Джанкойский инвалид после приёма у депутата получил травмы ниоткуда

Конфликт джанкойского инвалида Игоря Никитенко и депутата Госдумы от Крыма Михаила Шеремета не пользуется особым вниманием правоохранителей. Как пояснил ForPost сам Никитенко, за три недели, прошедшие с момента потасовки на приёме у парламентария, правоохранители связались с ним только раз, чтобы пригласить на медэкспертизу.

По итогам инцидента, произошедшего в конце февраля, инвалид написал заявление в прокуратуру о незаконном применении полицейскими спецсредств (вызванные к депутату полицейские держали инвалида в наручниках) и заявление в Следственный комитет об избиении депутатом. За прошедшие три недели в одной жалобе — в прокуратуру — инвалиду отказали.

«Из прокуратуры пришло письмо по поводу применения спецсредств. У них всё нормально, всё законно, мне отказано, так как они (полицейские — прим.) не знали о том, что я инвалид. А когда я показал удостоверение, то с меня были сняты наручники. Так я полчаса сидел в наручниках — и что, только спустя полчаса я им показал удостоверение что ли? Тем более все они меня там знали, знали, что я инвалид», — сказал Игорь Никитенко.

Вторую жалобу — в Следком, на действия депутата — рассматривать не торопятся.

«Я когда обратился в больницу, в этот же день пришли полицейские, дали бумажку на экспертизу, чтобы зафиксировали побои. Я 1 марта пошёл, они (медэксперты — прим.) всё записали. Что дальше будет, ничего не сказали. Полиция молчит. Вчера первый раз позвонил Следственный комитет: уточнили, когда я лежал (в больнице — прим.), и сказали, что меня надо свозить на экспертизу, чтобы освидетельствовать побои. А какая экспертиза после трёх недель? Я сказал, что все побои я снимал уже у врачей 27 февраля и 1 марта. Он записал, сказал, что будут делать запросы. И всё. Больше никто ничего не говорил», — рассказал инвалид.

О том, в каком состоянии находился инвалид после приёма у Михаила Шеремета, свидетельствует заключение врача, выданное Игорю Никитенко после недельного пребывания на стационаре в Джанкойской центральной районной больнице.

«Полный диагноз: ЗЧМТ (закрытая черепно-мозговая травма — прим.). Сотрясение головного мозга. Ссадины лица, головы. Ушиб поясничной области справа и левого бедра», — сказано в документе.

Михаил Шеремет, кроме своего письменного заявления на странице в Facebook, опубликованного на следующий день после происшедшего, ситуацию не комментировал и с инвалидом не связывался. То есть официальной позицией депутата так и остаётся его версия, согласно которой Никитенко, принятый на приёме «вне очереди», вдруг повёл себя агрессивно, «плюнул и ударил тростью», а после вызова полицейских «бросился» на депутата с банкой зелёнки, чем «принудил сотрудников полиции применить силу и надеть на него наручники». Шеремет также заверил, что «пальцем не трогал» парня.

Оценку произошедшего парламентарий намерен услышать от правоохранительных органов. О том, что Игорь Никитенко был у него на приёме в 2016 году, как и о том, что именно было обещано инвалиду и его ныне покойной жене, депутат не упомянул ни словом.

Сам Игорь Никитенко в официальной версии Шеремета нашёл нестыковки.

«Шеремет утверждает, что я пришёл без записи. Ну, как это без записи? Когда я пришёл, меня подвели к их сотруднице, которая записала моё имя, фамилию и то, что я инвалид. Всё зарегистрировала, потом вывела меня, посадила, сказала ждать, что меня пригласят. Я и сидел там где-то час, потом меня позвали. Может, они меня провели раньше времени, но то, что меня прямо сразу вне очереди приняли, это брехня: я там сидел больше часа, это точно», — пояснил Никитенко.

ForPost следит за развитием событий.

Наталия Назарук

Фото Facebook Александра Талипова