За прошедшие несколько недель практически один за другим медиа-сферу всколыхнули три, как теперь принято говорить, «инфо-повода».

Первый был трагический по содержанию, но вызвавший абсолютно противоположную реакцию по сути. Это была смерть отца-основателя Рунета Антона Носика, хотя и этот титул оспаривали в связи с возникшей возможностью. Уж кто-кто, а Носик возможность говорить о себе предоставлял и ранее, но даже его смерть в относительно молодом возрасте не удержала многих от того, чтобы кинуть камень в этого, безусловно, своеобразного и в чем-то в определенной степени скандального человека.

К сожалению, наблюдая за социальными сетями, сегодня можно прийти к выводу, что смерть кого угодно – это только «инфо-повод», но не повод для сопереживания чужой трагедии. А все-таки смерть трагична всегда. И это не только уход человека из жизни, это всегда определенные чудовищные формальности в виде посещений моргов, прощаний, лобзаний трупов (если они остались) и т.д., то, что в принципе мало кому может быть симпатично, не говоря уже о личном эмоциональном состоянии родственников и друзей, связанных с утратой. Но для многих теперь смерть кого-либо, даже массовая смерть, как это случилось в Рождество под Сочи, лишний призыв высказать свое бесценное мнение о «свежих» покойниках, причем зачастую в весьма оскорбительной форме.

В своем некрологе Носику Константин Крылов писал о том, что именно Носик и его друзья продвигали в интернете хамство, даже насаждали его и возводили в ранг официальной манеры общения. Но те, кто пишут сегодня комментарии и посты подобного содержания, вряд ли в большинстве своем информированы о том, кто такой Носик, о «правилах интернетов» и прочих веселых «мемах», которые зарождались в конце 90-ых – начале 00-ых годов. Благодаря развитию технологий, лишь за последние 7-10 лет интернет стал доступен в каждой, грубо говоря, избе. И пишут подобное самые обычные люди, которые находят для себя возможным вот таким образом выражать свои мысли и чувства.

Основной вопрос, безусловно, в том, почему сегодня люди мыслят и чувствуют так, а не более благожелательно по отношению к кому угодно, но точного ответа на него, боюсь, не найти. Можно только строить предположения о каких-то «внутренних демонах», просто личностном несчастье или безнаказанности, которую дарует интернет, но с этим куда лучше справятся психологи.

Одновременно с Носиком скончался Илья Глазунов, его также не оставили без внимания, припоминали легендарную встречу с Путиным и «коротковатый» меч. Более изощренные созерцатели делили «эти наши интернеты» на те, в которых будут скорбеть о Носике, и те, которые будут оплакивать Глазунова.

Находились и третьи, которые плевали на гробы обоих.

«Свежая» трагедия не стала поводом для проявления человеческого сочувствия, но стала поводом для проявления «худших сторон демократии – свободы прессы и слова», как говорил легендарный лорд Галифакс.

После, буквально через пару дней, разразился скандал в связи с награждением медалью ордена за заслуги перед Отечеством II степени певицы Ирины Нельсон. Люди, которые не делают разницу между медалью ордена и самим орденом, тут же начали приводить примеры, у кого и какой степени этот орден существует и почему, собственно, неизвестная никому певица, эпитеты к которой применялись самые неэтичные, его получила. Казалось бы, что мешало поискать информацию о награжденной Нельсон, что мешало даже предположить, что если в Администрации Президента посчитали нужным и возможным подобную медаль вручить, значит, какие-то заслуги все же имеются, но нет. Бесценное мнение озвучивалось тут же, как и предполагаемые способы получения награды.

О том, чтобы порадоваться за женщину, речи даже не велось. Такие эмоции в русскоязычной интернет-среде вообще, кажется, уже ничто не способно вызвать, во всяком случае, если говорить о какой-то общей радости. Даже «КРЫМНАШ» не у всех вызывал и продолжает вызывать улыбки на лицах. Когда же Ирина Нельсон объяснила, что она называет своими заслугами перед Отечеством, а это не только музыка, но и поездки в Луганск, Горловку и прочие опасные регионы, шум, который мог бы утихнуть, наоборот, возрос стократ.

Этот шум не утихает в принципе и касается отношений с Украиной, поэтому можно не расписывать, что полилось на Нельсон в связи с этим.

