Трамп заявил, что Вашингтон будет дружелюбен с Ираном в случае его победы на выборах.
Предвыборные заявления — валюта ненадёжная. Но всё же стоит рассмотреть и вариант разрядки между США и Ираном. И в этом случае речь, в первую очередь, пойдёт о снятии нефтяного эмбарго. Что же ждёт в этом случае нефтяной рынок?
Вероятность отмены этого эмбарго повышается в результате избрания иранским президентом Масуда Пезешкиана, который заявляет, что необходимо снятие санкций против Ирана. Напомним, что нынешнее эмбарго введено с 2018 года.
Если конкретно, то это американское экспортное эмбарго по иранской нефти, поэтапно вступившее в силу уже к началу 2019 года. И вылившееся в резкое сокращение нефтедобычи. Если на 2017 год объёмы нефтедобычи в Иране составляли без малого 4 млн баррелей в сутки (б/с), то уже на 2020 год они составляли лишь менее 2 млн б/с. В основу нефтяного эмбарго были положены уже известные нам вторичные санкции по отношению к компаниям и странам, импортирующим нефть из Ирана.
Тем не менее, в 2022 году исполняемость санкций резко ослабла. Случилось это на фоне санкционной войны против России со стороны США, коснувшейся и нефти. Это де-факто привело к тому, что «дорогие партнёры» начали смотреть «сквозь пальцы» на рост иранских поставок в КНР транзитным маршрутом через Малайзию. Китайская таможенная статистика говорит, что нефтяной экспорт в Китай из Малайзии вырос с чуть более 300 тыс. б/с в начале 2022 года до более 1 млн б/с в аналогичный период 2024 года, с учётом того, что объёмы собственной малайской добычи в тот же период составили чуть более 350 тыс. б/с.
В случае возвращения Ирана в ядерную сделку, условием которой было его согласие на более пристальный надзор за своими ядерными объектами, что, в свою очередь, как раз и давало возможность Ирану заниматься нормальным экспортом нефти в Китай, отмена нефтяного эмбарго даст возможность всего лишь выйти на прежние уровни нефтедобычи. В первые два квартала 2024 года объёмы нефтедобычи в Иране составляли чуть более 3,2 млн б/с, что не на много меньше аналогичного периода 2017 года (чуть более 3,8 млн. б/с).
По этой причине отмена нефтяного эмбарго вряд ли окажет существенное воздействие на рынок нефти. Более важная роль здесь принадлежит сделке ОПЕК+. В её рамках государства альянса сократили нефтедобычу на более 7 млн б/с в сопоставлении объёмов добычи 2020 и 2024 годов. Настолько существенное снижение предложения на рынке очевидно перекрыло рост иранского экспорта. По этой причине ключевой фактор для рынка нефти — это всё равно российская и саудовская динамика нефтедобычи, а также стран ОПЕК.
Иранская же нефтедобыча — это пока, в основном, вопрос экономики самого Ирана.
Павел Кухмиров
