Анализ генов раковой опухоли позволит подобрать онкологическому больному наиболее эффективное именно для него лечение. Новый уникальный тест OncoBox разработан российскими учеными из НИЦ «Курчатовский институт». Технология уже проходит клинические испытания, ожидается, что через два года ее начнут использовать в больницах. Как рассказали «Известиям» в Курчатовском институте, больные раком зачастую умирают не от опухоли, а от токсичных эффектов лекарств. Поэтому индивидуальный подбор медикаментов имеет большое значение. По мнению экспертов, расшифровка генома различных заболеваний — один из наиболее эффективных диагностических методов.
Как рассказали «Известиям» в НИЦ «Курчатовский институт», технология OncoBox уже проходит клинические испытания. Ученые рассчитывают, что через два года начнется ее использование в больницах. OncoBox позволяет исследовать индивидуальную реакцию пациента на прием лекарств. В частности, какой препарат можно использовать для эффективного лечения поздней стадии рака.
— Все существующие препараты для лечения онкологических заболеваний обладают настолько сильными побочными эффектами, что 70% пациентов гибнут не от развития опухоли, а от побочных эффектов лекарств, — рассказал «Известиям» ведущий научный сотрудник НИЦ «Курчатовский институт» Антон Буздин. — Тест OncoBox позволит определить наиболее успешную стратегию лечения и выбрать препараты с минимальным вредным воздействиям.
В рамках анализа образец опухоли отправляется в исследовательский центр OncoBox. Исследуется более 2 тыс. генов ДНК и РНК новообразования. Интегральный тест имитирует воздействие более 140 целевых препаратов на раковую опухоль пациента. Оценивается эффективность различных лекарств для конкретного больного. Эта информация отправляется онкологу и поможет ему выбрать метод лечения.
По словам представителя «Курчатовского института», на основе данных OncoBox можно не только прогнозировать эффективность существующих препаратов, но и создавать новые лекарства, исходя из распространенности тех или иных опухолей.
Организация сотрудничает с клиническими учреждениями России — Московским онкологическим институтом имени Герцена, Центром детской онкологии имени Рогачева. А также с клиникой Стэндфордского университета и Калифорнийским университетом (США), с университетом Майнца и Международным институтом нейрохирургии Ганновера (ФРГ), с клиникой университета Цюриха (Швейцария).
По словам врача-онколога, старшего научного сотрудника Института клинической онкологии ОНЦ РАМН Евгения Черемушкина, технология секвенирования (расшифровки) генома раковых опухолей соответствует современным тенденциям диагностики.
— Это стоящая вещь. Во многих странах активно продвигаются аналогичные технологии секвенирования , — рассказал Евгений Черемушкин «Известиям». — Рак — это клетки человеческого тела, у которых отключилась функция самоуничтожения. Но когда опухоль развивается, в каждой ее клетке происходят десятки тысяч мутаций. На каждую мутацию может действовать свое лекарство. Поэтому-то статистика лечения за последнее десятилетие не меняется. Лекарства против рака действуют определенный период, потом их эффективность теряется, поскольку из-за мутации раковые клетки находят обходные пути. Таким образом, поиск препарата, воздействующего на конкретные клетки, может помочь в лечении рака. Но для этого надо постоянно следить за происходящими мутациями.
По словам Евгения Черемушкина, современные лекарства против рака высокотоксичны. И поиск новых возможностей снизить негативное воздействие на организм пациентов — не просто актуален, а жизненно важен.
— Все наши методы лечения до последнего момента были направлены на уничтожение: химиотерапия — это яды, лучевая терапия — заряженные частицы, которые просто уничтожают организм, — рассказал Евгений Черемушкин. — Последние поколения препаратов пытаются вмешиваться в работу организма дифференцировано. Но воздействие лекарств не безразлично организму. Есть побочные эффекты: токсичность, непереносимость, индивидуальные реакции. Так как мы лечим до победного, то токсичность при каждом курсе лечения возрастает. И рост опухоли, и высокая токсичность лечения влияют на смертность. Тут всё наслаивается. Конечно, можно говорить, что человека убивает не только рак, но и повышенная интоксикация организма. В какой-то мере это правда. Например, рак простаты у пожилых людей лучше вообще не лечить. Люди с ним проживут дольше, чем если мы их лечим. И качество жизни у них будет выше, чем в случае лечения.
Согласно статистике Минздрава, за 2015 год в России от раковых заболеваний скончалось примерно 286,9 тыс. человек.
