25/02/2015 - 17:28
Записки самооборонца - отдельные эпизоды из будней 13 роты «Гвардия Севастополя
Переподчинение севастопольской милиции (1 марта)
Сбор роты «Гвардия Севастополя» утром у здания ГУ МВД был объявлен внезапно. Ополченцы отреагировали на поступивший приказ оперативно. К 8.30 у входа в главк собрались около полусотни человек, представлявших разные подразделения самообороны, в том числе «Гвардию Севастополя» и «Севастополь без фашизма». Григорич (так мы по-свойски называли нашего комроты Виктора Григорьевича Мельникова) ввел собравшихся в курс дела. Оказывается, в ночь с 28 февраля на 1 марта вожди киевского переворота сняли с должности начальника севастопольской милиции генерал-майора Гончарова, который после избрания Алексея Чалого народным мэром города занял нейтральную позицию. На смену Гончарову они назначили генерала Маликова.
Виталий Маликов некоторое время назад возглавлял городское УМВД. Расчет киевской хунты состоял в том, что сотрудники милиции не станут сопротивляться возвращению в должность «своего» начальника. Горожане не успеют среагировать. А затем можно использовать милицию для подавления выступления севастопольцев. Ведь приказы не обсуждаются, они выполняются. Ситуация в очередной раз за последнюю неделю достигла критической точки. Однако никто не покинул позиций. Напротив, народ только прибывал. «Гвардейцы» под руководством замкомроты Сергея Заградского сплотились у входа в главк. Остальные ополченцы рассредоточились по периметру здания. Оружия у нас почти не было, разве что несколько травматов и охотничьих ружей в припаркованных рядом автомобилях.
Ожидание продлилось недолго. Вскоре к зданию главка решительной походкой приблизился генерал Маликов, сопровождаемые несколькими офицерами. Ополченцы сомкнули ряды. Напряжение повисло в воздухе. Из окон главка тревожно выглядывали милиционеры. За несколько метров от дверей дорогу Маликову перегородил Григорич.
- Разрешите пройти! – приказал Маликов.
- Не разрешаю, - спокойно отозвался Григорич.
- Да как ты смеешь? Ты хоть знаешь, с кем ты разговариваешь? Я – генерал милиции! – побагровел Маликов. – Я – начальник Городского управления МВД!
- Для нас ты не начальник милиции. Здесь – Севастополь и у нас своя милиция.
- У меня приказ о назначении, подписанный министром внутренних дел Аваковым… - Маликов полез в нагрудный карман.
- Фашистский Киев нам не указ!
Не ожидавший такого приема Маликов в поисках поддержки оглянулся по сторонам. Сопровождающие его офицеры надвинулись на Григорича. «Гвардейцы» в свою очередь взяли киевских «засланцев» в полукольцо. Война нервов продолжалась несколько секунд. Маликов оценил решимость ополченцев идти до конца и сделал единственно правильный вывод. Он беззвучно выругался и отправился восвояси.
С уходом Маликова ситуация мгновенно разрядилась. Ополченцы облегченно закурили. Тревога в глазах сотрудников милиции, наблюдавших за сценой противостояния, развеялась. Несколько офицеров милиции подошли к Григоричу и с уважением пожали ему руку. Один из них не без гордости продемонстрировал георгиевскую ленточку под мундиром.
В 11.00 к зданию строем подошли два отряда ополчения по полсотни человек каждый. Это были ребята из «Русского блока». Они выстроились в две шеренги перед входом в главк, образовав широкий коридор. Посчитав после прибытия подкрепления миссию выполненной, Григорич дал команду «Гвардии Севастополя» разойтись до получения новых указаний
Уже вечером по городскому ТВ я наблюдал, как после нашего ухода к зданию главка прибыли Алексей Чалый, Борис Колесников и другие лидеры Координационного Совета. Они предложили сотрудникам УМВД на собрании трудового коллектива самим выбрать себе руководителя. Вскоре на крыльце главка ополчению был представлен исполняющий обязанности начальника городской милиции полковник Александр Поддубов.
