Какие продукты и почему попали в России в зону риска из-за Ирана

Помидоры, баклажаны и перец, а также некоторые другие продукты подорожали в России на фоне перебоев поставок после обострения конфликта на Ближнем Востоке. Об этом со ссылкой на статистические данные и представителей рынка пишут «Известия». 

Дело в том, что после начала операции США и Израиля против Ирана Исламская Республика запретила экспорт всех продуктов питания и сельскохозяйственной продукции, составлявших более 60% её поставок в Россию.

Несмотря на то, что отечественный рынок нельзя назвать сильно зависимым от иранских продуктов, по некоторым категориям их доля существенна, и именно там сейчас фиксируется наибольший рост цен. 

От помидоров до фисташек

К примеру, в российском импорте помидоров часть иранской продукции официально составляет только 4%. Однако с конца февраля томаты подорожали в России почти на 7%, из-за чего минимальная цена в супермаркетах сейчас составляет 250 рублей за кг, пишут «Известия».

Впрочем, возможно, что реальная доля иранских помидоров на рынке может быть несколько выше, поскольку часть томатов, которые поставляются в Россию как азербайджанские (каждый третий импортный помидор в России  — официально из Азербайджана), на деле могут быть иранскими, отметил кандидат экономических наук Андрей Бархота.   

При этом по категориям продуктов, импорт которых явно формировался на основе иранских поставок, сейчас наблюдается куда более серьёзный рост. Если говорить об овощах и фруктах — это сельдерей (90% импортной продукции — из Ирана), баклажаны и киви (75–80%), а также сладкий перец (50%), пишут «Известия» со ссылкой на заведующего лабораторией анализа институтов и финансовых рынков Президентской академии Александра Абрамова.

По данным компании «Ресторанам надо», за неделю с 2 по 8 марта салат ромэн подорожал на 152%, болгарский перец — на 60%, баклажаны — на 13%. На следующей неделе рост продолжился: салат прибавил в цене ещё 15%, баклажаны — 48%, перец — 30%. Если в феврале сладкий перец стоил в среднем 336 рублей за кг, то сейчас его цена в магазинах варьируется от 450 до 650 рублей, подсчитало издание.

При этом предпосылок для дефицита или резкого роста цен нет, считают эксперты. По каждой категории товаров из Ирана есть альтернативные поставщики, при этом овощи борщевого набора, как и значительная часть зелени и листовых салатов, в основном выращиваются в России, поэтому ситуация с импортом на них почти не влияет.

Однако рост цен возможен по ряду других позиций, например, по фисташкам, импорт которых на 90% обеспечивал Иран. В зоне риска также — кофе, какао и специи, на цены которых могут повлиять перебои в логистике из-за ситуации вокруг Ормузского пролива. 

Если конфликт затянется до лета, это может сказаться и на ягодах — черешне и вишне, поскольку в этот период Россия активно зависит от импорта, в том числе из Ирана, рассказала ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова.

Другие последствия кризиса 

Иран также традиционно поставляет в Россию строительные материалы. Но пока их нехватка не отразилась на ценах, поскольку на рынке распродаются ранее завезённые партии, добавляет Наталья Мильчакова. По её оценкам, в дальнейшем такие товары могут подорожать на 5–15% — в зависимости от наличия альтернатив.

Кроме того, подорожание может затронуть технику и автозапчасти, считает Екатерина Косарева из «ВМТ Консалт», поскольку эти рынки чувствительны к курсу валют и логистике.

Риски связаны не только с самими ценами, но и с их восприятием — резкие скачки в магазинах могут усиливать инфляционные ожидания: покупатели начинают ждать роста цен и на другие товары, отметил Александр Абрамов из Президентской академии.

В целом влияние ближневосточного конфликта на инфляцию в России будет ограниченным, считает Наталья Мильчакова. Российский рынок не сильно зависит от поставок из Ирана, поэтому речь скорее может идти о более медленном снижении инфляции, а не о её ускорении. 

Напомним: ранее ForPost разбирался в вопросе, почему курс российского рубля падает, несмотря на то, что цены на нефть из-за ближневосточного конфликта продолжают расти. 

Андрей Гринев