Варварская стройка в Севастополе опирается на «субъективное» заключение

На частный участок в фисташковой роще Севастополя, похоже, не распространяется российское законодательство, а стремление прекратить его фактическую автономию упирается в заключение полиции «субъективного подтверждения нет».

Напомним: в недавно утверждённых границах ООПТ «Фисташковая роща в бухте Круглой» находится с десяток участков под ИЖС, каким-то образом полученных в украинские годы. На одном из них, напичканном множеством глубоко пролегающих сетей, активно строится дом — и самовольная дорога к нему, уже на городской земле. При этом убиваются фисташки, разбивается только что отремонтированный тротуар, через который едет спецтехника, загрязняется территория ООПТ.

Все попытки вернуть законы России на участок с кадастровым номером 91:02:001002:716 оказываются замкнутыми в порочный круг — в нём за словами о юридической невозможности, похоже, скрывается простое нежелание остановить беспредел.

О мотивах этого нежелания гадать не будем, но опишем путь, по которому прошло заявление главы общественного совета при Севприроднадзоре Элины Орёл.

По её обращению в июле 2021 года горхоз провёл проверку и направил в суд протокол по самовольной дороге. Тогда её прокладка была на уровне несанкционированных земляных работ (ст. 19.7КоАП РФ). Как сообщили ForPost в департаменте городского хозяйства, 2 сентября того же года «мировым судом вынесено постановление о прекращении производства по делу».

На каких условиях заключён этот мир, в департаменте не уточнили, но, судя по дальнейшему ходу событий, возвращение ответчика в границы закона своего участка там прописано не было.

Под отвалами грунта умирали фисташки, на городскую территорию (без двух минут ООПТ) высыпался фрезерованный асфальт и выливался бетон — материалы 4 класса опасности. По этому поводу 4 апреля 2022 года Элина Орёл направила заявление в Севприроднадзор.

Однако всегда активное природоохранное ведомство оказалось связанным недавним мораторием на проверки, призванным защитить интересы россиян в осложнившейся из-за спецоперации экономической ситуации. С марта и до конца 2022 года чиновники могут проводить проверки только с согласия прокуратуры и только в чрезвычайных ситуациях — например, при угрозе безопасности страны или тяжкого вреда здоровью граждан. Ситуация на улице Челнокова к таким не относится.

«Для принятия мер реагирования Ваше обращение направлено в ОМВД Гагаринского района», — переадресовал задачу заместитель директора Севприроднадзора Вадим Писляк.

В ОМВД пас от департамента приняли — и отправили мяч в аут.

«В ходе проведения проверки представленная Вами информация была проверена, но своего субъективного подтверждения не нашла. По данному материалу проверки было принято решение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении», — так звучал ответ полиции.

Дорога, разрешения на которую никто не давал, — есть. Стройотходы, из которых она делается — тоже. Как минимум трёх фисташек (зафиксировано Севприроднадзором) — нет. Документы обо всём этом — присутствуют. Какого именно «субъективного подтверждения» не хватило для возбуждения дела, остаётся загадкой.

«После таких ответов просто опускаются руки! МВД не приняло во внимание ни фото загрязнения, ни номера машин! Строительный мусор лежит до сих пор. А если кто-то высыплет кучу на площади Нахимова, то реакция будет такая же? Но в чём разница, ведь это всё — земли города! Почему не могут заставить этого владельца ИЖС соблюдать законы — загадка», — недоумевает Элина Орёл.

Опущенные после бесконечного и неослабевающего противостояния руки — часто кажется, что именно к этому и власти, и нарушители всех мастей склоняют севастопольских общественников. Однако рассчитывать, что брошенная в сердцах фраза всерьёз говорит о готовности смириться, не стоит.

Вот только глядя, как трактуется мораторий в Севастополе, неуютно становится при мысли об облике города в начале 2023 года, когда проверки возобновятся. И когда власти снова будут искать пути узаконить незаконное — «ну что ж делать, когда оно ж уже построено».

Между тем за этим «хозяином жизни» вполне могут последовать другие владельцы земли в фисташках — особенно если обещанная проверка их правоустанавливающих документов останется всего лишь устным заявлением.

Светлана Косинова