Кому потребовался крымбальский камень с мыса Хрустального

Севастопольские общественники обратились в Фонд «Национальное культурное наследие» с просьбой разрешить им продолжить работы по сбору и сохранению ценного крымбальского камня, оставшегося в результате расчистки площадки под будущий культурно-парковый комплекс на мысе Хрустальном. В качестве примера его возможного использования они указывают на сквер у Владимирского собора.

Мыс Хрустальный. Коса на камень

Как ранее писал ForPost, волонтёры получили разрешение фонда на сбор и вывоз для дальнейших реставрационных работ крымбальского камня, из которого были построены многие исторические объекты города. Чтобы избежать обвинений в личной корысти, общественники, среди которых профессиональные реставраторы, написали письмо в Севнаследие с предложением забрать камень, добыча которого сейчас не ведётся.

«Они [Севнаследие] написали: нет, у нас нет такой компетенции. Тогда мы решили: соберём камень, посчитаем количество паллет с ним, сфотографируем, сделаем акт передачи — главный инженер фонда его обещал подписать — и у себя на базе будем хранить. Как только городу, реставраторам будет что-то надо — мы готовы его отдать. Нам он не нужен, у нас чисто волонтёрское движение. Никаких собственных интересов, вообще», — говорит руководитель секции охраны исторического наследия РОО «Севастопольское общество охраны природы, прав человека и исторического наследия» архитектор и реставратор Анатолий Пряшников.

Фонд «Национальное культурное наследие» разрешил собрать со строительной площадки ненужный ему, но необходимый для качественной реставрации объектов прошлого и позапрошлого века камень.

Скрин видео канала «Творческий союз» / Youtube

К сожалению, жест доброй воли был недолгим. После того как волонтёры обнаружили в центре строительной площадки уникальный колодец с арочной конструкцией, уже частично разрушенной ковшом экскаватора, и сообщили об этом чиновникам и прессе, доступ на стройплощадку для них закрыли.

К этому времени волонтёры — а их, несмотря на всю эмоциональную поддержку горожан, всего несколько человек — собрали 4 паллеты камня. По их словам, осталось ещё не меньше 30–40, причём это только целых, неразломанных блоков. Хотя пригодился бы весь имеющийся камень, говорят реставраторы.

1 марта общественники направили официальное обращение в Фонд «Национальное культурное наследие» с просьбой дать им возможность завершить работы.

Напомним, Фонд «Национальное культурное наследие» (заказчик комплекса) был основан в июне 2018 года Мариинским театром, Эрмитажем, Третьяковской галереей и Большим театром. Его возглавляет экс-заместитель министра строительства и ЖКХ РФ Хамит Мавлияров, в 2012–2015 годах также занимавший должность первого вице-президента госкорпорации «Олимпстрой».

Парапет у Сенявина. Камень преткновения

Из крымбальского камня построены многие объекты исторического центра города, в том числе - оба Владимирских собора (в Херсонесе и на Центральном холме Севастополя), Константиновская и Михайловская батареи, Графская пристань и Оборонительная башня Малахова кургана, Драконий мостик на Приморском бульваре и памятник Казарскому.

Высокие вулканические температуры и давление сделали крымбальский камень исключительно влаго- и морозоустойчивым, и это позволило строить из него не только здания, но и набережные, причальные стенки и укрепления. Он в десятки раз прочнее инкерманского, но, в отличие от последнего, очень сложен в добыче — и его разработка уже десятки лет не ведётся.

О строительной ценности крымбальского камня ForPost писал не раз, в основном — в связи с парапетом у памятника Сенявину, который в декабре 2015 года заменили на «беленький», но недостаточно прочный для такого использования инкерманский камень. Дешёвая мшанка, разновидностью которой он является, по единодушному мнению экспертов, в наружных работах может использоваться только в облицовке, но ни в коем случае не крупными блоками и не в горизонтальной плоскости. Мшанка во много раз хрупче крымбальского камня, сильно впитывает влагу и выдерживает очень мало циклов заморозки-разморозки.

«Да через сто лет он будет такой же жёлтый, как и крымбальский!» — пытались успокоить всех чиновники и подрядчик.

