Глава ЕЦБ опасается, что подорожание энергоносителей будет сдерживать экономику еврозоны. Кристин Лагард отметила, что главной угрозой будет дальнейшее нарушение поставок энергоресурсов.
Нынешние проблемы ЕС с энергоносителями слегка оттеняют тот факт, что объединённая Европа в целом продолжает держать курс на некий энергопереход — установление источников энергии нового поколения. Можно иронизировать на эту тему сколько угодно, но было бы неплохо также взглянуть на вопрос рационально. А возможно ли это? Что именно имеет в виду Европа, и насколько она может быть реально к этому близка.
Нынешний Евросоюз делает всё более смещает акцент на возобновляемую энергетику. Общий вес ветровой и солнечной генерации в течение 2010-2021 годов вырос там с 5,5 до 19 процентов. Тем не менее, у данного роста есть очевидные естественные ограничения: генерация на ветряках и фотоэлектрических панелях критически зависит от погодных условий.
Данная ситуация иллюстрируется на примере США, где по статистике загрузки мощностей (соотношения фактической и максимально возможной выработки) для различных типов электростанций, солнечные панели и ветрогенераторы по уровню загрузки (24,6 и 34,6 процента соответственно) в 2021 году существенно уступали атомным электростанциям (92,7 процента).
Куда меньше зависят от погодных условий гидроэлектростанции (ГЭС): их загрузка в тех же США достигла к 2021 году 37,1 процента. Но только Евросоюз почти полностью отказался от включения гидроэнергетики в перечень отраслей, полезных для «зелёной повестки» и развития на её основе. Исключение составили только русловые ГЭС, не оборудованные искусственным водохранилищем (это всего 3 процента генерации).
Уменьшить зависимость генерации электричества от погодных условий частично могут инновации в области долговременного хранения энергии. Общий объём инвестиций в это направление в 2016-2021 годах вырос почти втрое — с 2,5 до 7,1 миллиарда долларов. Но технологии литий-ионных батарей, уже нашедшие коммерческое применение, дают возможность лишь «страховать» потребителей в случае прекращения подачи электроэнергии в течение нескольких часов, но не нескольких дней и тем более недель и месяцев. И это тупик.
Коренным образом изменить нынешнюю ситуацию способны технологии сверхвысокого напряжения (СВН), позволяющие транспортировать электроэнергию на тысячи километров. Технологии СВН уже применяются в Китае. Там ещё в 2018 году была введена в строй линия Чанцзи-Гуцюань (протяжённостью в 3324 километра). Это высокотехнологичный проект, направленный на преодоление дисбаланса между энергодефицитным Востоком и энергопрофицитным Западом Поднебесной.
Также технология СВН уже скоро начнёт применяться в проекте компании Sun Cable по транспортировке солнечной энергии из Австралии в Сингапур. Этот проект будет реализован в два этапа. На первом этапе, в 2024 году, в северной части Австралии начнётся строительство фотоэлектрических полей общей мощностью 4,2 гигаватта. Это всего лишь вдвое меньше, чем есть сейчас на всём Ближнем Востоке. С них электроэнергия будет подаваться в город Дарвин на берегу Индийского океана по 800-километровой линии электропередач.
На втором этапе планируется построить шесть подводных кабельных систем уже для экспорта электроэнергии из Дарвина в Сингапур. Этим должно быть закрыто 15 процентов потребностей Сингапура в электроэнергии.
Развитие технологий СВН может позволить обеспечивать «зелёной» энергией страны и регионы с низким количеством солнечных дней и маловетреной погодой. Будет расти спрос и на инновации в хранении энергии. Например, на цинк-бромные аккумуляторы, устойчивые в отличие от литий-ионных к высоким температурам и не требующие специальных охлаждающих систем.
Таким образом, мы видим, что, как минимум, некоторые технологические уязвимости «зелёного перехода» устранить возможно. Насколько это способно решить проблему в целом — сложный вопрос. Но от его решения зависит будущее Европы. Вот и посмотрим, есть ли оно.
Читайте по теме: Как выглядит фундаментальный кризис западных рынков.
Павел Кухмиров
