Белорусский официоз насаждает вышиванки

«Думаю, каждый из нас должен взять на себя обязательства ходить чаще в вышиванке и говорить на родном белорусском языке…». Думаете, эти слова сказал сбежавший еще в девяностые лидер белорусских ультранационалистов Зенон Позняк? Или, может, действующая депутат белорусского парламента Елена Анисим, ставившая знак равенства между белорусскими партизанами и басаевцами?

Увы, все гораздо хуже. Таким образом указывал белорусам, что им носить и на каком языке говорить действующий министр иностранных дел Белоруссии Владимир Макей. Именно указывал, слова «должен» и «обязательства» не оставляют в этом сомнений. К счастью, власти у белорусского Владимира Владимировича пока маловато, чтобы его указания были обязательны к исполнению.

Скандальную фразу Макей произнес на устроенном его ведомством приеме для иностранных дипломатов, посвященном «Дню Вышиванки». Есть теперь в Белоруссии и такой праздник, а прием был уже, между прочим, третьим.

Макей на приеме в МИД Белоруссии иностранных дипломатов.

Владимир Макей – больше, чем просто белорусский министр. Обычно его коллеги – скромные чиновники – исполнители, ограниченные в своих действиях должностной инструкцией и старающиеся лишний раз не маячить на публике, если в этом нет служебной необходимости. И уж точно не может вести себя, как публичный политик. Политик  в Белоруссии должен быть только один. Мы все знаем его фамилию и он не терпит конкуренции.

Хотя исключения все-таки бывают. До недавнего времени министров, ведущих себя, как политики, было двое. Вторым был глава МВД Игорь Шуневич, ярый охранитель, противник ЛГБТ, любитель покрасоваться в мундире НКВД. Разумеется, этот министр был яростно ненавидим прозападными лоббистами во власти и всей националистической и либеральной оппозицией, развернувшей против него настоящую информационную войну. Войну, которую он проиграл и вынужден был уйти в отставку.

Макей – противоположность Шуневичу. Он часто высказывается на темы, далекие от международных отношений, создает при поддержке западных фондов экспертные структуры вроде «Минского диалога», пользуется обожанием большинства оппозиции. Многие оппозиционеры даже не прочь видеть министра на посту главы государства. Для любого другого министра этого было бы достаточно, чтобы навсегда покинуть властную обойму, но Макей непотопляем – видимо, сказываются его особые отношения с западными «партнерами».

Но одиозную рубашку в Белоруссии продвигает не только одиозный министр. Белорусский республиканский союз молодежи, крупнейшая, абсолютно подконтрольная власти молодежная организация страны свой «День вышиванки» провел уже в четвертый раз. Причем фантазия белорусских младопатриотов порой даже превосходила фантазию украинских вышиватников. Так, например, представители организации вручили ползунки и распашонки с национальным орнаментом всем новорожденным в белорусских роддомах.

Между тем, далеко не всех в Белоруссии устраивает насаждаемая официозом мода на расшитые рубашки. И дело не только в их сомнительной уместности в современной городской среде. До 2014 года никого в стране эти рубашки особо не интересовали. Да и само слово «вышиванка» для белорусов не характерно. Они всегда называли такую одежду «кашулей». «Вышиванка» – это уже явное заимствование из украинского языка и еще несколько лет ассоциировалось исключительно с Украиной.

После переворота в Киеве белорусские националисты многое позаимствовали у украинских «побратимов». В том числе и рубашки с орнаментом, которые стали, да и остаются до сих пор атрибутом националистической субкультуры.

Первый змагарский день вышиванки в Минске в 2014 году.

Первые «Дни вышиванки» в Минске проводились самими националистами и выглядели довольно андеграундно. Теперь они проходят официально и с размахом – власть попросту перехватила символ у националистов. Но проблема в том, что националистическим он быть не перестал.

Власть могла наполнить вышиванку новым смыслом – в конце концов, рубаха с орнаментом, которую в свое время носили и украинцы и белорусы и русские, можно было сделать не разъединяющим, а объединяющим символом. Но не стала. Поэтому не удивительно, что в массе своей белорусы не принимают в качестве своего символа одежду в которой 5 лет назад боевики сжигали живьем людей в Одессе. И популярности властям такие фокусы с переодеванием не добавляют.