучно, через две недели, 5 ноября, приехали в Ереван», — описал путешествие Николай Барсамов.

Вдали от дома

Ереван стал последней точкой в путешествии крымских предметов искусства. Местная публика питала большой интерес к привезённым полотнам, картины регулярно выставлялись в Государственном музее изобразительного искусства.

Задержались в Ереване и музейные работники с полуострова: Барсамову с женой было выделено жильё, их зачислили в штат Государственного музея изобразительного искусства. Нашлось место и для Яна Бирзгала: в Армении он заведовал художественной реставрационной мастерской Художественного музея Армении. За годы в Ереване Бирзгал собственноручно помог отреставрировать коллекцию музея города Орджоникидзе, которая сильно пострадала во время эвакуации.

Несмотря на то, что быт Барсамова и Бирзгала в Армении был довольно скромным, в нём находилось место для маленьких радостей. Например, вот так директор Феодосийской галереи имени И.К. Айвазовского описал встречу Нового года.

«Под новый 1942 год нас обрадовало сообщение о десанте советских войск в Феодосии и Керчи. Я. П. Бирзгал приготовил сюрприз: где-то раздобыл маленькую ёлку, гуся и бутылку шампанского. Все это установил на отдельном столе, а вместо украшений укрепил на ёлке последний выпуск газеты с описанием крымского десанта», — вспоминал Николай Барсамов.

Праздничное украшение ёлки - вырезки из газет с победными сводками.

Так остатки коллекции Симферопольского художественного музея смогли пережить Великую Отечественную войну и после её окончания уже без приключений вернулись домой. Среди спасённых полотен были панно К. Богаевского, работы А. Куприна, И. Грабаря, В. Эйферта.

Сейчас в коллекции СКГ из 50 переживших эвакуацию произведений осталось 43. Остальные были переданы в другие организации либо списаны. Полотна послужили основой для формирования новой, послевоенной коллекции музея и выставляются в залах галереи до сих пор.

Напомним, ранее ForPost рассказывал ещё одну интересную историю, связанную с жизнью СКГ во время Великой Отечественной войны. Оказалось, что летом 1941 года в рамках временной выставки «Основные этапы развития русской живописи» в Крым попала картина Ореста Кипренского «Портрет художницы». На 7 долгих лет картина была утрачена, а затем, по счастливой случайности, нашлась и осталась жить в Симферополе.

Елена Фокина

Фото: нейросеть Kandinsky 3.0

694
Поделитесь с друзьями:
Оцените статью:
5
В среднем: 5 (1 голос)

Главное за день

Как продавливают строительство новой гостиницы в центре Севастополя

Детали планируемой точечной застройки раскрыл депутат заксобрания города Вячеслав Горелов.
20:02
24
2175

Какому предпринимателю в Севастополе жить хорошо?

Капля позитива в бочке дёгтя тоже есть.
19:00
3
700

В Севастополе закатанные в бетон деревья на Фиоленте освободили в стиле «и так сойдёт»

Такое «освобождение» кипарисы не спасёт, считают специалисты.
17:04
2
1010

Владения жены украинского националиста в центре Севастополя оказались шире

Кроме павильона «Цветы», Наталье Зеленчук принадлежит торговый центр «Очаковский».
14:02
18
5945

В Севастополе на ремонте сквера могли украсть половину выделенных денег

В мошенничестве обвиняют директора подрядной организации.
10:04
20
3571