Медийный поворот: как перебои с электричеством влияют на Украину

В последние недели я стала замечать странное. Самые рьяные, самые оголтелые украинские пропагандисты, кажется, сбавили обороты и в целом несколько поумерили пыл.



Что, признаться, кажется ужасно странным после оставления российскими войсками Херсона.

А потом я поняла. Электричество!

Основной медийный актив Зеленского находится где угодно, только не на передовой. Для него спецоперация – перекидывание обвинениями и ругательствами в комментариях. Никто из этих людей на собственной шкуре не ощущал неудобств.

И вот теперь ощутили! И как рукой, кажется, начало снимать весь победный настрой, всю уверенность, всю бесконечно звенящую, как пустое цинковое ведро, «перемогу».

Пропагандисты, наконец, поняли, что их лично касается происходящее. Больше того – неудобства только начались, впереди зима.

Украинские власти уже робко призывают своих граждан переждать ее за границей, инфраструктура элементарно может не выдержать.

Самое удивительное – электричество на военных и государственных объектах работает исправно. Ценой, конечно, комфорта простых граждан. Нужно ведь предъявлять что-то западным СМИ!

И тут-то граждане начали что-то подозревать.

В Одессе и некоторых других городах начались митинги против отключения света. Люди, кажется, ошарашены, что власти могут действовать им во вред.

Схожую картину я наблюдала 8 лет назад. Жители Донецка и Луганска поначалу просто не верили, что киевская власть может элементарно плюнуть на их интересы, а то и прямо пожертвовать ими для своих выгод.

Там тоже начиналось все с робких протестов гражданского населения. И сейчас те, кто не уехал, кто держится все эти 8 лет, пишут одесситам и харьковчанам: «теперь понимаете»?

И в ответ, как ни странно, все реже звучат гневные отповеди. Все больше какого-то тягостного, наполненного новыми смыслами, молчания.

В своей предвыборной программе президент Зеленский обещал остановить войну. По факту довел страну до полной разрухи – экономической, политической, территориальной.

Огромная часть населения этого предпочитала не видеть и не замечать ровно до того момента, пока из их квартир не пропало тепло и свет.

Людей трудно осуждать. «Мы ленивы и нелюбопытны», - писал один поэт, ныне запрещенный в некогда братской стране.

Еще раздаются отдельные радостные вскрики «зрада» - по поводу очередной европейской бюрократической резолюции, где каждую неделю Россию признают то террористом, то врагом.

Только эти бумажки, принимаемые в Гамбургах и Брюсселях, никак не помогут простому Миколе отопить дом или получить воду.

Кажется, они начинают понимать. Кажется, все сдвинулось с мертвой точки.

И да. Я не считаю, что Украина – государство-преступник. Я считаю, что во главе этой несчастной страны осела группа рвачей и бандитов, которых если не русская армия, то собственный народ однажды, рано или поздно, стряхнет как блох.

И тогда, вероятно, весь ужас закончится.



Мария Дегтерева