Стояние у штаба ВМСУ. Первые дни
Стояние самообороны у стен штаба ВМСУ началось 2 марта. Честно говоря, после успеха с переподчинением милиции, не верилось, что блокирование штаба ВМСУ затянется на две с лишним недели.
Основным закрепленным за «Гвардией Севастополя» участком были ворота штаба со стороны Соловьевских складов. Мы здесь стояли не одни. Периодически к нам присоединялись смежники из роты «Севастополь без фашизма» и других подразделений самообороны. Дополнительно в зону нашей ответственности был включен прилегающий к воротам штаба забор вплоть до «Севастопольгаза», т.е. еще несколько сотен метров. Трудность состояла в том, что почти на всем протяжении периметр штаба граничил с торговыми складами и троллейбусным депо.
Укровояки в свою очередь подготовились к блокаде. Они перегородили въезд в часть бетонными блоками, оборудовали пулеметное гнездо напротив ворот, установили несколько постов по периметру. Учитывая негласный взаимный запрет на применение огнестрельного оружия, укры по заложенной Майданом традиции заготовили самодельные щиты, дубинки и камни.
Комроты Григорич обрисовал задачу одной сакраментальной фразой: «Всех выпускать и никого не впускать». Дежурства были разбиты по взводам: Гагаринский (комвзвода Стас Лавриненко), Ленинский (комвзвода Анатолий Пироженко), Нахимовский. Блокада штаба не была очень жесткой, даже напротив. Например, мы позволяли родственникам через забор общаться с «осажденными» и передавать им передачи.
Единственное в чем, мы были непреклонны, – запрет на вход в часть. Задача была несложной. Мы без особого труда и почти без применения силы остановили нескольких не в меру ретивых укровояк, желавших проникнуть внутрь части. В частности, один капитан первого ранга ВМСУ попытался буром пробиться к воротам. «Гвардейцы» цепью перегородили ему дорогу.
- Как вы смеете? На каком основании? Я – старший офицер флота! – возмутился укровояка, отпихивая «гвардейцев».
- Извините, конечно. Я в ваших погонах ей-богу ничего не понимаю, - невозмутимо пояснил Иван Лубянецкий, заботливо поправляя офицеру шинель. – Я – человек гражданский. Но вас, пан лейтенант, при всем уважении я в штаб не пропущу.
Несмотря на наш либерализм отношения с заблокированными укровояками у нас не особенно заладились. На следующий день комроты неоднократно обращался к представителям штаба с предложением провести переговоры. Укровояки проигнорировали его обращения. И только поздним вечером они согласились встретиться. При этом они наотрез отказались выходить за пределы части. В результате на переговоры отправились комроты Григорич и начальник штаба Севастопольской самообороны Олег Росляков. Переговоры проходили в КПП штаба. В углу небольшой комнаты сгрудилась стайка кап-разов. Вид у них был растерянный. Трое здоровенных морпехов заняли позицию у дверей. Переговоры со стороны ВМСУ проводила бойкая женщина в чине капитана второго ранга.
- С кем имеем честь? – осведомился Олег Росляков после того, как представился.
- Зам командующего ВМСУ по вопросам размещения ЧФ.
- Надо же! У вас даже такое есть? – усмехнулся Григорич.
- Мы просим личный состав штаба ВМСУ покинуть территорию воинской части во избежание возможных столкновений, - отчеканил Росляков.
- Для того чтобы мы выполнили ваши требования, вы должны вначале выполнить наши, - ответила пани кап-два.
- Вы, барышня, случайно ничего не перепутали? - вмешался Григорич. – Вы не находите, что ситуация до боли напоминает Сталинград. Только это не вы нас окружили, а мы – вас.
- Для того чтобы мы с вами продолжили переговоры, вы должны выполнить наши предварительные условия: убрать корреспондентов, убрать вежливых людей и отвести боевиков, - продолжала напирать пани кап-два.
