В XIX веке женщины в бедных семьях, живших в городах Европы, нередко рожали детей не от законного мужа. Последние генетические исследования показали, что многие ныне живущие люди, которых интересует история их семьи, неправильно представляют себе, кем были их предки.
Широко распространено мнение, что многие мужчины не являются биологическими отцами своих детей. Утверждается, что сегодня уровень внебрачного отцовства, как это называется, достиг 30%. «Они же похожи на молочника», — говорится в известном анекдоте, который ни один родитель не считает смешным.
Однако исследования ДНК, проводившиеся в последние два десятилетия в нескольких странах, выявили, что в среднем неродных детей мало — около 1%. Маартен Лармюзо (Maarten Larmuseau) из Левенского католического университета в Бельгии, автор одного из этих исследований, решил установить, существует ли различие между разными группами.
Он подозревал, например, что доля внебрачных детей больше среди аристократов в XVII веке, ведь тогда между мужем и женой часто была большая разница в возрасте. Внебрачное отцовство изображено на картине Яна Стена «Празднование крестин» 1664 года: зажиточный голландец держит новорожденного ребенка, а стоящий за ним мужчина показывает знак «наставленных рогов», означающий, что у ребенка на самом деле другой отец.
Наставленные рога
Команда Лармюзо выявила 500 пар мужчин в Бельгии и Нидерландах. Судя по генеалогическим записям, каждая пара происходила от одного и того же предка-мужчины по мужской линии. Половина этих предков родились до 1840 года, а старший — в 1315 году.
Мужчины в каждой паре должны были унаследовать Y-хромосому от общего предка, так как она передается по отцовской линии. Когда анализ ДНК выявил несоответствие, команда исследовала других мужчин-потомков, чтобы сузить поиски до момента рождения сына от мужчины, который не был мужем матери ребенка. Все мужчины были добровольцами. Анализ ДНК близких родственников не проводился, чтобы избежать выявления недавних случаев.
Доля внебрачного отцовства среди фермеров и более зажиточных ремесленников и купцов составляла около 1%. Она повышалась до 4% среди разнорабочих и ткачей и приближалась к 6% среди представителей рабочего класса, живших в густонаселенных городах в XIX веке. Эти данные можно сопоставить с коэффициентом около 0,5% среди более зажиточных горожан.
Чего исследование не может выявить, так это причин, почему возникала такая ситуация. «Мы не можем дать этому объяснение, — говорит Лармюзо. — Ведь нельзя же их опросить».
Одна из версий состоит в том, что бедные жительницы городов были более уязвимы для сексуального насилия и злоупотреблений со стороны мужчин.
В целом цифра остается низкой: 1,6% на поколение. Но она все равно свидетельствует, что весьма значительное число ныне живущих людей могут не знать своих биологических родителей. По словам Лармюзо, 30 миллионов человек заинтересовались тестами на установление предков. Это позволяет предположить, что до 500 тысяч могут сделать шокирующее открытие об отце. Компании, предоставляющие услуги по проведению подобных анализов, не предлагают никаких консультаций, добавляет исследователь.
