Лента новостей

10 декабря 2007 - 15:10
4164
2

Кураев Андрей: « Я – плохой христианин. Я даю сдачи»

ForPost Мнения: Кураев Андрей: « Я – плохой христианин. Я даю сдачи»

6 декабря 2007 г. в Севастополе состоялась пресс-конференция российского православного миссионера отца Андрея Кураева.

 

Отец Андрей Кураев: Речь идет о том, чтобы отстаивать свои убеждения. Само слово «полемика» в греческом языке имеет значение «война». А вот слово «проблема» означает «брошенный», то есть тоже некий вызов. Слово «мессия»  - «вызываю на бой». Это не означает, что мы готовы на ковбойский манер вынимать из рясы пистолеты и - «пах!пах!» - друг друга бить. Нет, конечно. Но у нас есть любовь к нашей Вере, и аргументы, чтобы нашу Веру отстаивать, объяснять людям. Естественно, никакого цепляния на улице, в этом смысле агрессия исключена, чтобы устраивать какие-то побои или насилия над свободой людей, но действительно, очень часто я вижу, что оппоненты бывают недовольны: что это вы не подставляете левую щеку? А если начинаешь возражать, то в ответ: «Вы не по-христиански себя ведете»… Ну, что же, я скоро буду ходить с большим транспарантом или значком: «Я – плохой христианин. Я даю сдачи».

 

- Вы сказали, что надо отстаивать свои убеждения, а каких убеждений Вы придерживаетесь?

 

О. Андрей: православному человеку легко ответить: это Вера.

 

- Ваше отношение к другим религиям? К сектам?      

 

О. Андрей: К другим религиям - адекватное. Как они к нам, так и я к ним. Что касается сект: секта – это, в моем понимании, религиозная деятельность, осуществляемая вне Церкви Христовой и в противодействии к ней. По этому критерию для меня, например, буддисты, живущие в Тибете – не сектанты. Но буддисты, живущие в Киеве, Москве и Санкт-Петербурге – сектанты. Если это, скажем, сотрудник посольства, или там, миссионер из Непала – нет проблем. Но если это русский хлопчик, начитавшийся какой-нибудь околобуддийской литературы, и мнит себе: мол, я как Стивен Сигал, тоже теперь буду считать себя буддистом…

 

Естественно, он будет вести внутреннюю полемику с самим собой, с христианскими, европейскими корнями своего воспитания, с окружающие средой, с людьми, со своими ровесниками, которые иначе, более традиционно для нашего климата, относятся к нашей Вере. И если он неизбежно ищет аргументы, чтобы доказать, что вот какие в христианстве есть изъяны, и поэтому я избрал другой путь, то я со своей стороны расскажу ему, что не все в буддизме так бело и пушисто, а с другой стороны, изъян в христианстве может оказаться: а) Изъяном, о котором мы сами знаем и боремся с ним, б) это может оказаться не изъяном, а интеллектуальной провокацией, чтобы мысль не  стояла на месте, в) это может оказаться кажущейся болезнью, а на самом деле совсем иначе.

 

Вот эти вещи я всегда буду повторять. А чего я не буду делать: я не буду звать полицию, чтобы она выступила в роли арбитра в моем религиозном диспуте. Моя деятельность возможна только в условиях свободы совести. Я могу позволить себе критику убеждений другого человека только в том случае, если я и за ним признаю право на критику в адрес моей веры, и если в этом интеллектуальном споре победу одержит моя сторона, то государство все равно будет стоять в сторонке и не будет делать оргвыводов из этого, чтобы закрепить мою интеллектуальную победу.

 

- Вы препятствий в Севастополе никаких не встретили для проведения ваших лекций? Со стороны властей, например?

 

О. Андрей: Не все первоначальные планы, действительно, удалось здесь реализовать, сегодня я буду работать, скажем условно, на «московской» территории – в филиале МГУ им. Ломоносова. Но только что у меня была встреча, я, простите, по-московски скажу, с вице-мэром Владимиром Павловичем Казариным, и мы  с ним наметили программу взаимодействия на следующий год. Я полагаю, что уже в январе в тех самых залах, где первоначально планировались лекции, мы сможем  встретиться. 

 

- Сейчас в Европе наблюдается кризис Веры, какая-то часть из нас – убежденные атеисты, а что сейчас происходит в России и на Украине?

