Есть широко известная формула, что консерваторам привычно строить стены, а либералы стремятся наводить мосты. 

Вопреки этой формуле, в сетевом либертариуме днесь плач и скрежет зубовный: всхлипы, сжатые в гневе кулачишки, слабосоленое ёрничество и малосильные угрозы.

Пичалька. Потерька. Скорбец.

Откуда столь великая скорбь? Неужто «делу свободы» велика поруха от моста? Соединяет же, не разделяет. 

На самом деле - да. Поруха, и превеликая.

Либералы любят соединять несродное в абсурдные сочетания. Ну там, чтоб мальчик и при этом девочка. Чтоб демократия, но подавляющая права большинства в интересах меньшинств. Чтоб православная страна - и при этом русофобская и член НАТО. Такого рода «мосты», соединяющие разнородное и отрывающие часть от единого они в самом деле любят строить.

Если бы мост сей открывал дорогу из «варварской России в кружевную Украину» - они бы ему аплодировали.

Но Крымский Мост - это совсем другое дело, это не у кого надо мост.

Этим мостом воссоединяется расчлененное единое тело, устраняется анклавное положение значительной части русского народа.

Это своего рода застывшая в стали и бетоне «мертвая вода», которой серый волк полил расчлененное тело Ивана Царевича, чтобы оно срослось воедино. А живая вода грузовых и человеческих потоков навсегда покончит со многими проблемами, подстерегавшими полуостров после возвращения в состав России: дороговизна, дефицит многих товаров и материалов, психологически давившее состояние транспортной отчужденности.

Мост сращивает все эти раны.

Беззаконно разделённое хрущевским волюнтаризмом и последовавшей воровской «незалежностью» снова становится единым.

Собственно, трагической геополитической метаморфозы в судьбе Крыма и не было бы, если бы проект моста был осуществлен в 1940-50-е годы. Но тогда, построенный из подготовленных немцами конструкций, мост был снесен первым же ледоходом. А подготовленный советскими инженерами новый основательный проект был отвергнут как слишком дорогостоящий. Якобы на слова: «Это будет царь-мост» Сталин ответил: «С царями мы покончили в 1917».

Горькая же правда состояла в том, что для сталинской индустриальной модели многие проекты, без напряжения осуществлявшиеся Россией царской, как Транссиб, оказались либо не достижимы, либо становились  «стройками века». А после войны, когда нужно было восстанавливать базу разрушенной промышленности, затевать новую стройку века не было никакой возможности. 

Для советских вождей оказалось проще не укреплять связи Крыма с РСФСР через пролив, а подключить полуостров к щирой Украине, не задумавшись о том, что они сами же своей политикой закладывают базу украинского сепаратизма.

В 1991 Крым оказался не только политическим, но и инфраструктурным заложником украинского проекта.

И вот, вслед за политической несправедливостью, инфраструктурная в кратчайший срок исправлена. Сперва проложен энергомост, и вот уже настал один из самых важных дней в новейшей истории нашей страны - запущен автомобильный мост.

Строительство Крымского Моста было для его участников трудовым, инженерным и организационным подвигом, показавшим подлинный уровень развития страны, а для рядовых зрителей подлинным наслаждением.

Для гостя Керчи в мае 2016 года не было слаще звука, чем музыка забиваемых днем и ночью свай, а любоваться стройкой ходили, как японцы ходят смотреть на цветущую сакуру. 

Вспоминать о том, что при этом вещал украинский коллективный геббельс: «всё это выдумка, не построят, а если построят - снесет ледоходом, а если не снесет - развалится, а если не развалится - отберем» - весь этот бред убогих стыдно комментировать даже в порядке издевательства. Но проблема для Украины гораздо более серьезная.

Её сущность - в том, что деградирующее террористически-пиратское квазигосударство (решившее отметить ввод моста, бросив в тюрьму главу бюро «Россия Сегодня») постепенно становится геоэкономической и транспортной пустыней. 

Вся антироссийская стратегия Киева и его внешних заказчиков строилась на том, чтобы превратить Украину в тяжёлый амбарный замок на русских дверях, блокировщик российского транзита. Казалось, что России никуда без «украинской» (в смысле - краденой советской) газотранспортной системы, что Крым попросту будет задушен блокадой.

Вместо этого вводится в строй Крымский Мост и строится «Северный Поток-2».

Украина превращается в пустыню, над которой почти не летают самолеты, где не ходят поезда. Азовское море, Меотида, колыбель россомонов, которых иные считают первопредками русов, становится с перекрытием Керченского пролива внутренним российским морем.

Складывается парадоксальная ситуация. Украинский национализм собственными руками демонтирует структуры цивилизации, созданные Россией поверх Дикого Поля. Получается:  «Диким Полем взяла - Диким Полем и оставлю». 

Это, конечно, далеко не лучшее развитие событий. Я бы предпочел, чтобы в Крым из материковой России вели не один, а три моста: Керченский, Чонгарский и Перекопский.

Однако складывающаяся сейчас ситуация - это доказательство: никакой цивилизации вне России и без России в этих землях нет и не будет. Анекдотический «прорыв в Европу» обернулся лишь возвратом даже не к Трипольской культуре, а прямо к неандертальцам.

Мост же - это символ высшей цивилизации, исключительной технологической культуры на службе восстановления единства русского мира.

Из древних народов как мостостроители особенно прославились римляне. Немало римских мостов функционирует и по сей день, Титулом верховных жрецов, а затем римских императоров было Pontifex Maximus - мостостроитель величайший.

Что ж, Москва показала себя сегодня настоящим Третьим Римом.

Егор Холмогоров