- Соберетесь выходить – позвоните! - отрезал Григорич и пояснил: – Допустим, я уберу вежливых людей и корреспондентов. Но ополчение уйдет отсюда только тогда, когда вас не будет. Для этого мы здесь стоим!
Это были первые переговоры представителей Севастополя с руководством ВМСУ. За ними последовала череда встреч с участием народного мэра Алексея Чалого, командующего ЧФ Александра Витко и других, но, как известно, они также ни к чему не привели.
Стояние у штаба ВМСУ. Элементы информационной войны
У штаба мы практически сразу столкнулись с элементами информационной войны. Представители свидомого украинства и их союзники за последние годы существенно поднаторели в искусстве разного рода провокаций.
Однажды к проходной приблизилась группа женщин с детьми. Заблаговременно один из укровояк с видеокамерой в руках занял удобную позицию на крыше ближайшей казармы. Женщины представились женами офицеров штаба ВМСУ и потребовали пропустить их к мужьям. Получив отказ, они принялись слезно причитать. Дети словно по команде поддержали причитания мамаш хорошо поставленным ревом. Две дамочки картинно грохнулись в обморок. Подъехала карета скорой помощи. Как рассказывали свидетели, скорая помощь свернула за угол, остановилась, и обе дамочки с довольным видом выскочили из машины. Они принялись с шутками и прибаутками обсуждать спектакль, который они разыграли на камеру.
У штаба постоянно десятками роились представители СМИ. Было много россиян, но гораздо больше было иностранцев: Associated Press, CNN, Sky News, Figaro, Toronto National Post, Frankfurter Allgemeine Zeitung и многие другие. Удивило присутствие «Аль-Джазиры», сразу вспомнились охваченные войной Ирак и Сирия. Иностранные журналисты, словно стервятники, кружили вокруг нас и выискивали добычу.
Мы искренне отвечали всем, что не признаем путчистов, пришедших путем вооруженного переворота к власти. Мы признаем избранную на выборах законную власть. Однако практически сразу стало понятно, что иностранных журналистов интересовала отнюдь не информация. Им нужна была информационная провокация. Они явно хотели обвинить самооборону в нарушении законов и в нападении на мирных укровояк. Впоследствии, с появлением первых вежливых людей они стремились обвинить Россию во вмешательстве во внутренние дела Украины. У меня уже был некоторый опыт общения с враждебно настроенной прессой – в апреле-мае 2007 г. я возглавлял пресс-центр протестного палаточного городка у стен Верховной Рады Украины во время противостояния премьера Януковича и президента Ющенко. Поэтому Григорич назначил меня ответственным за общение с иноязычной прессой. Стандартный диалог с журналистом выглядел примерно так:
- Что вы здесь делаете?
- Мы охраняем штаб.
- В штабе находятся военные. Они вооружены и способны сами себя защитить. От кого вы их охраняете?
- Да, в штабе находятся военные. Да, они вооружены. Но, как показали события на западной Украине, они к сожалению не всегда способны себя защитить. За последний месяц там были захвачены несколько воинских частей и оружейных складов. Вот мы и охраняем военнослужащих от провокаторов и бандитов.
Как правило, после такого объяснения озадаченные иностранные бойцы информационного фронта растворялись в толпе.
Сложнее было объяснить, кто такие вежливые люди и что они здесь делают.
- Какие российские военные? Где вы их видите? Я вас умоляю. Это тоже представители нашей севастопольской самообороны. В отличие от нас они входят в другое подразделение и соответственно вооружены чуть лучше, чем мы, - на голубом глазу терпеливо объяснял я.
Особый напор проявил корреспондент «New York Times» по имени Дэвид (фамилию не помню). Он попытался прорваться к двум не очень разговорчивым, но очень вежливым людям. «Гвардейцы» преградили ему путь. Дэвид стал настаивать:
- Я есть журналист, представитель древнейшая профессия, – заявил он на ломанном русском. – По Конституции вы не иметь право мне препятствовать!
- По какой Конституции? Какого года? У нас много Конституций.
- По Конституции 2011 года.
- Сорри, Дэвид. У нас нет такой Конституции.
- 2007 года.
