О «разбегающихся» ВСУ: каждый восьмой дезертировал

На Украине тема разбегающейся армии активно обсуждается, в том числе и в органах власти. Один из депутатов от партии Зеленского, к примеру, озвучил, что только в соответствии с официальными информационными сводками дезертировали с мест службы более 80 000 бойцов ВСУ.

Те же, кто находится в рядах самих вооружённых сил Украины, называют ещё более впечатляющие цифры – более 200 000 дезертировавших военнослужащих. 

Масштаб в любом случае впечатляет.

При этом представители правоохранительных органов явно не горят желанием заводить уголовные дела по дезертирству и всячески этого избегают. 

Естественно, не по идейным соображениям: просто искать «бегунов» крайне тяжело. Такое дело с максимальной вероятностью превращается в "висяк" и портит статистику украинским полицейским.

Тем не менее, если верны пессимистические цифры, то это означает, что "в самоволке" сейчас находится каждый 8-й, если не каждый 7-й боец ВСУ. 

А ещё это значит, что масштабы бегства из армии на ряде участков фронта превосходят масштабы потерь убитыми и ранеными.

О чём это может говорить? 

Ну, как минимум, о состоянии полного морального разложения ВСУ. Именно так это и выглядит. 

А значит, боеспособность ВСУ на данный момент поддерживается методами запредельной жестокости. В такой ситуации удерживать фронт по-другому не получится. 

Тем не менее, во-первых, такие методы пока действуют, а во-вторых, компенсировать "потери" из-за дезертирства в ВСУ пока что получается за счёт «могилизации».

Именно на фоне той самой «могилизации» проблема обострилась. Именно по её результатам рост числа дезертиров стал таким угрожающим. 

Одновременно с этим скачкообразно выросло число «ухилянтов», которые незаконно пересекают украинскую границу. В том числе и тех, кто носит форму. Если до этого бегство военных через «державный кордон» было единичным, то сейчас такое происходит буквально каждый день.

Тема бегства из рядов ВСУ докатилась даже до западных СМИ. 

Однако, как я и говорил: потери компенсируются, лютые «дисциплинарные меры» действуют. 

Сдвинуть этот вопрос действительно кардинально сможет только одно: серьёзный обвал фронта. Только тогда дезертирство достигнет действительно критически важных масштабов. 

Не раньше.

Павел Кухмиров