Почему в Севастополе уповают на советскую модель медицины

Севастополь возвращается к советской модели распределения детских врачей. Ее суть – молодых врачей после обучения направляют в конкретную поликлинику и больницу (естественно, где существует острая потребность) с обязательной отработкой в течение определенного срока.

Это должно решить проблему кадрового дефицита и отсеять случайных людей из медицины, уверены опрошенные ForPost специалисты.

Полезный опыт

Зачем возвращать советскую модель?

Дело в том, что ситуация с медицинскими специалистами в Севастополе лучше не становится и это отражается на качестве медпомощи. Особенно остро это ощущается в детской медицине. 

За последнее время, как сообщает депздрав Севастополя, штат государственных медучреждений пополнили 25 детских врачей разных специальностей, включая педиатров, анестезиологов-реаниматологов, неврологов, отоларингологов, стоматологов, урологов и ревматологов.

Однако существенно ситуацию в сфере детской медицины это не поменяло. Попасть к специалисту по-прежнему не всегда непросто, хотя в ведомстве утверждают, что сроки записи в пределах нормативов. Остро не хватает врачей-педиатров, детских хирургов, анестезиологов-реаниматологов, кардиологов, гематологов и аллергологов-иммунологов.

Несколько легче ситуация с неврологами, травматологами и офтальмологами. В департаменте заверяют, что количества этих специалистов вполне достаточно для текущих потребностей маленьких пациентов.

«Единичные жалобы родителей оперативно решаются», – заверили в ведомстве.

Денежный вопрос

Свежую кровь в медицину Севастополя по-прежнему завлекают «подъёмными»: 1 млн рублей для врачей и 0,5 млн рублей для фельдшеров. Плюс - ежемесячные региональные доплаты, компенсация аренды жилья.

Впрочем, эти бонусы не могут сравниться с доходами частной медицины. Там помимо высоких зарплат также готовы платить «подъемные» и «квартирные». 

«Это вопросы, которые мы обсуждаем с учредителями. Компенсация аренды жилья для иногородних специалистов может стать решением, если мы захотим приглашать врачей из других регионов. Также рассматриваем вариант оплаты повышения квалификации с условием последующей отработки — но здесь пока идёт обсуждение, решение не принято», — рассказала ForPost главный врач медцентра «Аванта» Лариса Петренко.

Кроме того, в частном секторе нет сверхнагрузок и излишней бюрократии, чего не скажешь о государственных клиниках. Поэтому, в целом по стране наблюдается отток врачей из госсектора в коммерческий. 

Но даже с этими преимуществами коммерческая медицина также сталкивается с кадровым голодом. 

«Частные клиники, как бы ни была развита их материальная база, работают в том же кадровом поле. Если врачей в регионе объективно мало, взять их неоткуда и частной сети», — пояснила Лариса Петренко.

Тут ещё важно понимать, что очень часто в Севастополе врачи работают и в государственном, и частном секторе. То есть за счёт частного сектора количество врачей может не сильно увеличиваться. 

«Конкуренция между частными клиниками за квалифицированных врачей — это реальность, с которой мы сталкиваемся ежедневно», — констатировала кандидат медицинских наук.

Столичный опыт

Недостаток врачей — не исключительно севастопольская проблема. В Москве и Санкт-Петербурге врачей тоже не хватает, но там дефицит не так заметен из-за высокой концентрации кадров. К тому же в этих городах действует жёсткий фильтр для частных клиник — далеко не каждый врач может попасть туда, а тем более одновременно работать в нескольких сетях.

«Если в Севастополе зазывают в частную клинику и люди работают в двух-трёх местах, то в Санкт-Петербурге такого даже быть не может. Там, во-первых, врач обязательно должен иметь большой опыт работы в государственной клинике, иметь определённые регалии. Молодого врача вряд ли возьмут в частную клинику. Во-вторых, врач не может работать в двух частных клиниках — это нарушение корпоративной этики, да и ответственность слишком велика», — рассказал ForPost представитель столичного здравоохранения.

Такой подход мотивирует выпускников идти в государственные больницы и федеральные центры, что совпадает с задачами целевого распределения. Если же студент понимает, что медицина — не его путь, он уходит из профессии на ранних этапах. Для этого сегодня и вводят целевое обучение и институт наставничества.

Закаленные поликлиникой

В профессиональном сообществе возвращение к целевой отработке после вуза воспринимают по-разному. С одной стороны, эта модель вызывает опасения из-за риска коррупционных схем и фактически является признанием провала в создании привлекательных условий для медиков.

С другой, именно целевой набор сегодня остаётся основным инструментом государства для закрытия дефицита специалистов. Часть врачей, пройдя этот опыт, точно останется в госсекторе, уверена директор севастопольского территориального фонда обязательного медицинского страхования Татьяна Гроздова.

«Все мы вышли из Советского Союза, у нас не было такого дефицита, потому что мы все отрабатывали по целевому распределению. Отработка должна быть, и компенсация очень высокая должна быть. В такой ситуации врачи останутся», — сказал она ForPost.

Кроме того, без отработки в государственных клиниках невозможно стать настоящим врачом, уверена Татьяна Гроздова. 

«Тот человек, который решил стать врачом, должен сначала научиться работать с пациентами, получить свой опыт принимать собственные решения, а это возможно только в первичном звене», — пояснила доктор медицинских наук.

К тому же не все способны преодолеть «фильтр» поликлиники. 

«Как и в любую другую профессию в медицинскую, приходят не всегда те, кто имеет к ней призвание. В первичном звене приходит понимание – твоё это дело или нет. Я сама педиатр и прекрасно понимаю, что это работа не только с детьми, но и с родителями, бабушками, дедушками. Тут надо иметь определённую устойчивость характера и желание быть врачом», — считает Татьяна Гроздова.

Если модель целевого распределения докажет свою эффективность, останется другой важный вопрос: сможет ли система удержать врача после того, как он отбудет обязательный срок?

Полина Ласькова