 

О. Андрей: У нас кризис начинается. Знаете, вот эта самая атмосфера 90-х годов, атмосфера «колокольного звона», триумфа: а) выжили, б) расширяемся, в) растем – вообще, это не очень все хорошая атмосфера. Она банкетно-юбилейная, и это скорее проедание накопленных ресурсов, нежели нарабатывание новых. Кризисные ласточки всем уже видны. Это то, что в семинариях, в России, на Украине, падает конкурс, уже недобор. Во многих семинариях принимают едва ли не всех пожелавших вступить, если только нет психиатрических противопоказаний. И меня это радует. У нас в церкви есть серьезная проблема: у нас не разработана система…

реагирования, что ли… мониторинга, вот. Нет понятных критериев успеха или неуспеха деятельности отдельного человека, структуры. Особенно на уровне епископа. В каком случае епископ действует успешно, а в каком нет? Ведь что сейчас происходит, в России, когда в Пензенской области люди закопались под землю, ведь надо честно сказать: они от нас закопались! От нас. Православных людей и своих епископов, в конце концов. Они нам не поверили. И это несогласие с нами они выразили в такой радикальной форме. Ладно, будем считать, что это частный случай. Но даже маститому епископу трудно не заметить, что классы в его семинарии стали пусты. А в бумагах все хорошо: воскресные школы действуют, православные гимназии действуют, даже чуть ли не основы православной культуры в десятках общеобразовательных школ ввели.

 

Казалось бы – чего же больше? Мы ходим в школу, у меня с губернатором хорошие отношения, пресса пишет обо мне хорошо, и все замечательно, только вот почему-то дети не ходят. Вот это объективный критерий. А когда это станет уже не просто феноменом, а болячкой, вот тогда, я надеюсь, некоторые вещи, которые есть в наших официальных отчетных документах, о необходимости работать с молодежью, предпринимать миссионерские усилии, вот это вот из слов, наконец, станет делом. Это станет не просто проговариваемым, декларируемым, а финансируемым, и контакты со спонсорами будут уходить не только на восстановление и строительство грандиозных храмов, но и на работу с людьми… «Жаль только жить в эту пору прекрасную уж не придется» мне как миссионеру активному.

 

- Если следить за сообщениями российских новостных каналов, то патриархия все время не сходит с экранов, высказывает различные мнения по поводу того, куда идти России… Вам не кажется, что Церковь стала очень сильно влиять на светскую жизнь? Стала вмешиваться в дела государства?

 

О. Андрей: Совершенно не кажется. Я скажу за себя, не за Патриарха. Вот эта наша пресс-конференция – это я вам позвонил и сказал: народ, приезжайте, мне есть что вам сказать? По-моему, наоборот. Вы собрались и допрашиваете меня. Означает ли это, что я вмешался в работу ваших редакций? Наверное, нет. Точно также и Патриарх – его спрашивают. От него хотят какое-то слово услышать, комментарий, а тем более ведь журналисты – это такая среда, наиболее европейски «продвинутая». А в европейской традиции, в католической традиции, принято, что церковные лидеры дают ту или иную оценку, нравственную, религиозную, всем аспектам жизни. В православии такая традиция в общем отсутствует, скорее. Но люди, воспитанные на западных учебниках полит-технологий и т.д., они это приносят в наш мир, и требуют, чтобы церковные люди вели себя соответствующе их ожиданиям, их сценарию. Я не думаю, что Патриарх сам созывает пресс-конференции для того, чтобы во что-то вмешаться. Он отвечает на реальные запросы. Скорее даже иногда реакции Церкви бывают запоздалые, вялые, не соответствующие масштабу проблем и угроз. Скажем, одна из болячек, из-за которых сдохнет и Россия, и Украина: безумная коррупция власти. Были какие-то вмешательства Церкви в эту проблему? Нет. И здесь я скажу – жаль.

- А в церкви разве нет коррупции?

