Усадьба «Максимова дача», являющаяся объектом культурного наследия, для Екатерины Морозовой и Натальи Астанькевич – родовое поместье. За его судьбой долгие годы они наблюдают с болью. Но не просто наблюдают, а направляют обращения, пытаясь получить ответы от Севнаследия, департамента городского хозяйства, заместителей губернатора и прокуратуры.
В 2019 году родственники Максимова наряду с общественниками, горожанами и научным сообществом Севастополя пристально следила за подготовкой к масштабным работам по восстановлению уникальной природно-архитектурной достопримечательности города.
На реконструкцию Максимовой дачи в рамках федеральной целевой программы тогда было заложено более 660 млн рублей. Но работы, планировавшиеся на 2020 год, так и не начались. Им помешали земельные участки, находящиеся в частной собственности, вопрос изъятия которых не могут решить уже пятый год.
Но почему пятый год не пытаются остановить разрушение объектов культурного наследия и начать процесс восстановления уникального паркового комплекса, задают резонные вопросы родственники Максимова.
«Практически в каждом письме я спрашиваю о средствах, на отсутствие которых ссылаются все участники этого процесса. Ответа я не получаю. Где целевые бюджетные деньги по ФЦП, которые, как сказала глава Севнаследия Ирина Масликова на заседании Законодательного собрания, перешли из ФЦП в госпрограмму?» – недоумевает Екатерина Морозова.
Она посетила Максимову дачу в апреле этого года. То, что она увидела, возмутило ее не меньше, чем ответы чиновников.
«Когда туда ступит нога хоть одного ответственного чиновника правительства Севастополя для того, чтобы убедиться воочию, что происходит на объекте?!» – спрашивает праправнучка Алексея Андреевича Максимова.
Что же такое увидели родственники Максимова – смотрите в программе «Открытый вопрос».
Уважаемые читатели, комментаторы портала ForPost!
C 22.00 до 8.00 на нашем сайте действует ночной "режим тишины": в этот период публикация комментариев невозможна.