Севастополь: перекличка имен через столетия

21 февраля 1784 года российская императрица Екатерина Великая впервые использовала легендарное название города.

В истории легендарного города русской воинской и военно-морской славы — Севастополя — есть несколько важнейших дат. Одна из них — день основания города, которая приходится на 14 (3 по старому стилю) июня. Именно в этот день на месте будущего знаменитейшего города Черного моря были заложены первые четыре здания: часовня Николая Чудотворца, дом командующего флотом, Графская пристань и адмиралтейская кузница. Закладкой их занимался лично командующий Черноморским флотом контр-адмирал Фома Мекензи. Но свое знаменитое имя город получил только 21 (10 по старому стилю) февраля 1784 года именным указом Екатерины II.

Вот как звучит текст этого указа, касающийся непосредственно Севастополя и других крупных крымских городов: «Именный указ, данный Екатеринославскому и Таврическому генерал-губернатору князю Потемкину об устройствах новых укреплений по границам Екатеринославской губернии.10 февраля 1784 года.

Как с распространением границ Империи Всероссийской необходимо нужно сообразить обеспечение оных, назнача по удобностям новыя крепости и уничтожа те, кои сделалися ныне внутренними, то вследствие того МЫ, по разсмотрении Ваших представлений, объявляем сим волю НАШУ. Первое: начиная с пределов Екатеринославскаго Наместничества, где оное граничит с Польшею, устроить следующия укрепления:

7-е. Перекоп, оставляя, как он есть, а только с наружным поправлением; 8-е. Евпаторию, или Козлов, небольшое укрепление, от котораго содержать батарею у Сербулата, как одних только мест, для приставания судам в том краю удобных; 9-е. Крепость большую Севастополь, где ныне Ахтияр и где должны быть Адмиралтейство, верфь для перваго ранга кораблей, порт и военное селение; 10-е. Балаклаву, исправя, как оная есть, и содержа стражу ея поселенными тут греческими войсками; 11-е. Феодосию, или Кафу, поправя старые замки и снабдя их артиллериею; 12-е. Вместо Керчи и Еникаля – сильную крепость под именем Воспор, у Павловскаго редута, при входе в Воспор Киммерический…».

Получается, что Черноморский флот изначально базировался не на Севастополь, а на Ахтиар (Ахтияр)? Да, именно так!

Как сказано в «Историческом путеводителе по Севастополю», изданном в 1907 году под редакцией знаменитого русского военного историка генерал-майора Андрея Зайончковского, «на месте нынешнего Севастополя до 1783 года существовала убогая татарская деревушка, называвшаяся Ахтиар, отчего и бухта была известна под именем Ахтиарской». А чуть дальше — очень интересная фраза: «Уже 3 июня Мекензи заложил первые постройки будущего города, наименованного императрицей Севастополем, по предложению князя Потемкина». Хотя в переписке Потемкина с императрицей, которая доступна для широкого читателя, первое упоминание названия Севастополь встречается далеко не в 1783 году! Почему же тогда дореволюционные историки так уверенно говорят о его авторстве названия города?

Вероятнее всего, делают они это на основании простого знания: название «Севастополь» точнее всего перевести как «город Божественного», то есть город императора. Именно такое значение имели названия многочисленных Себастополисов, возникавших во времена римского императора Августа, носившего титул Божественного. И скорее всего, хорошо знавший об этом Потемкин не преминул польстить своей покровительнице, предложив столь пышное название для нового города. Не случайно в письме от 13 июня 1783 года, то есть сразу после закладки первых севастопольских зданий, он пишет Екатерине II: «Не описываю о красоте Крыма, сие бы заняло много время, оставляя до другого случая, а скажу только, что Ахтияр лутчая гавань в свете. Петербург, поставленный у Балтики, — северная столица России, средняя — Москва, а Херсон Ахтиярский да будет столица полуденная моей Государыни».

С екатерининским следом в названии Севастополя связан и еще один живучий миф, который, как выясняется, не имеет вообще никакого отношения к реальности. Во множестве публикаций, начиная с сетевых энциклопедий и заканчивая художественными произведениями, можно встретить одно и то же неверное утверждение. Дескать, ненавидевший деяния своей матери император Павел I в 1796 (варианты — в 1797 и 1798) году приказал переименовать Севастополь обратно в Ахтияр. Но ни одного императорского указа, где фигурировало бы это монаршее повеление, историкам найти не удалось. Даже в «Полном собрании законов Российской империи», включающем документы с 1649 по 1913 год, нет ни одного прямого указания на подобное распоряжение императора.

Правда, там можно найти другой любопытный документ — Сенатский указ №222 от 29 марта 1826 года, когда императором был уже Николай I, внук Павла I. Этот документ носит очень интересное название: «О неименовании городов Севастополь Ахтияром, и Евпаторию Козловым». Текст этого указа весьма любопытен и невелик, и его стоит процитировать полностью: «Правительствующий Сенат, слушав предложение министра мстиции, генерала от инфантерии князя Лобанова-Ростовскаго, что начальник главнаго штаба его императорского величества сообщил ему от 6 минувшего февраля, что государь император высочайше повелеть соизволил: чтобы город Севастополь не именовать впредь Ахтияром, а всегда Севастополем, а также город Евпаторию не именовать Козловым, но Евпаториею.

О таковом высочайшем повелении он министр юстиции предлагал правительствующему Сенату к надлежащему исполнению. Приказали: для должнаго по означенному высочайшему его императорскаго величества повелению исполнения и надлежащего сведения послать указы: во все губернския и областныя правления и правительства, Войска Донскаго в войсковую канцелярию и в присутственные места, а также к министрам, военным генерал-губернаторам, военным губернаторам управляющим гражданскою частию, генерал-губернаторам, градоначальникам и Войска Донскаго войсковому атаману; а в Светлейший правительственный Синод, во все департаменты правительствующаго Сената и в общия оных собрания сообщить ведения».

Почему же понадобился такой указ и с чем связано высочайшее повеление Николая I? Из материалов все того же «Полного собрания законов Российской империи» явственно следует, что в документах эпохи Павла I и его преемника Александра I оба названия — и Севастополь, и Ахтияр — используются практически наравне. Это вносило, судя по всему, заметный разнобой в официальные документы, с чем и решено было покончить. Не случайно же господа сенатские чиновники так подробно указывают, кому именно и в каких именно присутственных местах надлежит отправить соответствующие распоряжения!

Любопытно, что впервые миф о павловском переименовании Севастополя в Ахтияр возник уже в постсоветские времена. Тогда немало и на Украине, и в самом Крыму, да и в России предпринималось усилий, чтобы буквально стереть русский след из истории полуострова. Возможно, с этим и связано появление легенды о Павле I и возвращении черноморской флотской столице имени Ахтияр, которого город никогда не терял — но под которым известен гораздо меньше:все-таки символом русского мужества, чести и верности присяги был и остается именно Севастополь.