Он остался в живых, сойдя с судна за считанные часы до выхода в роковой рейс, хотя его имя числится в списке экипажа погибшего сухогруза. За свои двадцать лет жизни он никогда не выигрывал в лотерею, никогда не испытывал радости от внезапно свалившейся удачи, но вдруг чудом избежал страшной участи, постигшей его товарищей.
Севастополец Александр Дроздов родился и вырос в обычной семье. Самый младший из трех братьев, он по примеру своего дяди Олега Зиновьевича решил зарабатывать на жизнь в море. Александр окончил трехмесячные курсы по подготовке матросов и в поисках работы обратился в одну из многочисленных крюинговых компаний, вербующих моряков для работы на судах под разными флагами.
В севастопольской фирме “Блек си сервис” ему предложили работу по контракту на сухогрузе “Толстой”, взяв за это 200 долларов США и пообещав вернуть половину после первого рейса. Сейчас от этого уже отказались, ссылаясь на то, что деньги должны были вернуть при расчетах на затонувшем судне. Паспорт моряка ему помог оформить дядя, билет в Ростов-на-Дону, где стоял сухогруз “Толстой”, был куплен за свой счет, но тогда для него это было неважно, важнее было получить работу и пойти в море.
Я подписал контракт на полгода, — вспоминает Александр, — мне обещали зарплату 425 долларов в месяц, но тогда деньги для меня не играли особой роли, главное было пойти в первый рейс, чтобы потом, имея опыт, искать более высокооплачиваемую работу в море.
На деле все оказалось совсем не так, как было записано в контракте.
Работать Александру Дроздову, который по судовой роли числился матросом второго класса, приходилось где прикажут: на швартовке и погрузке, рулевым, механиком… Обещанные фирмой-работодателем ежемесячные 425 долларов в течение этих шести месяцев он получал лишь дважды: первый раз после первых двух месяцев работы и еще раз через месяц после этого.
Александр успел сходить в четыре рейса, из Ростова-на-Дону в Турцию и один раз в Грецию, куда на судне возили металлолом. Отработав положенные по контракту свои шесть месяцев на “Толстом”, Александр Дроздов уходить в море очередной раз не захотел, так как последние три месяца экипажу зарплату не платили. Капитан сухогруза долго не отдавал ему документы, требуя дождаться замены, но работать без зарплаты Александр не желал и стоял на своем. А ждать замену означало опять идти в море, где экипаж “Толстого” работал, грубо говоря, только за харчи. Так и сошел он с судна без зарплаты и за свой счет поехал домой в Севастополь.
Та же самая севастопольская фирма “Блек си сервис” прислала на замену Александру Дроздову в российский Ростов-на-Дону другого севастопольца — матроса Владимира Лукьянова. Курсант гражданского факультета Севастопольского военно-морского института имени П.С. Нахимова хотел получить морскую практику на судне, чтобы после окончания института искать работу, уже имея опыт выхода в море. Сейчас он числится пропавшим без вести, а его родные безуспешно пытаются добиться продолжения поисков членов экипажа сухогруза “Толстой”.
У экипажа “Толстого” не было ни страховки, ни медицинского обеспечения, в судовой амбулатории отсутствовали хоть какие-нибудь медикаменты, она была просто пуста — хоть шаром покати. По словам Александра Дроздова, однажды третий механик “Толстого” по состоянию здоровья не мог выйти в море, но его не отпускали на берег, мотивируя отсутствием замены.
За эти полгода, — говорит Александр, — я ни разу не был у врача. Если вдруг у кого-то начинал болеть зуб, случалось расстройство желудка или травма, помощь оказать было некому.
Капитаном судна был россиянин Андрей Кулик, экипаж составляли граждане Украины, “Толстой” ходил под флагом Корейской Народно-Демократической Республики, а владельцем его считается одна из кипрских компаний. Несмотря на тип судна и его преклонный возраст, эксплуатировалось оно, как и экипаж, нещадно. Построенный в 1970 году сухогруз типа “река-море”, предназначенный для каботажного плавания, неоднократно пересекал Черное море, экономя хозяевам время и деньги…
— Когда я в шторм стоял на руле, — вспоминает Александр Дроздов, — становилось не по себе, видя, как от ударов волн изгибается корпус судна. Первый мой рейс, когда капитаном “Толстого” был Андрей Кулик, мы шли в Турцию напрямик через Черное море. А когда три последующих рейса на судне был другой капитан, мы ходили вдоль берега в двадцатимильной зоне.
Но в роковой рейс “Толстого” капитаном судна снова пошел Андрей Кулик…
Александр знает, что из его бывшего экипажа удалось спастись лишь двоим морякам — Денису Ахрамееву и Андрею Крижановскому. На память о товарищах и о работе на “Толстом” у Александра не осталось ни одной фотографии. Со скандалом и без зарплаты покидая борт судна, молодой матрос забыл в каюте флешку с ними, но один из ребят обещал ему привезти ее в Севастополь по возвращении из этого злополучного рейса.
Вернувшись в Севастополь из Ростова, Александр Дроздов пока устроился работать в морском рыбном порту. Он еще не знает, когда снова пойдет в море, но точно знает, что пойдет. А пока Саша говорит, что хочет отдохнуть на берегу, так как очень устал и крайне неохотно делится впечатлениями о своем первом опыте работы в море. Заработанных своим потом денег от фирмы-”кидалы” он добиваться уже не хочет, радуясь и тому, что хоть остался в живых.
