Сразу три нападения произошли в российских школах в течение двух дней. Один инцидент произошёл в Башкортостане с участием мальчика-подростка, ещё о двух сообщили в Красноярском крае, где в роли нападавших выступили девочки.
Что произошло в каждом конкретном случае, что их объединяет и что делать с наметившейся тенденцией? Ответы на эти и другие вопросы ForPost искал вместе с экспертами.
Нападение в Уфе
Первое сообщение о нападении в школе на этой неделе пришло из уфимской гимназии №16. По словам главы Башкирии Радия Хабирова, во вторник, 3 февраля, девятиклассник пришёл в учебное заведение со страйкбольным автоматом. Металлодетектор не мог «увидеть» пластмассовое изделие, но среагировал на нож, который был у парня с собой.
«Почему подростка никто не остановил? Потому что у большинства учеников есть с собой что-то металлическое, на это никто не обращает внимания. С этим тоже будем разбираться отдельно», — написал глава республики.
По информации директора гимназии Марины Камаловой, инцидент произошёл во время запланированных учений по эвакуации. Школьник выстрелил из страйкбольного автомата в учителя истории и трёх одноклассников. К счастью, никто не пострадал — подростка задержали и вместе с родителями доставили в полицию.
«Стрелял он именно в учителя. О плохом отношении к нему уже рассказывалось в соцсетях: якобы, педагог его обижал. Родители школьников говорят, что, напротив, давно обращали внимание на самого ученика, считая его странным, жаловались на него учителям», — пишет «Комсомольская правда».
Нападение в Кодинске
Спустя несколько часов стало известно об инциденте в школе №4 в городе Кодинске Красноярского края. По сообщениям местных СМИ, 14-летняя девочка «решила разобраться с обидчиками» — другими учениками. Изначально школьница якобы хотела ранить и учительницу, но после того, как ей помешали одноклассники, девочка ударила ножом ученицу параллельного класса.
«В правоохранительные органы поступило сообщение о том, что 14-летняя учащаяся одной из школ города Кодинска после конфликта с учителем причинила ножом телесное повреждение своей сверстнице. Пострадавшая доставлена в больницу, ей оказана необходимая медицинская помощь, угрозы жизни нет», — уточняли в пресс-службе регионального СК.
По факту случившегося было возбуждено два уголовных дела. Следователи также планировали дать правовую оценку действиям (бездействию) должностных лиц учебного заведения по обеспечению безопасности на территории учреждения.
Нападение в Красноярске
Ещё более жуткий инцидент произошёл в Красноярске в среду, 4 февраля. Восьмиклассница местной школы №153 прямо в кабинете облила бензином мальчика и подожгла, после чего била выбегающих из помещения детей молотком, пишет Baza.
«В ходе нападения ожоги получили ещё двое детей, включая саму поджигательницу. Ещё двое госпитализированы с черепно-мозговой травмой — их нападавшая ударила молотком по голове», — подчёркивается в публикации.
По последней информации, восьмиклассница, закинувшая в класс горючую смесь, была задержана и вместе с мамой проходила допрос. Старшая сестра нападавшей рассказала, что девочку якобы травили за внешность, из-за чего та чувствовала себя одинокой и нередко приходила из школы домой в слезах.
Нападения в школах — это тенденция?
Важно отметить, что истинные причины каждого конкретного нападения в столь короткие сроки официально никто не сообщает. С одной стороны, мотивы у подростков могут быть разными, но с другой стороны, все эти случаи, включая январские инциденты в других регионах, складываются в тревожную тенденцию.
«Во-первых, общество реагирует только на те случаи, которые освещаются в СМИ, хотя в реальности их больше. Во-вторых, да, тенденция, конечно, есть», — сказал в беседе с ForPost доктор социологических наук, заведующий кафедрой «Социология» Кубанского государственного университета Темыр Хагуров.
От современных родителей и в целом старшего поколения можно услышать: «Меня никто не воспитывал, меня двор вырастил». Но сейчас нет той советской культуры, тех двух советских каналов в телевизоре и того самого советского двора. Сейчас ситуация очень изменилась, и работать с молодёжью так же, как 30 — 40 лет назад, уже не получится, отмечает собеседник ForPost.
Что изменилось в поведении российских подростков?
«Мы сейчас видим поколение, которое мы теряем. Оно говорит на другом языке, оно погружено в другие культурные смыслы, оно оперирует другими способами взаимодействия с информацией. Привычные для нас стратегии, то, как нас воспитывали, не сработают. С одной стороны, нужно требовать от детей, а с другой, — давать поддержку, потому что сейчас дети одинокие, хрупкие, неуверенные в себе, но при этом эгоисты. Такой диагноз поколения», — говорит Темыр Хагуров.
