При общей стабилизации линии фронта на большинстве направлений русская армия по состоянию на первые числа апреля продолжает выполнение задач СВО.
Освобождены еще несколько населенных пунктов, есть общее тактическое продвижение в Донбассе и Новороссии.
Киевский режим, надо признать, при некотором общем упадке сил тоже окончательно их не утратил.
Практически изгнанный из Курской области, он яростно упорно цепляется за сохраняемый пока клочок земли. Не менее яростны и попытки создать плацдарм на Белгородчине.
Контроль хотя бы какой-то части российской территории «образца 1991-го» – важнейший международно-политический козырь Украины.
Параллельно ВСУ занимаются любимым делом – ударами по мирным территориям и жителям под предлогом их соседства либо сопричастности военным объектам, а зачастую и вовсе безо всякого предлога.
28 марта был нанесен ракетный удар по жилому массиву Лисичанска (ЛНР). Семь мирных жителей пострадали, пожилая женщина лишилась ног.
Утром 1 апреля под удар беспилотника попал пассажирский автобус в Горловке (ДНР), пострадали 12 мирных жителей.
И в других вопросах киевский режим продолжает демонстрировать свою обычную сущность.
Скажем, когда сначала после разговора с Трампом наш президент объявил мораторий на удары по украинской энергетике, решение это было односторонним, Зеленский и Ко к нему не присоединялись, поэтому их продолжавшиеся удары по российским энергообъектам были в принципе «законными» (и тем самым вдвойне прискорбными для наших подчеркнутых сторонников миролюбия и конструктивности).
Но затем противник официально присоединился к договоренности… и продолжил разносить наши газовые станции и другую инфраструктуру с прежним энтузиазмом.
Между тем Трамп, недовольный, что ему никак не удается помирить Россию с Украиной на своих условиях и к своей полной пользе, все больше ярится… но уже почему-то не на Зеленского, а на Россию.
Декларируются угрозы новыми санкциями и другими карами, если российское руководство не пойдет на соглашения; при этом угрозы в адрес киевского режима поутихли, военная помощь фактически продолжается, хотя, как известно, для танца нужны двое.
Есть и другие маркеры недружественной изменчивости политики команды Трампа.
Так, во время визита в США президента Финляндии Стубба, одного из наиболее оголтелых европейских русофобов, Трамп имел с ним многочасовую беседу, в ходе которой спрашивал его мнение о России и Путине и о том, можно ли русским доверять (как будто своего мнения нет).
А чернокожий пастор Бернс, считающийся личным духовником американского президента, приехал в Киев, где, одетый в вышиванку, горячо поддержал раскольничью «ПЦУ», назвал Украину «маяком религиозной свободы» и осудил Россию.
С Зеленским он, правда, встречаться не стал, предпочтя ему Тимошенко.
Еще сильнее поддерживает киевский режим Европа, взявшая на себя роль главного его опекуна.
Старый Свет готов поддержать любые шаги и действия своего дитятки – например, глава пресс-службы Еврокомиссии Паула Пиньо заявила: «Зеленский был избран демократически. Если украинский народ не требует выборов, никто другой не должен требовать их проведения».
Впрочем, учитывая, что в самих европейских странах дают тюремные сроки либо под дикими предлогами отстраняют от выборов неугодных политиков, чего же ждать требовательности к украинской демократии.
А в конце марта в Париже прошел представительный «саммит желающих» (помогать Украине). Основными темами была военно-техническая и финансовая поддержка киевского режима и размещение в зоне конфликта европейских «миротворцев», куда больше похожих на группу поддержки ВСУ.
По обоим вопросам в принципе есть консенсус, правда, украинская сторона с традиционной наглостью заявила заявила, что помощи хватит разве что «на карманные расходы», а по миротворцам мало конкретики.
Это, в принципе, правда – все европейские «ястребы» говорят, что они нужны, но никто не спешит подать пример и первым объявить об отправке именно своих национальных подразделений.
Тем не менее, общий курс если и колеблется, то не в сторону большей лояльности к России.
Нам остается лишь делать то же, что и раньше – продолжать СВО, понимая, что мирное соглашение нам в текущих условиях могут навязать только в невыгодном и ущербном виде, зато боевые действия могут уже в краткосрочной перспективе вспыхнуть на еще одном (минимум) из окружающих потенциальных фронтов.
Станислав Смагин, офицер ВС РФ, корреспондент газеты «Военный вестник Юга России»
