Кадры решают всё: как личные связи формируют газовую отрасль Севастополя

Эта история начинается тихо — без сирен, обысков и громких пресс-релизов. После национализации в декабре 2025 года одного из чувствительных для Севастополя активов — газовой инфраструктуры — в отраслевом управлении появляется фигура Александра Подтуркина. 

Теперь он не только глава ГУП «Севастопольгаз», но и руководитель временной администрации ООО «Цифровые инновации», перешедшего под контроль ГУПа. 

Руководство новое, с переходными задачами и как будто бы техническим статусом (кстати, как Подтуркин, глава государственного унитарного предприятия, может в принципе руководить коммерческим предприятием, если законом это запрещено?!). 

Именно в таких «временных» обстоятельствах, как показывает жизнь, и складываются самые устойчивые практики.

Небезызвестный севастопольцам Александр Подтуркин — человек, мягко говоря, с негативным кадровым шлейфом. В его послужном бэкграунде уголовные дела в газовой сфере Крыма, провальная догазификация Байдарской долины в Севастополе под командованием экс-вице-губернатора, ныне осужденного Евгения Горлова, с которым Подтуркин был дружен, ущерб предприятию ГУП «Севастопольгаз», зафиксированный Контрольно-Счётной палатой Севастополя, а также связи с прежними владельцами «Севастопольгаза» — Иванковыми, и с их ключевым управленцем Михаилом Сорокиным (сегодня все они проживают в Австрии).

Всё это подробно описано и в судебных материалах, и в журналистских публикациях и расследованиях блогеров. 

Интересная сопутствующая деталь – получение Подтуркиным украинского паспорта в… 2017-м году.

Казалось бы, такой бэкграунд должен закрывать дорогу к управлению инфраструктурой жизнеобеспечения города федерального значения. Но — не закрыл.

Деньги без паузы

Первое, что делает временный руководитель обновлённой структуры, — не аудит, не инвентаризацию, не разбор старых обязательств. Он подписывает приказы о высоких окладах и премиях для себя и ближайшего круга.

Согласно документам, временный директор получает оклад в почти 460 тыс. рублей, замруководителя – главный бухгалтер – 368 тыс., замруководителя по безопасности и персоналу – 195,4 тыс. 

Параллельно появляется договор с адвокатом по гражданским и арбитражным делам почти на 600 тысяч рублей. 

Горожане в это же время получают обновлённые «космические» платёжки за газ.

Именно такие совпадения потом становятся строками в отчётах Счётной палаты.

Фигура №1 и зимние ночи

В центре этой истории — Ирина Шевченко, первый заместитель генерального директора и главный инженер ГУП «Севастопольгаз», прямая подчинённая, правая рука Александра Подтуркина.

Новый, 2026 год. Севастополь и Крым переживают сложные погодные аномалии: улицы завалены снегом, стоят аномально минусовые температуры. Период аварий и сбоев на инфраструктурных объектах, когда все жизнеобеспечивающие предприятия работают в авральном режиме круглые сутки.

В распоряжении редакции оказались интересные видеозаписи. 31 декабря 2025 года ко входу в один из самых дорогих отелей Ялты, где номер стоит от 40 тысяч рублей за ночь, подъезжает автомобиль, из которого выходят удивительно похожие на руководителей ГУП «Севастопольгаз» люди.  

Позже камера фиксирует, как «Подтуркин» и «Шевченко» выходят из одного гостиничного номера, в обнимку ждут машину, уезжают вместе. На других видеокадрах, снятых уже в январе —кафе в Севастополе, нежные объятия, поцелуи у стойки бары, в открытую, никого не скрываясь.

Факт личных отношений между руководителем и подчинённой важнейшей структуры в газовой отрасли города-региона здесь важен не сам по себе. Дело не в «облико морале» — люди взрослые, может, у них серьёзные чувства и планы. 

Но в служебной плоскости это означает прямой конфликт интересов, который в системе антикоррупционного регулирования считается одним из самых грубых нарушений. Особенно — в отрасли с повышенными рисками и государственным участием. 

Тут придётся отметить, что у Ирины Шевченко тоже есть украинское гражданство: её желто-блакитный паспорт получен в… 2018-м году.

Дальше история становится ещё яснее.

Свои люди

Вокруг Подтуркина выстраивается круг фигур, которые образуют устойчивый управленческий контур.

Среди них, например, Юрий Иваницкий — замгендиректора по строительству и технологическим подключениям «Севастопольгаза». Ранее он руководил подрядной компанией «Ситигазстрой», получившей почти миллиард рублей на догазификацию Байдарской долины. Его личный e-mail до сих пор используется для связи с этим подрядчиком города, а юридический адрес коммерческой компании совпадает с бывшим абонентским отделом ГУП.

Или Сергей Знаменский — замдиректора по развитию в ООО «Цифровые инновации», бывший сотрудник Ростехнадзора, который контролировал работу «Севастопольгаза», а затем перешёл работать в подчинённую ему структуру. Классический конфликт интересов, при этом оформленный юридически корректно.

Включен в ближний круг и Алим Дауров — начальник службы безопасности ГУП, лишённый водительских прав за езду в нетрезвом состоянии на автомобиле Подтуркина. Есть версии, что он мог взять вину на себя.

Все — выходцы из одной системы, работавшие вместе раньше, пересекавшиеся в Крыму, в догазификации, в подрядных схемах.

Конфликт интересов? «Нет, не слышали».

Когда экономика не сходится

В 2024 году Счётная палата Севастополя уже фиксировала картину, которая неожиданно хорошо совпадает с этим кадровым пазлом: неэффективные расходы, незарегистрированные права на тысячи объектов газовой инфраструктуры, штрафы за срыв сроков догазификации, завышенные премии руководству.

Это выглядит не как саботаж, а как привычный стиль управления, когда предприятие становится источником денежных потоков, а не рассматривается как сложная инженерная система. Тут перенос бизнес-логики личного дохода в коммунальную отрасль. А ведь цена ошибки в ней измеряется не прибылью, а безопасностью.

Так что самый тревожный момент этой истории — даже не заграничные паспорта страны, с которой Россия воюет, не родственники и бывшие начальники в Европе и совсем не личные отношения.

Представьте устойчивую кадрово-экономическую модель, в которой «временные» руководители принимают решения с постоянными последствиями, подчинённые становятся личными и коммерческими партнёрами, управленцы образуют неформальный круг, контрольные органы фиксируют нарушения, правда, это не мешает государственной карьере фигурантов.

В детективах в этот момент обычно звучит вопрос: cui bono — кому выгодно? Ответ на него – прерогатива правоохранительных органов. 

Поймать таким образом «очевидную коррупцию» — полдела. 

Если отставить эмоциональную шелуху и оставить только фактуру, вырисовывается история про устойчивый тип кадровой политики, в которой первичны личная лояльность, прошлые неформальные связи и умение работать в «переходных» режимах, где контроль размывается.

Самый главный вывод не в том, «выводятся ли деньги» и «кому именно это выгодно». Опаснее другое: когда городская газовая отрасль превращается в зону временного управления, где решения принимаются с горизонтом личной выгоды, а не долгосрочной устойчивости.

Когда в такой системе случается авария, кризис или внешний шок — быстро выясняется, что управлять некому, отвечать некому, а ответственность растворилась между юрлицами, родственными связями и бывшими подрядчиками.

Это и есть реальный риск.

Николай Сведски

Копии всех документов, о которых идёт речь в публикации, имеются в редакции.