Таким образом, рассматривая два приведенных выше примера, можно прийти к неутешительному выводу. Русское, точнее, русскоязычное общество, не может объединить ни трагедия, какая угодно, от массовой гибели до единичной смерти скандального юзера или признанного художника. Общество не может объединить и радость за человека, которого наградили. Оба эти «инфо-повода» стали лишь поводом выплеснуть свои собственные мнения в самых фривольных и нередко оскорбительных формах. И сегодня любая новость становится поводом именно для подобного.

Не информацией к размышлению, даже не обычной проходной информацией, а щелчком, по которому многие люди включают в себе критиков, аналитиков, радетелей за судьбы Отечества в социальных сетях, а также просто хамов.

Если не остается ни трагедий, ни радости, возможно, общая история способна объединить людей?

К 99-ой годовщине убийства царской семьи в Новосибирске открыли памятник Николаю II и цесаревичу Алексею. Имя последнего российского императора и так не сходит со страниц прессы, обсуждается «Матильда», обсуждаются проекты «анти-Матильд», но именно открытие этого памятника стало опять-таки лакмусовой бумажкой и «инфо-поводом» для вымещения целого ряда все тех же оскорбительных мнений. Сама по себе скульптура вопросы вряд ли вызывает, это не абстрактная огромная работа Зураба Церетели, а вполне стандартный, классически выполненный памятник. Судьба Николая II и, особенно обстоятельства его гибели, трагичны без каких-либо оговорок и экивоков.

Опять же параллелью с награждением Нельсон и в преддверии открытия памятника императору Евгений Минченко проводил социологический опрос, в котором просил назвать «самого великого политика XX-го века». Лидировал в опросе долгое время Уинстон Черчилль, и почему-то в обсуждениях не присутствовало возмущений по поводу того, что этот человек ответственен за гибель миллионов людей, не говоря уже о его моральном облике. Черчилль не вызывал всеобщего негодования, а совсем наоборот, возможно, потому, что это все-таки британец, хотя, скорее всего, от бедности знаний по этому предмету.

Но русский император Николай II и его памятник вновь заставил многих и очень многих людей вести ожесточенные споры. В первых же комментариях данной новости писали о давке на Ходынском поле. Учитывая сегодняшние «драки за майонез», а также то, что давки за бесплатные подарки, к сожалению, случались и помимо Николая II, например, в той же Британии, выдвигать обвинения, будто император сам лично давил людей, довольно странно. А уж учитывая повод, по которому памятник открывали, то и вовсе тяжело понять. Тем не менее, люди «давили» друг друга в обсуждениях памятника ничуть не хуже чем те, кто более века назад давил друг друга за императорские сайки.

Николай II стал таким же «инфо-поводом». Теперь даже если возведут монумент в честь человека самой кристальной репутации, хотя и довольно сложно найти подобный пример, вокруг него будут спорить и спорить самым вульгарным базарным образом. Его будут осуждать, будут выискивать недостатки, вместо того, чтобы хотя бы на минуту задуматься о достоинствах.

Наблюдая за подобным, волей или неволей приходишь к выводу, что сегодня не существует ничего, что могло бы, действительно, объединить людей. Любой информационный повод становится лишь почвой для раздора, для виртуальной «драки». Ранее это были различные политические взгляды, и это понятно, вряд ли единый взгляд в таких вопросах существует даже в Северной Корее. Но то, что, казалось бы, должно сплачивать – общая трагедия, горе, беда, – теперь «работает» в обществе с точностью до наоборот, фактически общество разделяя еще сильнее. Радость за награды людей или просто красивый новый памятник оборачивается все тем же явлением.

Нет общей ненависти, нет общей радости, но самое страшное, что нет общего уважения. Уважения к друг другу, к чужому мнению, пусть отличному в корне, уважения к себе, к своим словам, от которых многие зачастую с радостью отказываются, уважения к истории. Яна Поплавская высказалась относительно своего неприятия толерантности, за что удостоилась абсолютно анти-толерантной массовой травли. Так, может быть, идея толерантности в виде уважения не так уж и плоха? И может быть, стоит искать не поводы для споров, которые и без того не переводятся, а поводы для общности?