АP сообщило об успехах Кипра «в отказе от российских денег».
Какие-то успехи у санкций всё же есть. А в целом, коррекция прогнозов будущего экономики России, прошедших дорогу от крайне пессимистичных на начало 2022-го до крайне оптимистичных в завершении минувшего года, обусловлена разными подходами к оценкам санкционного давления.
То, как реализовались санкции, серьёзно отличалось от изначальных представлений об этих санкциях, что и вызвало корректировку. По мере увеличения объёма санкций и связанных с ними инициатив анализ их комплексной проблематики стал, по факту, междисциплинарной задачей. Из-за чего процесс анализа их последствий и перспектив исключительно осложнился.
Главное последствие беспрецедентного санкционного давления — активизация замещения импорта в РФ. Действующие санкции оказали весомую услугу внутреннему рынку нашей страны, создав барьер для импортируемой продукции и вынудив внедрить систему «параллельного импорта» и расширить внутреннее предложение от отечественных производителей. Получился своего рода «внешний протекционизм».
В то же время эти же санкции ограничили экспорт, сузив возможный рынок отечественных предприятий, что нанесло серьёзный удар по развитию многих производств высокой степени переработки, где присутствовала импортная составляющая.
При рассмотрении санкций на долгосрочную перспективу (с учётом возможности их продолжаться много лет) вероятные последствия, которые могут быть достигнуты последовательной разбалансировкой экономики, могут быть серьёзными. И наиболее значимый вызов, который необходимо преодолеть уже в ближайшее время, — это необходимость диверсифицировать экономику для снижения зависимости в ресурсной сфере.
Есть необходимость в том, чтобы нынешнее успешное импортозамещение было основано не на технологиях вчерашнего дня. Иначе в итоге оно станет регрессивным. Необходимо отметить то, что, к примеру, инвестиционное импортозамещение по-прежнему недоступно для отечественного бизнеса. Что само по себе ощутимо угрожает перспективам реализации проектов в высокотехнологической сфере и устойчивому развитию экономики в целом.
В наступившем 2024 году можно дать прогноз активной деятельности по упорядочиванию санкций, которые уже введены. Вряд ли появятся новые подсанкционные сектора экономики России. Главная проблема тех стран, которые будут этим заниматься, — это значительный рост издержек при транзакциях и вероятных рисков для всех игроков.
Число и ассортимент норм регулирования, которые ими вводятся, зачастую опережает разработку регламентации их применения, что серьёзно это осложняет. Так что в 2024 году курс будет не на увеличение объёма санкций, а на систематизацию и увеличение эффективности применения имеющихся. Пока итог для них не самый лучший. Посмотрим, что будет дальше.
Павел Кухмиров
