ИИ «вместо людей» и отключения связи: с чем крымские айтишники вошли в 2026 год

В 2025-м крымские айтишники получили сразу двух новых “коллег”. Один — нейросеть, которая код пишет быстро, но отвечать за результат и планировать наперёд не умеет. Другой — интернет, который всё чаще исчезает в самый неподходящий момент и работает будто «по графику».

Как это ударило по работе программистов, IT-рынку и привычному ритму — и почему, несмотря на всё, надежда на нормальную IT-жизнь в Крыму всё-таки не выглядит наивной, ForPost обсудил с ведущим разработчиком крупной российской компании Михаилом Валерьяновым.

Нейросети вместо программистов?

По словам собеседника издания, 2025-й год был действительно непростым для местного IT-сектора. Больше всего проблем, как это не иронично, программистам принёс искусственный интеллект.

«Трудности начались с приходом лета, когда бигтехи (крупнейшие технологические компании — Прим.) стали сокращать большое количество работавших удалённо сотрудников в надежде заменить их на ИИ. В результате многие фирмы остались без проектов и рабочих мест. А особого прироста эффективности это не дало, уже сейчас всё потихоньку возвращается на круги своя», — объяснил Михаил Валерьянов.

Злоупотреблять искусственным интеллектом стали и некоторые коллеги по цеху. Дело в том, что вместе с активным распространением и развитием нейросетей появился новый стиль написания программного кода — вайб-кодинг (код по подсказкам нейросети без понимания архитектуры — Прим.). Как пояснил Михаил Валерьянов, для такого программирования не нужно учиться: достаточно просто вбить свой запрос в нейросеть, и она выдаст готовый ответ.

Обывателю может показаться, что такой подход сильно упрощает работу программистов. И по словам собеседника издания, это действительно так, если ресурсы искусственного интеллекта используются для проверки какого-нибудь готового продукта.

«В обратном случае это наносит существенный урон [любому] проекту. Нужно понимать, что нейросети могут немного ускорить процесс разработки, но зачастую они не умеют продумывать и проектировать далеко наперёд, учитывать огромное количество вводных данных», — заметил разработчик.

Если же вайбкодить начнёт человек без особого опыта, то, по мнению Михаила Валерьянова, он создаст для компании целый ряд проблем. Такой программист не сможет нормально продолжать обучение и вскоре станет забывать даже базовые вещи.

Кроме того, с высокой вероятностью у него появится зависимость от использования ИИ. А это неминуемо ведёт к устареванию знаний и компетенций, из-за чего любые правки от старшего разработчика тоже будут «скармливаться машине». Однако нейросети далеко не всегда могут исправить ошибки так же качественно, как человек.

Интересно, что для людей, которые пытаются попасть в мир программирования с помощью искусственного интеллекта, даже появилось отдельное слово — «вкатун» (человек, который вошёл в профессию через «ИИ-костыль» и не справился — Прим.). Как объяснил Михаил Валерьянов, долго такие псевдоспециалисты на работе не задерживаются, но своим присутствием на рынке сильно обваливают зарплатные ожидания и понижают уровень доверия к кандидатам на должность.

Оффлайн поневоле

Второй главной проблемой ушедшего года для крымских программистов, по словам Михаила Валерьянова, стал интернет. Перебои с соединением на мобильных и стационарных устройствах порой делали работу просто невозможной.

«Неоднократно из-за перебоев с интернетом у меня сдвигался рабочий график. Заканчивать в такие дни приходилось довольно поздно, часто я вставал из-за стола за полночь», — поделился специалист.

Отметим, что впервые об отключениях мобильного интернета крымчан предупредили в августе 2025 года. Как тогда объяснили в республиканском правительстве, веерные отключения стали необходимостью для «исключения возможности атаки» вражеских дронов.

Предполагалось, что в качестве альтернативы крымчане смогут использовать домашние и городские сети Wi-Fi. Но, как показала практика, стационарный интернет тоже стал «барахлить».

«Не помогают никакие перезагрузки, звонки оператору. В итоге просто сидишь и ждёшь, когда соединение снова станет стабильным», — объяснил Михаил Валерьянов.

К слову, перебои интернета в ушедшем году мешали не только программистам. К осени приспосабливаться к отсутствию сети и работе «в оффлайне» пришлось и местным таксистам, уже давно работающим через специальные приложения. В Севастополе, например, альтернативой мобильному стал бесплатный интернет на остановках — именно туда водители стали подъезжать, чтобы получить заказ.

Как Крыму и Севастополю стать IT-хабом

Несмотря на трудности, Михаил Валерьянов советует сохранять оптимизм. Более того, программисту по-прежнему кажется дельной идея развития IT-сектора на Крымском полуострове. Не отказываются от этой инициативы и чиновники. Как рассказывал ForPost, минувшей осенью на международном форуме Kazan Digital Week 2025 вновь зашла речь о том, чтобы трансформировать Севастополь в настоящий южный IT-хаб.

Вместе с этим, чтобы воплотить мечты в реальность, Крыму, по мнению Михаила Валерьянова, потребуется полноценная интеграция в российскую технологическую и экономическую индустрии.

«Это возможно лишь в том случае, если такие компании, как Яндекс, Сбер, ВБ, Озон и другие откроют тут свои офисы и будут набирать в них программистов целенаправленно. Но как их привлечь? Насколько мне известно, раньше у нас были довольно низкие ставки налогообложения для IT-компаний, но даже это их не привлекло», — подметил Михаил Валерьянов.

Того, что искусственный интеллект вытеснит из отрасли «живых» программистов, Михаил Валерьянов тоже не боится. По словам разработчика, часть программирования действительно строится на математике, алгоритмах и шаблонах. Но вместе с этим значительную долю в профессии занимает творческая составляющая, с которой машины пока не справляются.

Отметим, что в Крыму ИИ активно внедряется в работу не только для программистов, но и для медиков. Как рассказывал ForPost, в Севастополе его всё чаще используют при маммографии и диагностике рака грудной клетки. Также апробация технологий ИИ продолжается и на базе единого контакт-центра здравоохранения.

Елена Фокина

Фото: Алексей Лохвицкий|ForPost