 

О. Андрей: Бывает. Тем более бывает… У меня был вот такой случай… Честно говоря, всегда мечтал устроиться на работу, где можно взять взятку. Вот сейчас преподаю в московской семинарии, однажды пришли студенты, и чувствуется – подготовились к экзамену: полные сумки чего-то звякающего. Подарки принесли. Лица мне их не знакомы, на лекциях я их не видел, но в глазах выражение, что меньше чем на 5 они не согласны: если коньяк 5 звездочек, то и оценка должна быть соответствующая. Мне ж надо оценить их усилия, да? Я им говорю: ребята, у меня к вам простой вопрос, назовите мне имя величайшего православного миссионера современности? Они называют имя. Я: ответ неправильный.  - Вы, отец Андрей! Я говорю: ответ правильный, но поскольку только со второй попытки, больше 5 поставить не могу…

 

- Сейчас и в России, и в Севастополе появилось много «пророков», «мессий». Можно ли назвать те признаки, по которым обыватель понял бы, куда его приглашают и во что втягивают…

 

О. Андрей: Вы знаете, достаточно хороший способ был разработан запорожскими казаками. Когда к ним приходили незнакомые для них люди, они предлагали им выпить стакан горилки и прочесть молитву «Отче наш». Очень хорошо работало. Дело в том, что «засланцы» туда могли приходить или от татар и турок, или от поляков. Мусульманин не сможет выпить горилки. Если поляк – не может прочитать молитву по-славянски, только по-латыни. Горилку выпьет, конечно… Это хорошая вещь: «Перекрестись-ка, сынку!»

 

Большинство американского происхождения сект, называющих себя христианскими, они тут же начинают вещать, мол, «Бог не требует служения рук человеческих»… Как будто Бог требует служения ртов человеческих! Богу вообще ничего не нужно: он Полнота, он Совершенство. Это нужно нам! Нам нужно усилие молитв или добрых дел, разума богословствующего и т.д. В том числе и культура жестов, с помощью которых человек, как целостное существо, физически выражает свой внутренний мир. Так что крестное знамение – очень даже хорошая вещь…

 

- Скажите, пожалуйста, а каким образом можно бороться с засильем сект?

 

О. Андрей: Я только один путь вижу - это Бог. С одной стороны – возрождение православия. Я имею в виду не умножение числа храмов или зданий… Я не знаю, как это сделать, но так, чтобы сами православные люди, и священники, и монахи, и прихожане… чтобы наша Вера соответствовала нашему имени. «Право-славие» - умение правильно славить Господа. Это очень радостная, очень светлая вещь. А до той поры пока мы будем смотреть на мир глазами бассет-хаунда (есть собачка такая, у нее все время грустные еврейские глаза), люди будут отвечать нам – я не хочу стать таким как ты. Это, может быть, интересно, хорошо, но я таким стать не хочу! В июне этого года на пресс-конференции в Симферополе одна девочка лет 16 была, и глаза, и лицо у нее было замечательное, но ее вопросы – это было что-то! « Отец Андрей, я по убеждениям христианка православная, я хочу креститься, но подскажите, где я в нашем городе могу креститься так, чтобы после этого не превратиться в церковную мымру?!» Оцените вопрос!

 

Так что проблема в нас самих, в православных – как мы сами переживаем нашу Веру? Моя Вера для меня – это крылья, которые помогают мне перелетать через препятствия и проблемы, или это рюкзак с камнями, который давит меня к земле и на самом деле только умножает количество проблем?! А второе – это распространение информации о двух вещах: о настоящем православии, Серафимовском, я бы сказал… у Серафима Саровского всегда была Пасха, вы знаете? В любой день года кто бы к нему ни приходил, он всегда встречал словами: « Радость моя! Христос Воскресе!».  И с другой стороны, совершенно необходимо и то, что делает Александр Евгеньевич Дворкин, мой коллега по университету в Москве: это распространение реалистической информации о сектах. Чтобы у человека была, по возможности, объемная информация о том, куда его зовут. Рекламные буклеты сектанты сами ему вручат. Например, я полагаю, что было бы здорово, если бы во всех школах города и страны прошли бы уроки о Свидетелях Иеговы. Не с точки зрения анализа неправомерности их богословских взглядов, это не дело государства и школы, а речь идет просто о нарушении права граждан на здоровье! Поскольку Свидетели Иеговы запрещают переливание крови, на совести этой организации десятки преждевременных смертей во всем мире. И рассказать детям, что мир религии может таить в себе такие опасности, по пунктам – это важно.

 

- А студентов, которым вы читаете лекции, какие вопросы волнуют больше всего?