- Опять мимо. Нет такой Конституции.
Но долго такой пинг-понг продолжаться не мог, и нас выручил начштаба роты Олег Молодцов.
- Не кипятиcь, друг. Пойми, по уставу караульной службы вооруженный солдат, находящийся на посту, не может не только беседовать с кем-либо, - авторитетно пояснил Молодцов иностранцу. – Он даже пить и есть не может, не говоря уже о малой и большой нужде.
Окончательно раздавленный ссылкой на такой фундаментальный документ, как устав караульной службы, Дэвид сник и побрел назад.
Провокация у памятника Шевченко (9 марта)
9 марта на Украине отмечался 200-летний юбилей Тараса Шевченко. Ежегодно этот день служил поводом для собраний национально свидомой публики Севастополя. В городе, где полным ходом шла подготовка к историческому референдуму, провокации в этот день были неизбежны по определению.
Командир Гагаринского взвода Стас Лавриненко мирно прогуливался по скверу у здания Гагаринской райгосадминистрации, когда его внимание привлекло собрание укров у памятника Шевченко. Он позвонил в штаб 13-й роты «Гвардия Севастополя» и доложил комроты ситуацию:
- Григорич, здесь больше сотни человек с украинскими флагами и желто-голубыми лентами. Среди них группа молодчиков, на местных не похожи. Копченые какие-то, видать прямо с Майдана. Чую пахнет грандиозным шухером.
Григорич поднял по тревоге дежурную группу – Гагаринский взвод. К моменту прибытия «гвардейцев» на площади у памятника уже собрались около 200 укров. Это была разношерстая публика, большинство которой составляли пенсионеры. Практически все были увешаны ленточками, словно новогодние елки игрушками. Лица укров светились неестественным благоговением, некоторые держали в руках книги поэта. Они исполнили замогильными голосами гимн Украины, затем принялись читать стихи и петь песни. Особняком держалась группа молодчиков – человек 15-20, среди них известный севастопольский провокатор Белоцерковец. У молодчиков не было ни ленточек, ни книг. Они нервно переминались с ноги на ногу и напряженно озирались по сторонам. По площади ходил пузатый мужик в вышиванке и заговорщицки приговаривал:
- Готовьтесь, щас вас будут бить. Готовьтесь, щас вас побьют!
- Товарищи милиционеры, а вы не желаете проверить документы у этих подозрительных личностей? – осведомился Григорич у милицейского патруля.
- У нас нет оснований.
- Сейчас будут, - пообещал Григорич.
Тем временем «гвардейцы» под руководством Стаса развернули российские флаги и демонстративно выстроились напротив молодчиков. К ним присоединились ополченцы из других рот самообороны и обычные севастопольцы, привлеченные украинским шабашем в центре района. Дальнейшие события напоминали хорошо отрепетированный спектакль. Заунывные песнопения укров стихли. Молодчики принялись скандировать бандеровские речевки:
- Слава Украине – хероям слава! Слава нации – смерть ворогам!
Севастопольцы ответили им своим девизом:
- Севастополь-Крым-Россия!
Страсти накалялись. Умиленные лица любителей поэзии Шевченко моментально превратились в перекошенные злобой физиономии. Просочившиеся в город украинские журналисты (точнее, пропагандисты) направили свои видеокамеры на ополченцев. Корреспондент Би-Би-Си вышел в прямой эфир.
- Эй, любезные! Уж больно вы не по-нашему чирикаете? Предъявите документы! – обратился к молодчикам Стас.
Молодчики ответили грязными оскорблениями.
- Да это гастролеры с Майдана! – воскликнул Стас. – Разгромили Киев, теперь приехали Севастополь громить! Кишка тонка!
Драка вспыхнула мгновенно. «Гвардеец» Саня Каберник ворвался в середину строя майдаунов. За ним устремились Женя Тимошенко, Стас, Влад и остальные бойцы. Удары сыпались один за другим, однако молодчики странным образом совершенно не реагировали на них. Они остервенело отбивались. Двое из них достали газовые баллончики и направили струи газа в ополченцев. Однако газ не остановил напор севастопольцев.
