Санкт-Петербург — город с уникальным архитектурным обликом, вполне заслуженно считается одним из красивейших городов не только в России, но и во всём мире. Полюбоваться знаменитыми питерскими проспектами, величественными особняками, поражающими воображение соборами и дворцами приезжают со всех уголков планеты. Причём делать это можно в любую погоду и независимо от времени года – Петербург прекрасен всегда.
Но мало кто знает, что многие из «визитных карточек» Северной Пальмиры, в том числе и знаменитый Исаакиевский собор, мы сегодня можем видеть вживую благодаря стараниям и кропотливой работе крымского мастера — выходца из Ялты Александра Ротача.
Как гениальный реставратор десятилетиями спасал историю и архитектуру города на Неве, узнавал ForPost.
Мальчик из Ялты, которому позволили рисовать
Александр Лукич Ротач родился 31 июля 1893 года в Ялте, в семье портового грузчика. Мальчик рано открыл в себе талант к рисованию, однако отец-рабочий не понимал творческих порывов сына. Судьба Саши виделась ему в мореплавании или инженерии.
Так оно, возможно, и обернулось бы, если б не случай и не веское слово начальника Ялтинского порта.
«Зашедший к ним как-то раз начальник порта Делагерт увидел детские рисунки мальчика и посоветовал отцу не препятствовать увлечению сына. Постепенно тяга к рисованию возобладала над другими увлечениями», — поделился фрагментом биографии мастера инженер-исследователь Юрий Сафронов.
В подростковые годы Александр Ротач много практиковался. Ещё до совершеннолетия ему повезло поучаствовать в строительстве Большого Императорского дворца в Ливадии под руководством архитектора Николая Краснова.
Кроме того, молодой человек занимался строительством здания Ялтинского порта и военного санатория в Массандре под предводительством Юрия Стравинского.
Свои навыки юный энтузиаст оттачивал не только в работе над новыми проектами, но и изучая наследие древности.
«В юношеские годы летом, уходя в места древних руин, где производились раскопки, я помогал археологам, очищал предметы, делал их зарисовки, учился распознавать сюжеты резьбы по камню, фресок и запоминать отдельные эпизоды истории», — позднее делился воспоминаниями о своей юности сам Александр Ротач.
Огромная практическая база позволила 19-летнему крымчанину, на тот момент уже выпускнику Варшавского политехнического института, в 1912 году без труда поступить в Центральное училище технического рисования имени барона Штиглица в Санкт-Петербурге.
В те времена будущий реставратор увлёкся изучением истории и часто делал наброски городской жизни у себя в блокнотах. Например, его руке принадлежит рисунок-карикатура «Битва при Тучковском мосту 14 января 1912 года».
Взлёт и падение
В 1919 году Александр Ротач окончил училище и поступил в Академию художеств на архитектурное направление. Тогда же он стал применять полученные знания на практике.
За считанные годы крымчанин успел построить деревянный театр, приспособить здание бывшей коробочной фабрики под другой театр, отремонтировать и приспособить пятиэтажный жилой дом под приют.
«…означенное лицо (А.Л. Ротач — Прим.) за недостатком квалифицированных рабочих часто личным примером указывает способы производства тем рабочим, которые в данный момент оказываются у места работ, умение же личного пользования инструментом среди технического персонала наблюдается редко и является особо ценным», — говорилось об Александре Ротаче в ходатайстве ревтройки Петроградского уездного исполкома от 31 августа 1920 года.
В ноябре того же года реставратор за неукоснительное выполнение всех задач исполкома получил в награду золотые часы.
В те годы судьба не единожды давала Александру Лукичу шанс проявить себя, и он не упускал ни одного. Так, в 1924 году крымчанин руководил ликвидацией последствий наводнения в Ленинграде в районе Елагина острова, Кронверкского проспекта и Лахты. Параллельно с этим реставратор активно участвовал в создании памятников «Борцам Революции» на Марсовом поле и «Шалаш В.И. Ленина» в Разливе.
В то же время Александр Ротач начал и свою общественную деятельность — он стал одним из представителей Бюро охраны художественно-исторических памятников Санкт-Петербурга и его окрестностей Общества «Старый Петербург — Новый Ленинград» и участвовал в заседаниях реставрационного отдела Академического центра Наркомпроса.
В 1928 году в жизни Александра Ротача началась тёмная полоса: его репрессировали и выслали на север. Три года талантливый архитектор служил начальником гражданских сооружений постройки железной дороги Сыктывкар — Пинюк, а также начальником строительного управления по постройке посёлков при Управлении Соловецких лагерей особого назначения.
Возвращение в Крым
Впрочем, в 1931 году реставратора досрочно освободили, и он вернулся к работе над важными для Ленинграда объектами. Среди них можно выделить проектирование жилых домов и вокзалов Октябрьской железной дороги, реконструкцию летних павильонов в садах и парках города, отделку интерьеров кафе и ресторанов, в том числе ресторана «Метрополь».
В тридцатые годы Александр Лукич также впервые посетил Крым уже не как местный житель, а как прикомандированный профессионал. Тогда же он принимал участие в археологической экспедиции по исследованию пещерного города Эски-Кермен.
В 1938 ялтинец вновь попал на полуостров для ознакомления с местными памятниками архитектуры. А в 1939 году Академия художеств СССР рекомендовала Александра Ротача в качестве архитектора для реставрации Ханского дворца.
«В течение двух лет Александр Лукич работал над исследованием комплекса зданий, изучал историю дворца и его многочисленных реставраций, выполнил обмеры. В 1940 году он подготовил проект реставрации. Работа была прервана в 1941 году начавшейся Великой Отечественной войной, и проект не был осуществлён», — сказано в сборнике статей "Хранитель памятников архитектуры: Александр Лукич Ротач (1893-1990)", посвящённых 125-летию архитектора.
