Поиск без вести пропавших участников СВО — один из наиболее сложных вопросов, в решении которых депутаты Государственной Думы пока не смогут никак оперативно помочь. Об этом сообщила Юлия Оглоблина, заместитель председателя Госдумы по аграрным вопросам.
«Когда на встречу приходят, ты видишь слёзы жён, матерей и понимаешь, что нет какого-то понятного алгоритма: как и куда обращаться, как найти. Потому что весточки давно нет, по всем инстанциям они проходят, они звонят и, к сожалению, ответа не получают.
Возможно ли всё-таки сформировать какой-то единый алгоритм для семей участников СВО по поиску пропавших без вести?» — спросила она на встрече парламентариев с уполномоченным по правам человека в РФ Татьяной Москальковой.
Москалькова отметила, что семьи пропавших без вести бойцов СВО — «наиболее сложная категория». И уточнила, что в аппарате уполномоченного частично создана система поиска.
Для этого ведётся работа с Минобороны РФ и ФСБ — по военнослужащим, с бизнесменом Евгением Пригожиным — по участникам ЧВК.
«Мы отладили следующий алгоритм. Как только к нам поступает обращение, мы сразу же сообщаем об этом уполномоченному по правам человека <в регионе>, мы связываемся с семьёй. И первое наше письмо-обращение — в Министерство обороны, чтобы узнать, что по их учётам», — рассказала омбудсмен.
Второе обращение поступает в Международный комитет Красного Креста, продолжила Москалькова:
«Международный комитет Красного Креста отвечает только родственникам. Поэтому мы идём как бы вторым эшелоном и сообщаем им, что родственники к вам уже обратились, мы им даём дополнительные данные о них, пишем, что мы тоже держим у себя на контроле и работаем в этом направлении. Благодаря этому нам удалось установить место нахождения 68 человек, большинство из них оказались живыми, в плену.
Третье — обращение к уполномоченному по правам человека при Верховной раде, которому мы также представляем списки, просим проверить по своим учётам и по возможности сообщить нам. Благодаря этому взаимодействию мы тоже смогли установить место нахождения 32 человек, и многие из них уже вернулись по обмену домой».
По мнению Москальковой, этот алгоритм нужно совершенствовать.
Напомним, президент России Владимир Путин 14 апреля подписал закон о порядке признания без вести пропавшими и объявлении умершими участников СВО и закон о получении документа, подтверждающего смерть бойца.
Читайте также: В Госдуму внесли судьбоносный для участников СВО законопроект
Алексей Лохвицкий
https://www.youtube.com/watch?v=kF5CpeWBT6g
Этот "алгоритм" нужно кардинально менять. Судя по тому, что я прочитал, дело поиска пропавших без вести бойцов является делом их родственников - именно они должны становиться инициаторами поисков, и без их обращения двигаться с места ничего не начнёт.
Поэтому хочется спросить: а пропадать без вести их тоже родственники посылали? Или они сами так решили, а государство тут ни при чём? Может, как-то без их участия поиски организовывать, у людей и так горе?