Почему Украина продолжает попытки бить по НПЗ: дело не только в экономике

Сегодня враг снова нанёс удар по НПЗ в большом городе. На этот раз целью стала Рязань. Повторяются уже ставшие привычными картины Туапсе и Перми. Ещё один русский город затянут чёрным дымом и ожидает «чёрного дождя». Очевидно, что враг продолжает действовать в рамках своей тактики. Имеет смысл разобраться, что именно она из себя представляет.

Как ни странно, «войной на истощение» это является в последнюю очередь.

Очевидно, что в первую очередь украинские фашисты работают на «картинку». Их цель – максимально зрелищное видео для показа «инвесторам» и собственному населению для «медийной перемоги». А таковые получаются при попадании в ёмкости с углеводородами. Которые горят долго, а гасятся трудно. 

При этом экономический ущерб не настолько велик, как медийный или экологический. На самом производстве, по факту, сгорает металлическая ёмкость и некое количество нефти внутри (не критичного объёма для экспортного оборота). Это максимум 2-3% от суточной отгрузки. Резервуар – в принципе дешёвый (относительно). Восстанавливается довольно оперативно. Отрасль в целом не страдает. Или страдает минимально.

В отличие от людей. В отличие от экологии. В отличие от психики тех, кто всё это видит. Вот где действительно реальный ущерб. Именно туда и бьёт Украина. Которой не так важен экономический ущерб, как медийный и психологический. Ей нужна картинка «пылающей России». Её можно успешно монетизировать у всё тех же «инвесторов» и предъявить собственному населению, жаждущему перемоги.

Получается двойной профит: больше денег, больше внутренней устойчивости.

Что касается реального экономического ущерба нашей стране, то, согласно открытой статистике, Россия в 2022 год начала СВО экспортировала до 5 млн б/с нефти за границу, в следующие три года эта цифра в среднем стала чуть ниже (примерно на 0,2 млн б/с), и в нынешнем году эта цифра почти не снизилась (примерно на 0,1 млн б/с). Иными словами, ущерб нашему углеводородному экспорту составил меньше 2%. Формально он, конечно, есть. Но вот фактически – не сказать, что велик.

Так что целями Украины являются граждане. Именно по ним она бьёт на самом деле, устраивая такой кровавый цирк раз за разом.

И нет, это не означает, что реальный ущерб нам мал.

Во-первых, если эффективную защиту не наладить, то подобные «комариные укусы» по итогу принесут-таки реально ощутимый вред. В конце концов, гнус в тундре выпивает у северного оленя до 5 литров крови за сезон.

Во-вторых, моральная устойчивость населения – это такой же актив, как ракеты или та же нефть. Если допустить его утрату – эффект может быть похуже, чем от горящей нефти.

А, в-третьих, удары по НПЗ – это часть когнитивной войны, на которую наша сторона по-прежнему упорно не является. И вот эта проблема основная. В том числе и на эту войну Украине выделили деньги её европейские инвесторы.

Выводы из происходящего мы сделать обязаны. И если по первому пункту вопрос прямо сейчас решается, то по двум другим воз, очевидно, и ныне там. Что недопустимо вообще.

Мы же собираемся выигрывать войну, ведь правда?