Из тенденций последнего времени собеседник ForPost выделяет новую волну популярности у подростков криминальной культуры — так называемому А.У.Е*., которое более пяти лет назад признали в России экстремистской организацией и запретили её деятельность на территории страны.
«Тогда был всплеск, а сейчас идёт новый подъём, просто он гораздо реже попадает в СМИ, но мы по статистике и другим социологическим замерам видим возвращение популярности криминальной субкультуры. Что такое идеология криминального мира? Это идеология сильных хищников в их превосходстве над слабыми овцами, условно говоря», — объясняет социолог.
Ещё один фактор — военные действия, добавляющие неуверенности, тревожности и агрессивности в общество.
В целом во время войны внутренний психологический комфорт сохраняют два типа людей — кого уже убили и кто страдает хронической умственной недостаточностью, всем остальным дискомфортно, прямолинейно замечает собеседник ForPost.
«Но в этом смысле речь, скорее, про общий рост общекультурной агрессивности, когда в мире крупные политики всерьёз обсуждают перспективы ядерной войны в Европе или, если не ядерной, то большой масштабной войны, темы убийств, нападений, атак. То есть подобные вещи рутинизируются, что, безусловно, влияет на культуру», — говорит Темыр Хагуров.
С тем, что «военный фактор» не стоит сбрасывать со счетов, согласен и другой собеседник ForPost, генеральный директор «Интернационального центра спасения детей от киберпреступлений» Сергей Пестов.
«Время, вы сами понимаете, очень тяжёлое. Мне кажется, любая негативная информация и её возможное неправильное изложение может нанести вред не только детям, но и взрослым», — отмечает эксперт.
Российские дети могут стать не просто опосредованными, но и прямыми жертвами нынешнего конфликта.
Украинский центр информационно-психологических операций (ЦИПсО) всячески воздействует на россиян, и если его прямой связи с нападениями в школах журналистам ForPost обнаружить не удалось, то в целом в Сети, к сожалению, достаточно сообщений, когда российские подростки под разными предлогами со стороны украинских служб идут, например, на поджоги релейных шкафов на железных дорогах, за что грозит очень серьёзное наказание.
Что делать на фоне волны нападений подростков?
После очередного нападения внутри российского учебного заведения со стороны общественности обычно звучат несколько главных претензий: что делала охрана, что делали психологи и что делали родители? Однако возлагать вину на какую-то одну из сторон будет неправильно, говорит социолог Темыр Хагуров.
«Если мы сейчас все дружно: и учителя, и родители, не осознаем, что это, правда, проблема, что этим нужно заниматься отдельно, привычные для нас стратегии не сработают. С одной стороны, мы сейчас видим недостаток воспитания и требовательности, с другой стороны — любви к детям. Бичом стала информационно-потребительская изоляция, когда родители и дети физически — в одной квартире, а ментально — каждый в своём телефоне», — сказал собеседник ForPost.
Примерно в том же ключе высказывается и генеральный директор «Интернационального центра спасения детей от киберпреступлений» Сергей Пестов.
«Естественно, что сейчас очень тяжёлое время, и детям нужно уделять больше внимания, что-то объяснять и оберегать, прежде всего», — добавляет собеседник ForPost.
Таким образом, можно сделать главный вывод: необходима системная работа школьных психологов, а также осознанное участие родителей и учителей в воспитании подростков, чтобы предотвратить новые трагедии и восстановить доверительную среду в школах.
Андрей Гринев
*движение признано экстремистским, его деятельность запрещена на территории РФ
Диагноз может поставить только врач, социалог к таковым не относится.
Потому, что остаются с травлей один на один.
Никто даже не пытается помочь ребенку, которого травят мерзавцы и мерзавки в школе.
Во-первых, безжалостно исключать из школ тех, кто организовывает травлю учеников.
Во-вторых, классным руководителям исполнять свои обязанности и руководить классом.
В-третьих, директорам школ не замалчивать случаи буллинга, а проводить полное и беспристрастное расследование с последующими реальными выводами. безнаказанность порождает вседозволенность.
Но на это не пойдет никто.
Отдельно про родителей: беседовать со своими детьми о том, как прошел их день. Ежедневно и не 5 минут, а намного дольше.
"Что делать на фоне волны нападений подростков?"