Белый домик на мысе Карантинной бухты нужно сохранить, найти для него подходящее применение и вписать в проект застройки, считает сообщество «Архитектура Севастополя».
«Несмотря на повреждения, строение сохранило подлинные архитектурные детали и является важной частью исторического облика Карантинной бухты», — уверено сообщество.
Тайны белого дома
Офицерскому флигелю, который до сих пор мало кто видел, не менее 130 лет, и он — часть военной истории Севастополя. До революции в нём располагалась крепостная минная рота, в последние десятилетия — бригада торпедных катеров. Недавно она переехала на другое место.
Во время Великой Отечественной войны одно крыло флигеля было разрушено, и сейчас на его месте стоит отдельная постройка.
Севнаследие признаков исторической и архитектурной значимости во флигеле не увидело и заявку на внесение в реестр выявленных ОКН отклонило. Её подавал лидер сообщества «Архитектура Севастополя» Степан Самошин. Подробнее об этом — в статье «Старый Севастополь зачистят ещё в одной точке города».
Теперь будущее «белого домика» зависит от ПСБ, который будет осваивать эту территорию.
«Архитектура Севастополя просит интегрировать дореволюционное здание в будущую застройку.
«Сохранение флигеля — не только вопрос уважения к истории города, но и возможность создать дополнительную ценность для нового комплекса. В случае восстановления в историческом виде постройка может стать общественным пространством, культурной площадкой, небольшим музеем или галереей, исторической кофейней. Это позволит совместить развитие территории с бережным отношением к наследию города», — пишет сообщество в обращении к властям города и к застройщику.
В севастопольской практике
Старинных зданий больше не становится, и в мире всё сильнее стремятся сохранять те, что остались. Важным становится даже не изящество или необычность архитектурных решений, а связь времён, которой пронизаны непримечательные с первого взгляда стены.
Эту живую связь не воссоздать никакой, даже самой тщательной, реконструкцией.
Севастополь учится ценить красоту не только парадных зданий, но и вот таких неброских флигелей — но пока только в теории. На практике постройки без статуса ОКН легко приговаривают к сносу, а археологические ОКН застраивают после так называемых спасательных работ.
Так, всё ещё не отменён резонансный снос в Артбухте. Невозможно догадаться, но внутри коробки бывшей чебуречной прячется удивительно изящный павильон первого в России Института физических методов лечения (сейчас в основном здании расположен ДДЮТ).
Примеры другого подхода пока единичны: кафе в довоенной трансформаторной будке, что стоит между площадью Нахимова и Приморским бульваром, и городской холодильник, превратившийся в культурный центр «Царская пристань».
Реставраций условных с приспособлением под отель, ресторан или магазин в Севастополе гораздо больше, но во всех этих случаях речь идёт об ОКН, которые так просто не снесёшь.
При строительстве культурного кластера на мысе Хрустальном запланированное расположение объектов немного изменили ради частичного сохранения обнаруженных памятников. Один из них — руины гарнизонной церкви св. Иоанна Воина, последнего дореволюционного храма в Севастополе.
Сохранили фрагмент монументальной двухмаршевой лестницы, что вела к храму, и одну из апсид (невысоких боковых частей) храма.
Сохранили на месте и несколько археологических находок, во множестве обнаруженных при строительстве Нового Херсонеса. Пришлось ли для этого чувствительно менять проект, неизвестно.
Возможно ли такое решение для белого домина в Карантинной бухте? Если да, это позволит говорить о том, что город умеет договариваться с застройщиком не в режиме «отдали и забыли», а в логике «сохранили и вписали».
Светлана Косинова
Умеет ли город вписывать.. Город то умеет, вот понаехавшие менеджеры нет. 😒