 

Отец Андрей:  Для большинства интересен только один вопрос: когда звонок? Но есть меньшинство, у которых есть вопросы… разные. Иногда – связанные с профессией,на медицинском факультете – свои, на журналистике – свои, и т.д. Иногда – с актуальными общественными дискуссиями. Какая значимая книга или фильм, в которых есть религиозная тематика, например. Причем, есть тематика явная, а бывает, спрятана, и моя задача показать: вот тут, ребята, скажем, в фильме «Властелин колец», есть серьезная религиозная составляющая… Иногда приходится посвящать свои лекции разбору мифологических конструкций антицерковной направленности. Иногда к старшеклассникам я прихожу с мультяшкой. Я с серьезным выражением лица вхожу в аудиторию и говорю: «Так, ребята, сейчас вы просмотрите очень серьезный научно-документальный фильм о религиозной жизни», а сам включаю им серию из «Симпсонов».

 

Ту серию, где Симпсоны попадают в секту. Очень классно снята серия! Через какое-то время каждый раз нажимаю кнопку «стоп», и 5 минут комментирую.


 - Как вы расцениваете идею провозгласить Путина национальным лидером России? К чему это может привести?

О. Андрей: Конституция России такую должность не предусматривает. Видите ли, я думаю, что Путин – слишком европейский человек – по воспитанию, опыту своему, жизни, чтобы допускать такую откровенную азиатчину.

 

- Отец Андрей, сейчас в наших севастопольских ЗАГСах просто бум…

 

О. Андрей: КАК?! Да что вы, пост сейчас!

 

- Да, все хотят зарегистрировать брак именно в этом году, даже не смотря на пост, чтобы их свадьбы не перешли на високосный год… Это пробел в миссионерской деятельности?

 

О. Андрей: Несомненно. Я бы, напротив, сказал, что 2008 год – это же замечательно, ищите символ – там же восьмерка, знак бесконечности, лента Мебиуса! Ваше взаимное перетекание, вы всегда будете вместе, ну, что же вы… Это же знак брака, в хорошем смысле!

 

- Быть «церковной мымрой» - значит всегда привлекать на себя град камней. Вы на себе это не ощутили?

 

О. Андрей: Есть известная формула: осуждение – это налог, взимаемый за известность. А для христианина проблема была бы, если бы со всех сторон раздавались бы громкие аплодисменты. В Евангелии так и сказано: «Горе вам, когда все люди станут говорить вам «Хорошо, хорошо»». В самой сути христианства есть нечто неприятное, ведь не случайно все апостолы Христа были убиты. В какую бы страну ни приходили – итог был один. Это значит, что в словах апостолов было нечто не белое и не пушистое. Если бы апостолы приходили в какую-нибудь Индию, Мавританию, Эфиопию и говорили: « Дорогие туземцы! Какая мудрая у вас религия! Какие глубоко осмысленные у вас обычаи! Какая потрясающая у вас этика и школа медитации! А мы хотим вам сказать, что у нас в Палестине тоже есть нечто похожее. Если позволите, мы вам расскажем и о том, как у нас…» Я не думаю, что тогда бы их убивали. Наверное, апостолы все же что-то более резкое говорили о местных религиозных традициях. Вот и я тоже не ставлю своей задачей всем понравиться.

 

Кроме того, я уже достаточно большую жизнь миссионерскую прожил, и бывают случаи, люди подходят и говорят, мол, отец Андрей, вот вы помните, я с вами спорил на каком-то интернет форуме, или там в какой-нибудь статье, или лично, или вот вы читали у нас лекцию, а я на вас обиделся, вы меня задрали, раздразнили, потом я стал серьезнее изучать эту тему и пришел к тем же выводам, что и вы…

 

Иногда раздраженная реакция лучше, чем благодушно-никакая, пофигистская. При этом я всегда прошу своих оппонентов попробовать понять: ваша аллергия на меня? Тогда я нормально отнесусь. Или это аллергия на христианство? Это уже серьезнее.

 

- Скажите, вот Русская Православная Церковь объединилась. И в то же время Украина позиционирует себя как отдельное что-то. В чем причина этого?

