Почему приезда «неотложки» приходится ждать до шести часов

Ситуация с приездом скорой помощи в ряде регионов критическая: ожидание «неотложки» — от полутора до шести часов, сообщил ForPost сопредседатель межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» Андрей Коновал.

В отчётах чиновников от здравоохранения иная картина: бригады скорой помощи укладываются в установленный 20-минутный интервал, проблем нет.

Сопредседатель профсоюза «Действие» обратился с жалобой в прокуратуру и рассказал, как сделать так, чтобы «неотложка» приезжала вовремя не только по документам, но и в реальной жизни.

«Никого не удивляет»

На проблему увеличения временного интервала доезда скорой помощи обратил внимание не только профсоюз. «Карты вызовов» и снимки мониторов диспетчеров станций скорой помощи в разных регионах страны внимательно изучила редакция журнала «Медицинский вестник».

Великий Новгород. Экстренный вызов с пометкой «агрессивное поведение у психически больного». Желающих выехать нет, заявка «висела» более шести часов.

Брянская область. Вызов к пациенту с предварительным диагнозом «гипертоническая болезнь с поражением сердца» поступил в 13:44, однако бригаде он был передан лишь спустя более восьми часов — в 21:58. Запрос имел маркировку как экстренный.

Особо тревожный случай — только что парализованный человек, к которому скорая ехала более получаса с момента вызова до передачи его бригаде, хотя в подобных ситуациях каждая минута может оказаться решающей.

«У нас в регионе случаи, когда скорая не может выехать к больному по 8–10 часов, уже никого не удивляют. Машин мало, водителей не хватает, а фельдшеры вымотаны — многие просто увольняются», — сообщил «Медицинскому вестнику» один из сотрудников СМП в Брянской области.

Аналогичные проблемы выявлены в Санкт-Петербурге, Ставрополе, Смоленской области.

Кейс Нижнего Новгорода

Профсоюз «Действие» начал решать проблему с Нижнего Новгорода, где скорая тоже часами едет до пациентов: показатель своевременности прибытия бригады на экстренные вызовы по семи из девяти подстанций составлял от 41,4 до 65,2%.

Это недопустимо, так как более 10% пациентов, нуждающихся в экстренной помощи, не получили её своевременно, заявил сопредседатель «Действия» Андрей Коновал.

Он отметил, что «каждая упущенная минута может стоит человеческой жизни», поэтому профсоюз «написал жалобу в нижегородскую прокуратуру»:

«Надзорный орган может привлечь Росздравнадзор, Государственную инспекцию труда к проверке. Первое ведомство должно проверить порядок оказания медицинской помощи. Второй контролирующий орган обязан обратить внимание на соблюдение трудовых прав работников «неотложки». Результат этой комплексной проверки — выдача представления об устранении нарушений. Важно не просто его выдать, но и жёстко контролировать его соблюдение. Возможно, если речь идёт о фальсификациях, результаты проверки нужно будет передавать в следственные органы для принятия конкретных решений».

Коновал считает, что надзорные органы в других регионах «также должны принимать эффективные меры по выполнению федеральных нормативов о порядке оказания скорой медицинской помощи, утверждённых Минздравом РФ».

«В них указаны штатные нормативы, которые должны соблюдаться. Есть норматив 20-минутного доезда [до пациента] в экстренных случаях. На мой взгляд, нужны проверки по реальности доезда: важно понять, насколько правдива отчётность по 20-минутному доезду. С нашей точки зрения, к официальной статистике есть вопросы», — добавил наш собеседник.

Отрыв от реальности

В последний раз глава Минздрава Михаил Мурашко отчитывался по этому вопросу два года назад. Однако его статистика не бьётся с озвученной проблемой.

По его данным, в РФ в 2023 году почти в 90% случаев «неотложка» укладывалась в 20-минутный интервал, а быстрых доездов «стало на 3% больше, чем в предыдущие годы».

Коновал так объясняет отрыв отчёта от реальности:

«Согласно данным, полученным от работников экстренной медицинской помощи, при поступлении вызовов через систему «03» сотрудники оперативного отдела по распоряжению руководства могут задерживать регистрацию вызова в программе, если на текущий момент нет доступных бригад. Это позволяет формально не фиксировать превышение времени ожидания. На некоторых подстанциях применяется и другой метод — манипуляции с временными метками в электронных медицинских картах: время поступления вызова искусственно корректируется задним числом, чтобы уложиться в нормативы».

Ещё один распространённый способ «улучшения» статистики — фиктивный отказ пациента от помощи, продолжил Коновал:

«Если вызов долго остаётся неотработанным, его оформляют как самовольный отказ пациента, а когда бригада всё же освобождается, она получает этот вызов повторно, но уже с другим, более свежим временем поступления. Таким образом, в отчётности исчезает задержка».

Используются и другие манипуляции со временем.

«Бригада физически ещё не прибыла на место, но уже нарушила норматив прибытия (например, из-за удалённости адреса или дорожных затруднений), — водителю и фельдшеру предписывается заранее, до фактического прибытия, отметить в планшете пункт о «прибытии на адрес». Это позволяет формально уложиться в предписанное время, несмотря на фактическое опоздание. По нашим наблюдениям, никакого действенного контроля за корректностью этих действий нет. Существующее положение дел способствует формированию ложной картины эффективности службы и скрывает реальные проблемы, с которыми сталкиваются пациенты и врачи», — уточнил Коновал.

Что делать?

Решать проблему наш собеседник советует по трём направлениям.

Первое — увеличение зарплат работников скорой: люди «не хотят работать за копейки», «возникает кадровый голод», «бригад не хватает».

«Пока не будет хотя бы одной свободной бригады на каждый поступающий вызов, проблема будет сохраняться. Сейчас как? Бригада освобождается, отзванивается и направляется на следующий вызов. Да, это, может быть, экономически выгодно, но, на мой взгляд, понятие экономической выгоды здесь неуместно. Цена такой экономии — здоровье и жизнь людей», — считает Андрей Коновал.

Второе направление — жёсткий надзор за соблюдением федеральных нормативов, борьба с фиктивными отчётами.

Третье — улучшение амбулаторной медицинской помощи.

«Должна быть полноценная организация работы амбулаторного звена: поликлиника в шаговой доступности без длинных очередей. Врач должен тратить на обследование ребёнка не пять минут, а больше. Если граждане будут уверены в качестве оказываемой им амбулаторной медпомощи, они перестанут дёргать по пустякам «неотложку». Время доезда до больных, нуждающихся в оказании экстренной медицинской помощи, сократится», — уверен наш собеседник.

Такое же мнение высказал профессор кафедры управления и экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Василий Власов:

«В России скорая оказывает не только экстренную помощь, но сплошь и рядом вынуждена подстраховывать первичное звено. Cрочная госпитализация снова осуществляется только через скорую. Больные люди должны иметь возможность самостоятельно приехать в больницу, чтобы показаться дежурному врачу и получить помощь. Иначе накручиваются лишние объёмы экстренной помощи».

Минздрав РФ пока никак не отреагировал на озвученную проблему.

Роберт Вочовский