Путин заявил об уверенности нефтегазовых компаний на фоне санкций.
Тем не менее, Россия от санкций страдает. Но не одна она.
Что бы ни заявляли представители коллективного Запада на предмет пагубного влияния санкций на экономику нашей страны, всё более очевидно, что в немалой степени от них страдает Евросоюз.
К примеру, сам г-н Боррель говорит о том, что между ЕС и РФ происходит «беспрецедентное» сокращение экспорта и импорта. По его словам, в 2022 году объём импорта Евросоюза из России сократился почти на 60 процентов в сравнении с предыдущим годом. Объём же экспорта в Россию сократился на более чем 50 процентов. Ряд поставок (к примеру, импорт угля из РФ в Европу) полностью прекратился.
Боррель отмечает, что за первые три месяца 2023 года импорт неэнергетической продукции снизился уже на 75 процентов. Что до энергетического импорта, то снижение там почти на 80 процентов. Естественно, г-н Боррель признаёт использование Россией любых путей обхода санкций и говорит о необходимости осуществлять дополнительные меры: в первую очередь более активно «взаимодействовать с ключевыми странами третьего мира с целью призвать их к внимательному отслеживанию торговли санкционными товарами Евросоюза и принятию мер против таковой».
Одновременно с этим агентство Евростат утверждает, что число предприятий из Европы, заявивших о банкротстве, к лету 2023 года возросло на более чем 8 процентов в сравнении началом года. Очевидно, что число банкротств увеличивается уже полтора года, и это также беспрецедентно. Подобного не наблюдалось с начала сбора статистики ЕС в 2015 году. В то же время, в РФ фиксируется положительная динамика по практически всем показателям деловой активности.
Понимание неоднозначного характера воздействия санкционных ограничений сказывается на изменении взглядов на данные санкции как таковые. До этого общепризнанными целями санкций являлись, во-первых, «отправка политических сигналов», во-вторых, нанесение ущерба и, в-третьих, оказание влияния на политическую активность страны-жертвы в интересах инициировавших санкции.
Но в недавнем американском докладе о санкциях отмечается уже совершенно иное: во-первых, ограничение доступа к ресурсам, во-вторых, «ответ на нарушения», в-третьих, повышение стоимости осуществляемой страной-жертвой политики и, в-четвёртых, принуждение её к началу переговоров на нужных Западу условиях. По сути, это признание, что оказание существенного влияния на российскую политику при помощи санкций невозможно.
Если судить по имеющимся данным, то и оказание эффективного воздействия на «третьи страны» для пресечения торговли санкционной продукцией не особо возможно. К примеру, сведения о том, что американским уговорам поддалась Турция и теперь она «прекращает» пропуск в РФ санкционных товаров, ранее появлялись достаточно регулярно, но взаимовыгодная торговля на данном маршруте ни разу не прекратилась.
По результатам то самое «ограничение доступа к ресурсам» не реализуется, а та самая «стоимость политики» растёт не до такой степени, чтобы вынудить к переговорам. В итоге появляются разумные гипотезы об истинной цели инициированной американцами санкционной войны, которой является отнюдь не Россия. Ею является, скорее, Европа, которая медленно, но уверенно, теряет экономические позиции и политический вес.
Читайте по теме: Как обстоят дела с нефтяным экспортом России на фоне санкций
Павел Кухмиров