 

О. Андрей: Насколько я понимаю, Русская Зарубежная Церковь обрела в рамках РПЦ статус в общем подобный тому же, что имеет и Украинская Православная Церковь. Здесь как раз больших различий нет. Посмотрим, что будет на декабрьском Поместном Соборе в Киеве… Какие изменения внесутся в Устав… Будут ли эти перемены касаться образа ее отношений с Москвой. Мне кажется, прессе давно пора обратить внимание на очень простой вопрос: простите, а как будет формироваться Поместный Собор? Что-то я не вижу на приходах Украины выборов. Понятно, что в Поместный Собор по должности входят епископы, священники – здесь епархиальные собрания можно за 1 день собрать, а вот как может учитываться мнение прихожан? Как прихожанам выяснить, кого они на самом деле делегируют в Киев? Или «делегаты» будут назначены в каждой епархии епископом из числа своих? Так было в советские времена. Но сейчас Украина всему миру хочет показать уроки демократии, может быть, и в этой области что-то сдвинется с места, и что-то будет эффективнее работать? Но тогда начинать надо было поза-позавчера. Ведь чтобы такие выборы состоялись, необходимо ввести на каждом приходе фиксированное членство прихожан, решить, кто имеет право голоса, что дальше? Все в церковной жизни Украины в таком случае должно было бы бурлить. А я не вижу сообщений с телетайпных лент: вот там собрание, там собрание, а там чуть ли не скандал…

 

- Сейчас и среди политиков, и в обществе широко обсуждает вопрос о национальной идее. В чем она должна заключаться, на ваш взгляд?

 

 О. Андрей: Самую красивую формулу национальной идеи дал Владимир Соловьев: «национальная идея – это не то, что народ думает о себе во времени, а то, что Бог задумал об этом народе в вечности». Это требует прозорливости и пророчества. Не обладая таким качеством, я скажу, что главная задача нашего русского народа в XXI веке очень проста: выжить.

 

Я привез к вам сюда плохую новость: в августе этого года некий В.Б. Дергачев (я не знаю, кто это такой, но в прессе он был представлен как консультант администрации Президента России) сказал, что к середине 21 века более половины населения России будет исповедовать ислам. Это будет вследствие иммиграционных процессов. Дело не в том, что у татар или башкир будет больше детишек рождаться – и слава Богу, пусть рождается как можно больше у всех людей, а что Россия сама собирается стереть свои границы с лица земли. Только за первые полгода 2007 Москва выдала более 600 тысяч разрешений на въезд гастарбайтерам. До конца года по прогнозу миллион будет. Представляете – миллионный город вдруг переселится в Москву! Нам бы не превратиться в Московский Халифат…

 

- Страшно жить даже…

 

Отец Андрей: А история вообще не для маленьких мальчиков и девочек. В Истории жить трудно…

 

- Сейчас у нас идет повсеместная украинизация, скорее даже, «охохлячивание». Продвигается украинский язык в Крыму и Севастополе. Не приведет ли это к попыткам «захвата» церквей, где ведут службы русские священники? Как можно отстоять их?

 

О.Андрей: Если мы начинаем говорить в разрезе «если бы да кабы», то один бесконфликтный выход из этой ситуации: если Поместный Собор голосует за автокефалию и получает благословение на это от Патриарха Московского, то есть если это каноническая автокефалия, а гражданская, церковная совесть человека не позволяет ему туда войти, то мне кажется, в этом случае можно сказать о том, чтобы отдельные храмы и монастыри одного города или целой области были бы переданы в ведение русской Православной Церкви За Рубежом в составе Московского Патриархата.  В этом случае жители Севастополя по договоренности с Патриархией могли бы так поступить.

 

Поделитесь этой новостью с друзьями:

4
Средняя оценка: 3.5 (2 голосов)

Обсуждение (2)

Аватар пользователя admin
постов:
62379
настя (Севастополь)
- 10/12/2007 в 18:37

Какой интересный человек. И хочется спорить, беседовать, думать... почаще бы такие встречи устраивались, в этом гораздо больше русской идеи, чем в "маршах" с флагами.

Аватар пользователя admin
постов:
62379
* (Севастополь)
- 12/12/2007 в 22:57

Интересно, а как вообще он сам пришел к вере?

Если Вы еще не зарегистрированы, пройдите мгновенную регистрацию

Главное за день

Военкор Пегов: Севастополь стал для меня родным городом не здесь, а под Мариуполем

Лицемерие стало главным западным трендом. Сейчас это главный наш враг.
11:01
480
0

В Севастополе инфляция бьет рекорды ЮФО и в целом России

С начала года в городе-герое подорожало фактически всё.
10:02
1257
12

В Севастополе обвалился спрос на новостройки

Есть мнение, что настало время пересмотреть аппетиты и подходы.
20:04
5058
27

ТОП 5