«Да он сто лет и близко не простоит!» — негодовали эксперты, возмущённые, в том числе, и такой некомпетентностью заказчика — департамента городского хозяйства — и исполнителя работ — ООО «Промальп Эдельвейс».

Справедливость мнения специалистов подтвердил ближайший год, в течение которого парапет начал разваливаться, — и уже в апреле 2017-го началась замена его блоков.

Эффективностью расходования бюджетных средств при строительстве мшанкового парапета занялся Следком, а исторический, крымбальский парапет был найден на ответственном хранении в ООО «Управляющая компания», во главе которой стоит Игорь Валис.

Сквер у Владимирского собора. Время разбирать камни?

Зачем нужны «домашние» запасы крымбальского камня, хорошо видно в недавно реконструированном сквере у Владимирского собора. Тогда ещё находившийся в должности вице-губернатора Михаил Демиденко колебался между двумя вариантами: назвать все недоделки в реконструкции «мелкими» или же внести скрывшегося подрядчика — ставропольскую компанию «Группа Е» — в чёрный список на портале госзакупок. Судя по тому, что в официальном реестре недобросовестных поставщиков подрядчик так и не появился, видимо, работам таки поставили «зачёт».

Независимую экспертизу реконструкции сквера провели Анатолий Пряшников и Анатолий Туманов. Первый — в качестве руководителя секции охраны исторического наследия РОО «Севастопольское общество охраны природы, прав человека и исторического наследия» и аттестованного Министерством культуры реставратора, второй — как член той же секции и аттестованный Минкультом реставратор памятников каменного зодчества (направление «Естественный камень»).

Вот иллюстрации из составленного ими акта.

Реставрация поворотных колонн парапетов из крымбальского камня выполнена с недопустимой подменой на блоки из ракушняка и мшанки — материалов с другими физико-механическими и химическими свойствами и структурными несовпадениями.

Как это отражается эстетической целостности композиции — очевидно непрофессионалам.

«Данные способы являются свидетельством непрофессионального подхода к проведению реставрационных работ», — говорится в акте обследования.

Работы, к слову, по договору субподряда выполняла фирма «Гуар» из Санкт-Петербурга. Она же реконструировала Малахов курган, а сейчас занимается Историческим бульваром, художественным музеем и кинотеатром «Родина» в Балаклаве.

Кроме несоответствующих материалов, очевидны и другие «косяки». Вот так выглядит механизированная имитация ручного тёса камня. «Геометрия и исполнение данной работы не соответствуют уровню квалифицированного реставратора изделий из камня», — говорится в заключении.

-

Искусственное старение натурального горного камня, по мнению экспертов, выполнено электрической углошлифовальной машиной, в то время как в реставрации для этого применяют метод травления. Отдельные вопросы — межблочные швы,

… несоблюдение форм

… и реставрация декоративных осветительных мачт краской, повредившей первоначальный вид старинной кладки.

Глядя на фото ниже, трудно усомниться в мнении реставраторов о том, что к ступеням лестницы руками никто так и не притронулся.

И снова — о крымбальском камне, точнее, о парапетах из них. Как видно на фото ниже, реставраторы XXI века решили узаконить железобетонные «крышки», установленные на скорую руку после войны взамен разрушенных дореволюционных крышек из натурального камня.

«Это является грубейшим нарушением всех норм и правил восстановления исторического облика объекта реставрации», — заключают эксперты.

Они делают вывод: реставрационные работы выполнены с грубейшими нарушениями всех норм и правил и требуют почти полной переделки.

Рекомендации реставраторов таковы:

— произвести замену всех реставрируемых материалов на идентичные оригиналу;

— применить реставрационные методы обработки камня;

— доработать проект согласно выданным выше рекомендациям;

— потребовать от подрядной организации список аттестованных в Министерстве культуры специалистов-реставраторов, выполнявших данные работы, и подать сведения в комиссию по аттестации Министерства культуры для проведения их переаттестации.

***

Пока реставраторы составляли эти рекомендации, на торте Владимирского сквера появилась «вишенка»: бережная бордюрная побелка некоторых архитектурных элементов. Бережная исключительно по отношению к ели, лапы которой поленились поднять ради завершения «художественных» работ.

Светлана Косинова