Президент России Владимир Путин планирует встретиться со своим казахстанским коллегой Касым-Жомартом Токаевым на межгосударственных мероприятиях в Оренбурге.
Данная встреча — одна из целой серии таких, предпринимаемых руководством РФ. Очевидно, что Москва активизировала постсоветский внешнеполитический вектор.
И это является также вполне очевидным последствием того геополитического положения, что сложилось вокруг России сейчас, в ходе СВО. По факту западный вектор закрылся, а во взаимоотношениях с Китаем и Индией существуют ограничители как объективного, так и субъективного характера (равно как и с остальными странами БРИКС).
В итоге для российской дипломатии остаётся ограниченный набор манёвров. И здесь один из ключевых потенциальных векторов во внешней политике РФ — это Средняя Азия. И возросшая активность Москвы на этом направлении не случайна.
Среднеазиатские государства по сути являются для РФ естественными партнёрами и союзниками. Как минимум два из них (Казахстан и Киргизия) вместе с ней являются участниками ЕАЭС, а Узбекистан с 2020 года стремится к этой организации присоединиться. Далее, членами ОДКБ также являются Казахстан, Таджикистан и Киргизия. И, опять же, Узбекистан находится с ОДКБ в плотном взаимодействии.
Сейчас для России Средняя Азия значит очень много. Она её геополитическое «мягкое подбрюшье» — это как минимум. А помимо этого она ещё и экономический партнёр — очень предсказуемый и стабильный, что крайне ценно.
Через неё РФ действует в обход западных санкций, как минимум в плане параллельного импорта. Кроме того, Средняя Азия — это, с одной стороны, важный рынок для товаров и услуг из РФ, а с другой — важный поставщик трудовых ресурсов. Россия же для Средней Азии является ключевым экономическим партнёром (как торговым, так и инвестиционным). Она же гарант безопасности в регионе. Она же транзитный путь на мировые рынки. А ещё Россия для Средней Азии — источник образования и трудоустройства населения.
И нет ничего странного в том, что внешняя политика РФ активизировалась на среднеазиатском направлении. Наглядно это проявилось на неформальном саммите СНГ в Санкт-Петербурге, где акцент был сделан именно на лидерах данного региона. Уже через неделю в Астане прошёл целый ряд знаковых встреч того же рода в рамках «Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии» (СВДМА).
Там, в частности, произошли встречи руководства РФ с лидерами Киргизии и Таджикистана по урегулированию их приграничного противостояния, уже почти переросшего в полноценный военный конфликт со всеми его атрибутами в виде регулярных боестолкновений с применением всех доступных видов вооружения, включая тяжёлое. Результаты внушают некий оптимизм. Тем более, ясно, кто стоит за разжиганием такого рода инцидентов и в каких целях всё это делается.
Там же, на саммите СНГ в Астане, по итогам встречи лидеров России и Средней Азии было принято расширенное совместное заявление, очертившее основные контуры взаимодействия в регионе, создающего, по сути, условия для методичного выстраивания уже институциональной связи между Россией и Средней Азией.
Что ж, сейчас данный процесс идёт в тени СВО. Он важен. Но его результаты во многом будут зависеть от результатов СВО. Как и практически всё остальное. Так что ждём этих результатов. И Средняя Азия их тоже ждёт.
Читайте по теме: О южном газовом хабе: а нужен ли он России
Павел Кухмиров