На страже памятников
После начала войны Александр Ротач вернулся в Ленинград. В составе одной из групп специалистов, организованных первым главой Госинспекции по охране памятников Ленинграда Николаем Белеховым, он занимался обмером и укрытием памятников, маскировкой зданий.
Также крымчанин принимал участие в оборудовании городских бомбоубежищ.
«Работать пришлось на переднем крае с памятниками, находящимися на Петергофской дороге, с Чесменским дворцом и церковью, по обмеру колокольни и шпиля Петропавловского собора. Эти обмеры как во время войны, так и при восстановлении зданий оказали ценную услугу сначала для маскировки шпиля, а затем для устройства висячих лесов при его позолоте», — вспоминал потом сам Александр Ротач.
В феврале 1942 года архитектора эвакуировали из блокированного Ленинграда в Среднюю Азию. Там он продолжил заниматься любимым делом — создавал проекты по благоустройству парков, скверов и садов для Узбекской и Таджикской ССР.
Вернуться в Ленинград реставратор смог в апреле 1944 года — и сразу же был зачислен в Государственную инспекцию по охране памятников. Началась долгая работа по реставрации уцелевшей архитектуры городов СССР.
На счету Александра Ротача — реставрация Гатчинского дворца-музея, обмер стен Новгородского Кремля, укрепление Спасской башни, восстановление ряда мостов и пристаней Ленинграда XVIII-XIX веков, а также Горного института, дома графини Лаваль и дворца канцлера Безбородко.
Спасая детище Монферрана
Отдельного внимания заслуживает реставрация Исаакиевского собора, которая велась под руководством Александра Лукича с 1950 по 1962 год. По свидетельствам главного архитектора музея «Исаакиевский собор» Николая Малеина, работы реставраторам предстояло много — военное время и блокада критически сказались на состоянии памятника.
«Николай Устинович отмечал значительные разрушения во внутреннем и внешнем убранстве, произошедшие как в результате артобстрелов, так и вследствие того, что с конца 1941 по 1945 годы здание совершенно не отапливалось. Повреждения кровли создали угрозу осыпания монументальной живописи на больших площадях; <…> Серьёзные дефекты имели гранитные колонны портиков, колокольни, вся наружная скульптура», — цитировали архитектора исследователи в сборнике трудов «Хранитель памятников архитектуры: Александр Лукич Ротач (1893-1990)».
Во время реставрации работами на объекте заведовал Александр Ротач. Крымчанин отвечал за всё, от восстановления кровли и настенных росписей и укрепления облицовок фасада и скульптур до реставрации алтарного витража.
Александр Лукич также позаботился о формировании правильного температурно-влажностного режима в соборе. Реставратор был уверен, что при несоблюдении режима могут пострадать не только декорации внутри памятника, но и несущие конструкции собора. Поэтому практически с самого начала работ разрабатывался и проект отопления и вентиляции.
Благодаря усилиям Александра Ротача в 1958 году Исаакиевский собор подключился к городской теплоцентрали.
Разнообразный опыт, накопленный ялтинцем за жизнь, нередко позволял ему экспериментировать. Например, для спайки медных листов кровли собора Александр Лукич предложил использовать аргонодуговую сварку. Такая сварка тогда была применена впервые и обеспечила высокую прочность сварочного шва.
«Заметными реставрационными работами тех лет, особенно запомнившимися ленинградцам, стала очистка от маскировочной краски купола Исаакиевского собора, реставрация фонарика большого купола и его семиметрового креста», — пояснялось в тематической статье книги «Хранитель памятников архитектуры: Александр Лукич Ротач (1893-1990)».
Однако на куполе собора эксперименты Александра Ротача не закончились. Чтобы облегчить нагрузку на несущую конструкцию, архитектор заменил тяжёлые повреждённые мраморные модульоны более лёгкими, из листовой меди.
Благодаря усилиям крымчанина, основную часть работ выполнили к 1957 году, и собор вновь стал принимать посетителей.
Впоследствии Александр Лукич Ротач неоднократно возвращался мыслями к реставрации Исаакиевского собора — этой своей работе он посвятил множество выступлений, статей и даже отдельную книгу. Похожим образом он относился ко всем своим детищам: за годы жизни уроженец Ялты написал пять книг, которые посвятил мостам Санкт-Петербурга, Александровской колонне и другим творениям Огюста Монферрана.
Александр Ротач ушёл из жизни 20 апреля 1990 года, в возрасте 96 лет, посвятив всю свою жизнь хранению бесценного облика петербургской архитектуры. Теперь она, будто бы в ответной благодарности, хранит память о своём мастере.
Елена Фокина
Фото: автора, взяты из книги «Хранитель памятников архитектуры: Александр Лукич Ротач (1893-1990)» и статьи «Александр Лукич Ротач. Петербургский художник, архитектор, писатель».
Для создания текста использовались следующие источники:
Хранитель памятников архитектуры : Александр Лукич Ротач (1893-1990) : к 125-летию со дня рождения : сборник статей и документов / Центральный государственный архив литературы и искусства Санкт-Петербурга, Государственный музей-памятник "Исаакиевский собор" ; [сост. Е. С. Ребриева научный редактор: Ю. В. Мудров]. - Санкт-Петербург : Государственный музей-памятник "Исаакиевский собор", 2019. - 114 с.
Ю. И. Сафронов. Александр Лукич Ротач. Петербургский художник, архитектор, писатель // История Петербурга : Журнал. — СПб., 2003. — Вып. № 5 (15). — С. 43—47.
