В ленте новостей от 3 июля мое внимание привлекла информация СГГА о том, что «6 июля… в рамках визита в Севастополь Принца Майкла Кентского... состоится военно-историческая реконструкция боя Крымской войны 1853-1856 г.г., в том числе атака английской легкой кавалерии и пролет самолетов клуба «Air Squadron».
Да уж, фраза из разряда – нарочно не придумаешь. Понимай, как хочешь. Реконструкция боя, длившегося… три года? Или боя, вместившего в себя наряду с атакой английской легкой кавалерии еще и… пролет самолетов? Надо же: во время Крымской (Восточной) войны, оказывается, происходили еще и воздушные бои?!
Понятно, что речь шла о реконструкции наиболее значимого события начального этапа первой героической обороны Севастополя – Балаклавского сражения, предпринятого 13 (25) октября 1854 года защитниками осажденного Севастополя с целью вытеснить обосновавшиеся в Балаклаве неприятельские войска.
…Подступы к Балаклаве, где располагался английский лагерь, защищали четыре турецких редута, расположенные на линии от Сапун-горы до села Кады-Кой, а также кавалерия и пехота англичан. В 6 часов утра русские войска начали артиллерийский обстрел вражеских позиций, затем атаковали их силами кавалерии и пехоты и образовали углубленную «подкову» – от Кады-Коя до подножия Федюхиных высот.
С захваченных близ Кады-Коя редутов они начали стаскивать трофеи – крепостные пушки. Увидев это в подзорную трубу, главнокомандующий английскими войсками лорд Раглан тут же продиктовал ординарцу капитану Нолэну приказ, требующий, «…чтобы кавалерия быстро пошла во фронтовую атаку и попыталась воспрепятствовать неприятелю увезти прочь орудия». Приказы вышестоящих военачальников не обсуждаются, а подлежат незамедлительному исполнению. «В атаку!» – скомандовал лорд Джеймс Кардиган. И элитная легкая кавалерия – краса и гордость английской армии – в стройном порядке во весь опор ринулась в самоубийственную атаку – в центр «подковы», под шквальный перекрестный огонь русских батарей. Из 850 всадников в живых осталось лишь 195.
Этот день стал для всех англичан днем величайшей национальной трагедии, «бедствием, непревзойденным в истории». А Балаклавскую долину они назвали «долиной смерти».
Вполне закономерно, что в туманном Альбионе из века в век кровоточит память о Балаклавском сражении. Неудивительно, что все последующие годы англичане приезжали сюда чтить память соотечественников. Но ни паломникам начала XX века, ни посетившему «долину смерти» в феврале 1945 года премьер-министру Уинстону Черчиллю не приходило в голову устраивать здесь… театрализованное действо.
Кстати, неужели принцу Майклу Кентскому неведомо, что подобное действо с участием его соотечественников уже происходило в Балаклавской долине не столь давно – в 2004 году? Еще тогда я не могла не задаться вопросом: в честь чего происходило действо, в котором вместе с активистами севастопольских военно-исторических клубов активно участвовали гости из туманного Альбиона, а в числе почетных зрителей были принц Филипп – супруг королевы Елизаветы II, лорд Дэвид Кардиган – праправнук командующего трагически погибшей легкой кавалерии и другие представители английской знати…
Но еще большей загадкой для меня стал нескрываемый и подобострастный интерес севастопольских коллег к этому действу. Ах, какие материалы они спешно сдавали в номер – хоть смейся, хоть рыдай, хоть неотложку вызывай – профильную…
Достаточно вспомнить заголовок первой (!) полосы «Славы Севастополя» «Звучал рожок – немой свидетель». Как мог звучать рожок, будучи немым – лишенным способности издавать звук? Причем, звучал он «спустя ровно сто лет… после Балаклавского сражения». 2004–1854=100?
В «Панораме Севастополя» (газете, ныне почившей) уточнялось, что это был тот самый английский рожок, «в который… подавались сигналы к отступлению и атаке русских воинов (выделено мною – О.С.)». Выходило, что англичане командовали русскими?
А далее шла, пардон, полная клиника: «в сражении участвовало 640000 англичан, убитых – 110000, раненых – 196000, взятых в плен – 57000». Причем, сражались и живые, и убитые, перечисленные через запятую. А в действе-2004 «одним из полков командовал капитан Ли – реальный офицер английской армии». Слава Богу, не мифический. Наверное, все-таки кадровый.
По окончании действа «принц Филипп… побеседовал с потомками знаменитых героев, выразил огромную благодарность за возможность принести дань уважения и памяти тем, кто воевал за свою страну, но остался в чужой земле навсегда». Кто именно удостоился чести побеседовать с принцем: потомки английских или русских воинов – непонятно. Зато было абсолютно ясно, что англичане на чужой для них севастопольской земле, оказывается, воевали за свою страну…
Предвижу вопрос: а что делал в тот день в тех краях автор этих строк? Отвечу: я приехала туда совершенно по другому поводу. Когда коллеги вышеупомянутых и других изданий созерцали театральное действо, я вместе со многими севастопольцами была неподалеку – на высоте Араб-Табия, где в те самые минуты происходило поистине историческое событие – открытие возрожденного памятника героям Балаклавского сражения – русским воинам.
Их подвиг был увековечен здесь еще в 1905 году к полувековому юбилею первой героической обороны памятником работы инженер-полковника В.Н. Еранцева и архитектора Н.А. Пермякова с лаконичными надписями на пьедестале: «Сражение Балаклавское. 13 – октябрь – 1854», «Убиты 7 офицеров, 124 нижних чина».
Великая Отечественная война не пощадила памятник. Цокольная часть его в 1941–1942 годах стала одним из пулеметных дотов…
Возрождение памятника предполагалось еще в конце 90-х годов XX века, но из-за отсутствия финансирования был выполнен лишь нулевой цикл работ. К счастью, в XXI веке Правительство России выделило необходимые средства, а военные строители Черноморского флота в кратчайшие сроки возвели объект.
День торжественной церемонии был по-летнему теплым и солнечным. В ярких лучах, словно в сиянии немеркнущей славы, предстала перед нами лестница, ведущая словно на Эверест воинской славы – к памятнику, увенчанному колонной с двуглавым орлом. Под звуки военного оркестра в строгий почетный караул выстроились российские и украинские моряки. Было много ветеранов и молодежи с букетами цветов. Торжественность момента усилил хор московского Свято-Даниловского мужского монастыря. В выступлениях чувствовалось преклонение перед подвигом, золотыми буквами вписанным в военную историю России.
Вот это действительно было событие – яркое и незабываемое!
И ныне, в 2013 году, севастопольским властям пригласить бы сограждан именно к этому памятнику, а не на очередное театральное действо с участием заморских гостей, пусть даже главный из них носит титул принца...
А принц пусть приезжает в Севастополь просто в гости, точнее, как турист, гостям мы всегда рады…
Ольга СИГАЧЕВА
Это как не так давно на немецком кладбище отдавали воинские почести... Странно всё это. Может, это и есть новый взгляд на историю. Пахнет от него... забвением. А не прощением.
Уважаемые читатели, комментаторы портала ForPost!
C 22.00 до 8.00 на нашем сайте действует ночной "режим тишины": в этот период публикация комментариев невозможна.