Профессия разведчика традиционно окутана тайнами и легендами. Причём подлинная их часть становится достоянием публики, как правило, лишь спустя годы. Судьба уроженца Крыма Дмитрия Александровича Быстролётова — один из таких ярких примеров. Ко дню военного разведчика ForPost собрал информацию о необычном земляке, чьё имя золотыми буквами выбито в Зале славы Службы внешней разведки России.
Крымское детство и непростая юность
Будущая легенда появилась на свет в 1901 году в деревушке Ак-Чора Таврическом губернии. Сейчас это село Гвардейское Первомайского района на северо-западе Крыма. Согласно «Календарю и памятной книжке Таврической губернии на 1900 год», здесь проживал 181 житель в 22 дворах. Большинство селян арендовало землю у «некоего Скирмунта».
Кто именно был отцом Дмитрия Быстролётова, до сих пор можно только гадать. Дело в том, что Клавдия Дмитриевна Быстролётова, мать будущего разведчика, учась на Высших женских курсах, увлекалась идеями феминизма. Возможно, родить ребёнка вне официального брака стало для неё своеобразным вызовом обществу, проявлением внутренней свободы. Тем не менее, по одной из версий, отцом мальчика был белорусский политик польского происхождения Роман Скирмунт, чей брат владел имением в Крыму, куда как раз входило поселение Ак-Чора.
Впрочем, сам Быстролётов поддерживал другую версию, называя своим родителем графа Александра Николаевича Толстого. Позже одну из своих книг «Пир бессмертных» он подпишет как «Д.А. Быстролётов (Толстой)».
Читайте по теме: Как Лев Толстой почётным гражданином Севастополя не стал
Кто бы не был отец, но его родственники, узнав о появлении ребёнка, забрали малыша себе на воспитание в Петербург. Тяга к приключениям обуревала мальчика ещё с детства, и, видимо, поэтому в итоге его отдали в Морской кадетский корпус в Севастополе. Так что с началом Первой Мировой войны Дмитрий даже успел принять участие в десантных операциях Черноморского флота против Турции.
Гражданская война застала его здесь, на юге страны. Молодой человек окончил классическую гимназию в Анапе и Мореходную школу, после чего был зачислен вольноопределяющимся матросом во флот Добровольческой армии. В итоге в 1921 году он оказался в Константинополе (ныне Стамбул, Турция) без особых средств к существованию.
«[Я] очень быстро из самонадеянного, слабого интеллигентика превратился в грубого, сильного, ловкого и недоверчивого парня», — такими словами описывает состояние Быстролётова киногерой телепроекта по его биографии «Вербовщик», выпущенного при содействии СВР РФ.
В Турции Дмитрию, на первый взгляд, была уготовлена судьба типичного российского белоэмигранта. Отсутствие денег и связей вынуждало хвататься за любой труд: юноша работал и могильщиком, и кочегаром, и поваром, и даже контрабандистом.
Теперь, спустя годы, можно сказать, что эти суровые времена во много стали настоящим «университетом» для будущего разведчика.
Человек в штатском
В 1922 году молодой человек перебрался в Чехословакию. Здесь он поступил в Карлов университет в Праге: сначала на медицинский факультет, позже — на юридический. К этому времени, как сообщает пресс-бюро СВР РФ, Быстролётов уже мог без акцента говорить на нескольких европейских языках. За всю жизнь он овладел 22 языками.
Жизнь обычного европейского студента уроженцу Крыма пришлась не совсем по нраву. Видимо, он сильно тосковал по оставленной Родине и искал возможность вернуться. Однако таланты молодого Быстролётова, его личное обаяние и вышколенные манеры привлекли внимание спецслужб.
Таким образом в 1924 году, согласно официальным данным СВР, резидентура ОГПУ СССР привлекла Дмитрия к сотрудничеству «для работы по эмиграции». Официально юноша был оформлен на должность экономиста посольства Советского Союза в Праге, параллельно работая не просто разведчиком, а вербовщиком.
Дмитрий Александрович Быстролётов.
Одной из первых успешных «разработок» Быстролётова в 1927 году стала 29-летняя сотрудница французского посольства в столице Чехословакии. Девушка имела ценный доступ к переписке и шифрам своего МИДа, чем охотно делилась со своим новым возлюбленных, став агентом «Ларош» (Laroche).
Спустя некоторое время география дел Дмитрия Быстролётова расширилась.
«В 1930 году Быстролётова с греческим паспортом перемещают на нелегальную работу в Германию, где он участвует в оперативном изучении сотрудника британского МИДа, который занимался разработкой шифров. В течение трёх лет от «Арно» удается получать шифры и коды, другие секретные документы. Когда же британца увольняют с работы и он гибнет при невыясненных обстоятельствах, Дмитрий Александрович осуществляет вербовочную разработку еще одного шифровальщика из МИДа Великобритании — «Мага», — официально сообщает пресс-бюро Службы внешней разведки РФ.
Какие вихри истории закручивались вокруг парня родом из крымского села, остаётся только догадываться.
Читайте по теме: Крымские адреса и вехи несравнимой Фаины Раневской
Благодаря другим успешным вербовкам Быстролётова советским спецслужбам удалось получить немецкие шифры, установив так называемый оперативный контакт с сотрудником Второго бюро Генерального штаба Франции. Это подразделение занималось военной разведкой.
