Мир вспоминает аварию на Чернобыльской АЭС. Она произошла ровно 30 лет назад. С последствиями крупнейшей техногенной катастрофы в 1986 году боролись сотни тысяч военных и добровольцев со всего Советского Союза. Для многих поездка в Припять стала последней. Спустя три десятилетия проект "Укрытие" в Чернобыле до сих пор не доведен до конца. Когда в зоне появится новый саркофаг?
Они бронзовыми лицами смотрят в небо — первые ликвидаторы. Их прах запаян в цинк и забетонирован на большой глубине. К мемориалу приходят их внуки, дети, вдовы...
"Практически все они умерли в мае, — говорит Нина Сотскова, председатель Московской благотворительной общественной организации "Вдовы Чернобыля". – Через несколько дней. Они получили гигантские дозы радиации, даже могилы, в которых их похоронили, фонили, и очень сильно".
Уже вечером 26 апреля 1986 года в столице приземлился первый борт. Врачи стали принимать пациентов с острой лучевой болезнью. Молодые ребята умирали в муках. А страна еще несколько дней не знала, что произошло. Военные и специалисты-атомщики слетались в Чернобыль со всего Союза, толком не зная, для чего.
Олег Генрих — оператор пятой смены Чернобыльской АЭС — уцелел, находясь в центральном зале четвертого энергоблока во время взрыва реактора. "Там все было завалено, — вспоминает он. – Плиты болтались, все шипело, лилось, было ничего не понятно. Единственный свет давали окна, которые были выбиты в коридоре. Это был лунный свет, была ночь, и мы еле видели силуэты друг друга… Я увидел весь этот ужас: моего напарника Анатолия Кургуза фактически обварило паро-водяной смесью".
Сегодня, спустя 30 лет, это кажется невероятным. Они получили огромные дозы облучения и выжили, хотя похоронили многих друзей.
Владимир Зайцев — ветеран-десантник, в 1986 — начальник службы РХБЗ (защита от ядерных и химических атак). Он имеет два ордена за службу Родине: афганский и чернобыльский. Владимир Зайцев внедрял сбросы защитных смесей в реактор в перевернутых парашютах, чтобы сократить время "зависания" вертолета.
"Мы летели с генералом Антошкиным, и он признался, что не знает, что делать, — рассказывает Владимир Зайцев, бывший в 1986 году начальником службы РХБЗ ВДВ ВС СССР. – Если, говорит он, так пойдет, то в Советском Союзе не останется вертолетных экипажей… Внешнее облучение имеет такую особенность: если ты вышел из зоны облучения — ты больше не облучаешься. А вот то, что ты нахватал, вдыхая — это уже, как говорится, на всю жизнь "подарок". Вот из-за этого-то, собственно говоря, очень много было поражений и смертей".
300 000 солдат и столько же добровольцев: вся страна, все республики бросились на ликвидацию. Убирали вручную смертоносные частицы реактора, эвакуировали 45-тысячную Припять. Снимали зараженный асфальт, стелили новый. Засыпали реактор, охлаждали, укрепляли, деактивировали. Строили защитный саркофаг.
Справились за полгода. Чернобыль по сей день остается общей бедой. Россия и Европа участвуют в помощи. 20 лет назад страны договорились: равноценно участвовать в создании нового комплекса "Укрытие". Это проект на 758 миллионов долларов, в 2011 году смета уже превышала полтора миллиарда евро. И опять не хватило. Каждый украинский президент в свое время говорил, что это общая проблема. И Евросоюз соглашался.
Председатель Еврокомисии заявлял об очередном транше сразу после новостей о лесных пожарах в районе Чернобыля, которые могли многократно увеличить зону заражения. Но новый саркофаг по-прежнему не готов, а старый давно уже "прохудился"... "За прошедшее время в нем образовались огромные неплотности площадью в десятки квадратных метров, — говорит Леонид Большов, директор института проблем безопасного развития атомной энергетики РАН. – Туда заливается дождь, происходит вымывание радионуклидов".
Радиоактивная пыль четвертого блока становится предметом торга: работники станции могут месяцами сидеть без зарплат, а новый бонус Украины от международных доноров составляет 87 миллионов евро. И второй саркофаг, может быть, сдадут к 2018 году.
власти везде одинаковы :(
В 1992 году работала в МП (малом предприятии), снимали комнаты в здании , где распологалась, не помню как она тогда называлась: Зкологическая служба Севастополя?
Было какое то совещание и мы присутствовали тоже. Там развернули карту Севастополя с зонами , наиболее пораженными в результате Чернобыльского взрыва.
Помню плохо, молодая была, не этого было, но одно точно помню
По дороге на Максимку, справа есть лесок.
Там было место, где типо мыли военные машины, приежающие с вахты, ликвидации аварии. Это точно. У нас один доброволец тоже ездил на 2 или 3 недели ( царство ему небесное)
Там вот в том лесочке радиация зашкаливала.
Не думаю что сейчас все *рассосалось*.
А знают ли власти об этой проблемме?
Там огорожено хотя бы?
или как?
( p.s. хохлам удачи с их общей трагедией и желанием закапывать в Чернобыле европейские радиоактивные отходы. Столько людей полегло, чтобы земли вокруг в недалеком будущем можно было использовать , а хохлы решили досрать и их , ради жалких пары евро-центов.
Вообще-то только недавно Гринпис добилась,чтобы и в Россию не ввозились ядерные отходы,которые складировались у нас,несмотря на то,что у нас нет такой радиоактивной зоны,как у хохлов.
С начала 70-х годов ХХ века по 2010 год западноевропейские компании ввозили в Россию отходы урановой обогатительной промышленности и продукты переработки ОЯТ. Это делалось, чтобы избежать высоких расходов на их хранение и утилизацию у себя на родине. Государственная корпорация «Росатом», а точнее уполномоченное предприятие — ВОАО «Техснабэкспорт», покупало это «ценное» энергетическое сырье по цене туалетной бумаги (0,6 долларов за кг, что более чем в 100 раз ниже стоимости обычного урана).
Хотя,думаю, - что сейчас делается с такими же отходами,кто поднимает на них бабки,нам расскажут не скоро.
Уж не знаю.Нам про все не скажут.Но во всяком случае в гостинице в Волгограде,кажется Юнга называлась,лет этак через 6 после катастрофы у меня был дозиметр Белла,так покрывала гостиничные давали фон в 26 микрорентген,в то время как обычный фон был около 10. Хорошо что было лето,жарища и спать приходилось в мокрых простынях для охлаждения )