Стас уложил одного из майдаунов на асфальт и продолжал утюжить его, а тот в ответ лишь блаженно улыбался.
- Да они, как пить дать, обкуренные! - определил Стас. – Они, словно зомби, ничего не чувствуют.
Задержанных гастролеров ополченцы сдали милиции. Судя по паспортам, все они были приезжими: кто из Винницы, кто из Сум, кто из Тернополя. Некоторые из майдаунов оказались представителями «Правого Сектора». Впоследствии милиция обнаружила у них несколько ножей и телефон с наклейкой «Сотник Майдана».
Уже после схватки внимание Сани Каберника привлек припаркованный на автостоянке джип. В его салоне находился заторможенный парень с окровавленной головой.
- Как тебя угораздило, дружище? – удивился Саня. – Давай помогу.
Приглядевшись, он обнаружил, что у раненого нет ни единой царапины, а кровь – это краска, густо размазанная по затылку и шее. Подбежавшие пенсионерки в желто-голубых лентах принялись было причитать: «Рятуйте, люди добрые! Убивают!». Они явно играли на публику и надеялись привлечь внимание представителей прессы. Однако увидев, что обман открылся, поспешили ретироваться. Мнимого раненого «гвардейцы» аккуратно передали сотрудникам милиции.
Части майдаунов удалось бежать. Их потом в течение дня кропотливо отлавливала милиция и отряды самообороны. Один из гастролеров даже устроил стрельбу в Парке курсантов. Но это уже другая история…
- Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии
- 9116 просмотров
Спасибо, мужики!
Переподчинение силовых структур - это большое дело. В каждом городе Крыма эта работа проводилась по-разному, но без решительных действий крымчан всё могло пойти по более непредсказуемому сценарию...
Спасибо.
вот читаю все воспоминания, сравниваю со своими и как же всё одинаково ))) одними дорогами ходили тогда, одни и те же события видели, потому видать и воспоминания одинаковые
Действительно, замечательная статья!! И чистая правда!! Севастопольцы, которые в те дни, год назад переживали эти события однозначно чувствуют это духовное единение!!! Слава 13 роте самообороны "Гвардии Севастополя" и их замечательному командиру Мельникову Виктору Григорьевичу!!!!УРА!!!
Молодцы! Просто молодцы! Спасибо, ребята!
Всё так и было.
Спасибо, Вадим!
Хорошо написал.
Вадим,здорово написал.Главное ни слова выдумки.Все так и было.На моих глазах.Везде там был рядом с тобой.Спасибо.
Важный эпизод Крымской весны, произошедший в ночь с 26 на 27-ое февраля 2014 года, сразу после противостояния под стенами Парламента Крыма...
Вадим,спасибо за интересную статью! Читали с удовольствием! Очень гордимся нашей самообороной, еще раз спасибо вам большое!
Спасибо настоящим Севастопольцам! Мы на вас равняемся!
Вадим, спасибо! И написано хорошо, и для истории - познавательно, войдет в анналы. Григорич - лучший и вы все ему подстать!
Спасибо за воспоминания! Надо собирать и издавать отдельной книгой.
Спасибо большое! Очень интересные воспоминания. Но очень бы хотелось, чтоб автор подписывался. А то непонятно, кого благодарить :) Судя по комментариям имя автора Вадим. Фамилия не секрет?
Одно слово -СЕВАСТОПОЛЬЦЫ
Всем спасибо за теплые слова. Сейчас собираю материал для продолжения. Категорически извиняюсь, что материал вышел без подписи, хотя честно говоря, я его подписывал. Меня зовут Вадим Панченко. В 13 роте помимо прочего отвечал за работу с прессой)
Спасибо! С нетерпением ждем продолжения.
Вадим, спасибо! Удивительно, как тебе удалось в деталях запомнить некоторые моменты. Собирай материал - получится хорошая книга воспоминаний. Потомкам будет интересно как всё было на самом деле, без прикрас.
Здорово!!!