Дмитрия перекидывали на задания не только по Европе, но и в США, Южную Америку и Африку.
«Дмитрию Александровичу было свойственно умение мастерски импровизировать <…>. При этом будем помнить, что разведка — это не театральные подмостки. В театре, если плохо играешь, в худшем случае могут удалить из труппы. В разведке другие ставки — жизнь самого нелегала, судьба Отечества», — пишет ведомство.
При этом молодой человек не перестал учиться: спектр его увлечений поражает. Он успешно окончил юридический факультет в Праге и медицинский — в Цюрихе (Швейцария), где защитил диссертацию по гинекологии, что позволило открыть частную медицинскую практику. Кстати, считается, что, беседуя с пациентами, Быстролётов выведал немало полезных секретов.
Попутно Дмитрий открыл в себе талант художника: он брал уроки живописи и графики у преподавателей Парижской, а позже Берлинской академии художеств.
Читайте по теме: Судьба художников Богоявленских, или Как Крым лишился богатой коллекции искусства
Все спецоперации, вербовки и разработки молодого человека полностью не обнародованы. Известно лишь, что в 1937 году его вместе с женой Иолантой перевели в Москву. Но долгожданная встреча с Родиной обернулась для обоих большой трагедией.
«Про слова мы просто забыли»
Поначалу возвращение в СССР сложилось удачно. Крымчанин был устроен в бюро переводов Всесоюзной торговой палаты. Не прекращая рисовать, получил членство Союза художников — его работы даже выставлялись в клубе НКВД…
Внезапно постоянная удача отвернулась от молодого человека: по доносу его арестовали.
«Проснись, милый. Они пришли…», — так начинал свою книгу «Пир бессмертных» о пережитом за следующие 18 лет в ГУЛАГе Дмитрий Быстролётов.
Автор подробно передал детали ночного обыска при аресте у себя в квартире. Невероятно драматично звучит бессловесный разговор с женой, которая стоит за спинкой его стула.
«Потом я опять почувствовал на плечах лёгкое прикосновение её рук и, подняв свои, положил на них ладони. Мы молчали. Говорить было не нужно: бешено крутящийся вихрь мыслей и чувств передавался через пальцы. Про слова мы просто забыли. Они казались лишними», — написал спустя годы разведчик, как будто в тот момент он уже знал, что больше с любимой не увидится. Иоланта ушла из жизни прежде его выхода на волю.
Так «началась новая жизнь», признал Быстролётов.
Дмитрия Александровича приговорили к 20 годам лагерей и пяти годам поражения в правах. По этапу его отправили в Норильлаг. В середине Великой Отечественной войны в 1942 году перевели в Краслаг (Красноярский край), позже — в Сиблаг под Новосибирском.
Ордер на арест Дмитрия Быстролётова.
В 1947 году его «выдернули» в Москву на встречу с министром госбезопасности Виктором Абакумовым. Чиновник предложил Быстролётову забыть возможные обиды и вернуться во внешнюю разведку в Париж. Однако Дмитрий Александрович в ответ потребовал полный пересмотр своего дела и реабилитацию. На это получил отказ: вместо Парижа его перевели в одиночную камеру Сухановской тюрьмы в Московской области. Позже вернули обратно в Сибирь: Быстролётов прошёл через Озерлаг (Иркутская область) и Камышлаг (Кемеровская область).
ГУЛАГ окончательно подорвал его физическое здоровье, из-за чего в 1954 году его даже досрочно освободили. Ему позволили вернуться в Москву. Ещё два года спустя Дмитрия Александровича реабилитировали «за отсутствием состава преступления».
Он смог устроиться переводчиком во Всесоюзный НИИ медицинской и медико-технической информации Минздрава СССР. Параллельно занимался литературой, отправляя очерки в московские журналы.
Тексты привлекли внимание КГБ. В 1968 году Быстролётова вызвали в Первое главное управление комитета. Причина оказалась неожиданной: Дмитрия Александровича попросили написать сценарий для художественного фильма о разведчиках.
Бывший вербовщик практически восстановлен в правах: из комнатки в коммуналке он переехал в новую двухкомнатную квартиру. Написанный сценарий взяли в работу, позволив выступить консультантом на съёмках и даже сыграть небольшую роль ректора. Так, в 1973 году на советские экраны вышел фильм «Человек в штатском».
А через два года Дмитрия Александровича Быстролётова не стало.
Читайте по теме: «Я не мог пройти мимо»: доброволец из Крыма рассказал о боях на передовой Донбасса
Почти год назад к 120-летию со дня рождения легенды в Симферополе установили его бюст, а позже переименовали в его честь окружающий сквер. Многие крымчане лишь из аннотационной таблички узнали о выдающемся земляке.
Впрочем, ничего удивительного или прискорбного в этом нет. Ведь девиз разведчиков: «Без права на славу, во славу державы».
Пелагея Попова
Фото: svr.gov.ru; иллюстрация книги «Пир бессмертных» (фотокопия предоставлена ЦОС КГБ СССР).
Читала о нём ранее. Потрясающая биография, редкая, удивительная личность!