Губернатор Севастополя заступился за балаклавских котиков и мужчин с удочками

Строительство яхтенной марины в Балаклаве обернулось неприятностями для местных жителей, с юных лет привыкших ловить рыбу на набережной Назукина. Губернатор Севастополя Михаил Развожаев, узнав о чинимых им препятствиях, пообещал разобраться и «помочь обязательно».

Вопрос о доступности пирсов прозвучал во время прямой линии с губернатором 3 декабря.

«Михаил Владимирович, здравствуйте. Я живу в Балаклаве и всю жизнь брал удочки и ходил ловить рыбу. Ловилась она или не ловилась, но я был там. Сейчас на Набережной Назукина ни один пирс таких рыбаков, как я, не пускает», – рассказал один из дозвонившихся в эфир.

По его словам, рыбаки просят открыть для них хотя бы один пирс – возле недавно выкупленного у собственников ресторана «Избушка рыбака».

«Там швартуется мало катеров, и мы никому не мешаем. Да и ни на одном пирсе такие рыбаки, как я, никому не мешают», – добавил автор вопроса. 

Михаил Развожаев в ответ сообщил, что был в Балаклаве совсем недавно, но на наличие рыбаков внимания не обратил. И пообещал непременно разобраться – кто и почему не пускает людей с удочками на набережную.

«Непонятно, зачем это делается – люди всегда там рыбачили и никому особо не мешали. Там есть определенные ограничения, связанные со строительными работами, которые сейчас проводятся на Таврической набережной – как вы знаете, мы за счет федеральной программы реализуем там проект строительства набережной для будущей яхтенной марины. Но для чего все закрыли там, где сейчас нет строительных работ и где ничто людям не угрожает.

Может быть, конечно, собственники плавсредств потребовали, чтобы на плавпричалы не заходили посторонние. Но раньше это всегда было как-то мирно, и никто возмущений не высказывал», – сказал он.

Одним словом, губернатор твердо пообещал разобраться в ситуации и «обязательно помочь».

«Мне кажется, это определенная визитная карточка Балаклавы – серьезные мужчины с удочками и коты, которые сидят на берегу рядом с ними и ожидают свою десятину от этой рыбной ловли», – добавил он.

Аналогичное мнение – что рыбаки являются визитной карточкой Балаклавы – не раз высказывалось при обсуждении будущего ее преобразования. Во время обсуждения архитектурного облика набережной в ноябре прошлого года важность этого момента подчеркивал директор Севастопольской детской художественной школы Александр Бурцев.

«Людям интересно наблюдать, как рыбаки вытаскивают рыбу, сушат и ремонтируют сети. Рыбаки и лодки – это часть Балаклавы, и выхолащивание этой «бытовой» культуры – это утрата традиций», – сказал он.

Бурцева тогда поддержали все, включая директора компании, занимавшейся разработкой проекта.

«Рыбаки, естественно, останутся в бухте, их никто не тронет, потому что это часть балаклавского колорита. <> В любом случае все, что создает особую балаклавскую атмосферу, будет сохранено», – заверил и губернатор Михаил Развожаев.

Неоднократно подчеркивала важность сохранения этой «изюминки» Балаклавы и депутат Госдумы Татьяна Лобач.

«Балаклава переводится с тюркского как «рыбье гнездо». Не могу представить Севастополь без рыбаков на пирсах и крутящихся возле их ног кошек. Подобные мотивы часто можно встретить и на картинах севастопольских художников. В такие моменты всегда вспоминаю произведение Александра Ивановича Куприна «Листригоны», где он писал о жизни и быте балаклавских рыбаков. Многие традиции сохранились и сегодня», – говорила она.

Как видим, заступиться за притесняемых есть кому. Будем ждать разрешения нездоровой ситуации, в которой оказались «серьезные мужчины с удочками» и привыкшие делить с ними улов балаклавские котики.

Ольга Смирнова